Диана Морьентес - Работа над ошибками

— Я жалею, что уехала отсюда, — призналась Наташа, когда после уроков они с Максом и Катей оставили машину в центре города на стоянке и отправились гулять пешком. — В семнадцать лет это было правильное решение. Год-два побыть в совершенно другой среде обитания, среди таких же творческих людей, как я — это бесценный опыт. Но четвертый год дается мне очень тяжело. Я будто на привязи. Мне хорошо там, но кто-то все время дергает за поводок. Поначалу для такой непоседы, как я, было идеальное решение — жить сразу в двух городах. Но теперь изменились многие мои взгляды и жизненные ценности. Надо что-то менять, я сердцем чувствую, надо.

— Бросай все. Оставайся здесь, — безнадежно предложил Максим.

— В ближайшие полгода не получится: у меня уже подписан контракт. У меня съемки через месяц. Да и бросать институт, когда остается последний год, как-то жалко… Замкнутый круг…

Ничего другого он услышать и не ожидал. Наташа отвернулась. Она уже привыкла видеть этот город только зимой и летом. Вот уже четвертый год уезжает отсюда, не дождавшись зеленой и молодой девственницы-весны или старушки-осени в ее пышных парчовых платьях. Сегодняшнее — зимнее — состояние природы можно было бы охарактеризовать словом «кома». Это клиническая смерть: там, в сером небе, едва заметно бледное пятно солнца, маленькое и размытое, такое хрупко-ненадежное. Платаны с безжалостно спиленными кронами превратились в толстые лысые коряги вдоль по обе стороны Курортного проспекта. А ведь эти деревья всю Наташину жизнь были ну нереально огромными! Пальмы справа от тротуара с завязанными кверху лопастями и скромные высокие кипарисы — единственное зеленое здесь. Мало людей на улицах: они в это время года тоже впадают в спячку.

Свернули к пляжам. Обветривались губы — Наташа достала бесцветную помаду. В одной из курсовых работ у нее был потрясающе смелый грим — она играла проститутку, и девушка-будущий-гример объяснила, что пухлый рот не будет выглядеть вульгарно, если правильно подобрать оттенок, и накрасила ей губы вишневым цветом. Наташе понравилось, как она выглядела в этом фильме, но в жизни такой макияж применять все-таки побаивалась. Да и как бы она сейчас отвертелась, когда Катя потребовала накрасить губы и ей?

Море такое же серое, как и небо. Любимое море. Черное. Наташе вспомнилась строчка из песни «Хартбитов»: «Я — капля в море. Навсегда!» Где они сейчас — ее друзья? Все остались в Сочи или поразъехались кто куда? Какую дорогу в этом мире выбрали? Наташа стала одиночкой по жизни, когда вторая подряд подруга ее предала. С тех пор всегда предпочитала сидеть за партой одна. Хотя желающих присоединиться было много: отличница-Наташа всегда помогала писать контрольные работы. Так и привыкла одна. Доверила себя только Максиму и его друзьям.

Столько размышлений, но никакого результата: остаться его девушкой или пытаться строить собственную жизнь?

Пивоварня на пляже, строительство которой позапрошлой зимой вызывало у Наташи бурю негодования, оказалась весьма симпатичным рестораном. Макс пригласил туда Наташу, и она с восхищением озиралась вокруг. Два этажа. Такой шик повсюду, что даже светская львица Натали не знает, как себя здесь вести. Оригинальные столики на первом этаже — высокие, как барная стойка, и табуреты возле них такие, что от обуви до пола — едва ли не метр. Телевизоры висят для каждого столика персонально! Цены — вау! Наташа старалась ничего не заказывать, ей было страшно увидеть потом счет.

— Я не стану показывать тебе счет! — заверил Максим.

Катюшка не смущалась от уровня этого заведения — ходила под столом, почти помещаясь там во весь рост.

— Сюда кучу бабок угрохали. Нет, не одну кучу! — с уверенностью заявила Наташа. И, подумав, предсказала Максиму: — Когда-нибудь у тебя будет такой же ресторан.

Когда Катя спустилась с тротуара на камни и песок и пошла «трогать воду», оставив родителей одних ждать ее на лавочке, Наташа призналась:

— Я больше не смогу верить тебе.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Макс тоном человека, уже знающего ответ.

— Что-то переломилось во мне. Меня больше не тянет заниматься с тобой сексом, и я переживаю из-за этого. Я боюсь, что наши отношения непоправимо испорчены…

Максим ласково погладил ее по коленке.

— Малыш, проблемы у всех бывают. Но мы же справимся? Да?

Наташа убрала взгляд в сторону и неуверенно протянула:

— Не знаю…

Мужчина молчал какое-то время. О чем-то думал, а Наташа, как всегда, даже не могла предположить, о чем. И сама не находила подходящих слов. Все-таки он ее лучший друг, и причинять другу боль не хочется. Он сам сделал этот шаг:

— Ладно, моя маленькая, не трать нервы зря. Это делается проще. Просто говоришь: «Макс, давай расстанемся».

Девушка взглянула ему в глаза, и Макс ответил тем же. Была благодарна ему за понимание.

— Да, ты прав. Это делается именно так. Но я не уверена, что это правильное решение.

— Тогда дай мне еще один шанс. Не делай таких серьезных поступков сгоряча. Я ведь был на твоем месте. Был тебе верен, пока ты занималась любовью с Саней. Я знаю, что ты чувствуешь. Это обида. Я думаю, что ты по-прежнему любишь меня, просто хочешь наказать. По крайней мере, со мной было так. А в итоге я не просто остался с тобой, но и позволяю тебе дружить с твоим первым мужчиной, который, к тому же, до сих пор в тебя влюблен.

— Ты же знаешь, он испытывает ко мне только дружеские чувства! — возмутилась Наталья. Макс уже далеко не в первый раз убеждает ее в своей версии. — Это все твое ревнивое воображение!

— А ты спроси у него. Или все-таки поверь мне. Рыбак рыбака видит издалека…

Наташа смутилась. Макс очень проницательный человек. И наблюдательный — он доказывал это не раз. Может быть, он прав… Максим все же потребовал ответа:

— Ну, так что? Потерпишь еще?

Девушка тяжело вздохнула:

— Я уеду, и ты снова будешь с кем-нибудь спать… Ты ведь так любишь секс.

— Я как-нибудь справлюсь без женщины, — заверил Макс. — Когда-то я выдержал полтора года!

Наташа возразила:

— Неделю назад ты доказал мне только то, что не можешь продержаться даже месяц…

— Ты простишь меня за то, что я так грубо поступил с тобой той ночью?

— Да я не сержусь… — лукаво призналась девушка.

— Я так и думал! — самодовольно сказал мужчина.

— Ты хороший.

Максим улыбнулся этой наивной детской фразе. Наташа ласково проследила пальчиками морщинки возле его улыбки.

— Ты до сих пор кажешься мне недоступным. Мужчиной, которого невозможно завоевать…

— Я мог бы убедить тебя в обратном. Только не здесь, а в спальне.