Измена. Игра на вылет - Елена Грасс

Также самое могу сказать про вашего мужа – мудака! В конце концов, он старше! – Между нами теперь искрит. – Нет, я против вашего ухода.

– С чего вдруг вы решили мне указывать, что делать? Вы что-то перепутали. У вас с мужем моим, почти бывшим договорённости, а не со мной. Я нанятый работник.

– Согласен. Но не спешите с выводами на тему, что вы так просто можете развернуться и уйти! На данном этапе теперь я буду решать, кто куда пойдёт! – Замолкает на мгновение. – Я на взводе сейчас, Марта Викторовна.

Воронов смотрит на меня пристально, и хоть его голос звучит уже чуть мягче, но в нём слышится сильное напряжение.

– Давайте с вами потом решим все вопросы, хорошо? Прошу вас! Очень! Мне с этими, – кивает в сторону дочери и моего мужа, – разобраться надо. Только вы хотя бы вы не вмешивайтесь. Я ссориться с вами не хочу. Вы отличный главный врач, уверен, но эта ситуация... дрянь! Я ввалил в эту клинику кучу денег. Как я понимаю и, в принципе, не удивлён, вы не в курсе, того, что ваша семья здесь с минимальным участием, и для вас, даже если здесь что-то закроется, практически ничего не изменится. А для меня – очень даже!

– Да хватит ходить кругами! Какими минимальным?! Вы о чём? Мы говорили, что будет вложена половина ваших средств, половина наших. И так и было по бумагам! Не надо водить меня за нос и делать из меня идиотку!

– А я и не собираюсь, – пожимает плечами. – Довольно того, что из вас её делает ваш муж. Извините, конечно, но это так.

– Я уже ничего не понимаю. Артур, ты вроде не трус, всегда говоришь всё в лицо, почему ты молчишь сейчас, как только речь о деньгах заходит? О чём твой партнёр говорит? – обращаюсь к мужу теперь я. Чувствую себя растерянно, хотя стараюсь этого не показывать всем тем, кто сейчас здесь собрался.

– Марта, я своё слово сказал! Нам надо развестись, а по поводу денег я тебе позднее всё объясню.

– Ну почему ты такой тупой?! И почему приоритетом ставишь своим личные интересы, а не интересы клиники! – разрывает наш диалог Воронов.

Не понимаю, он защищает меня, что ли или всё-таки свой интерес?

– Тебе с женой не ссориться надо, а в ногах валяться, чтобы она не ушла! Ты слышал, что Марта Викторовна сейчас сказала?! Твоя жена здесь не останется, и мне снова нужно искать главного врача?! Где я такого специалиста найду?! Ты же сам убеждал меня, что она лучшая в городе! Я всем своим друзьям, приятелям, партнёрам по другому бизнесу расхвалил твою жену как лучшего кардиолога! Друзья моих родителей, вся родня, все подряд, у кого проблемы с сердцем выстроились к ней в очередь! И что теперь мне, перед каждым из них оправдываться?!

– Марта, насчёт работы, может, Александр Николаевич и прав. Подумай… Хорошо подумай… Не надо уходить тебе пока. Если ты уйдёшь, останешься вообще без всего.

– Поясни о долях, деньгах. О чём все говорят, чего я не знаю.

Отворачивает лицо.

– Я поясню, – Воронов не выдерживает. – Но вас это расстроит, предупреждаю сразу. У вас практически ничего нет. А знаете почему? Вложиться-то вы вложились, только муж ваш за два года, пока клиника строилась, успел порядком мне задолжать. И долги эти оформлены документально.

– А откуда долги? Что-то со стройкой было не так, не хватило денег, и вы дали больше?

– Если бы... Нет, не так всё радужно. Артур, оказывается, любит играть в азартные игры. Уже год как. Подсел ваш муженёк на них! Да так, что теперь за уши не оттащишь! Ребята с казино его за задницу взяли, чуть яй… – не договаривает слово, видимо, вспомнив, что ведёт диалог с женщиной, – мужские органы не отрезали. На счётчик жёсткий посадили с дикими процентами. Он ко мне приполз пару месяцев назад, чтобы я его выручил.

– А клиника здесь причём… – уже догадываюсь, что он мне скажет.

– При том, что денег я ему дал, занял, а рассчитываться он собирался с прибыли этого мероприятия, – обводит рукой мой кабинет. – Но раз вы уходите, и клиника нормально работать не будет, значит с тобой, – кивает моему мужу, – я отзываю все договорённости о «подождать». Гони долг!

– Но вы же знаете… – блеет теперь Артур, – у меня…

– Знаю: сейчас нет! Но есть эта доля. Она и будет покрывать твои долги передо мной. Ну, из такого диалога вам всё понятно, Марта Викторовна? Кто, кому, что и откуда. Или ещё пояснения нужны? – Воронов смотрит на меня, я смотрю на мужа, а мой муж смотрит на его дочь.

Та еле заметно улыбается ему в ответ, полагаю, в качестве поддержки, и он следом переводит взгляд на меня, словно вспомнив, что я вообще здесь стою.

После такого заявления – открытия наступает молчание.

Две новости, от которых мой мозг просто взрывается в ужасе – это как-то уже перебор. Я не была готова ко второму потрясению за день. И эта новость теперь похлеще измены кажется.

– Сколько ты ему задолжал? Это действительно равно нашей доле?! Общей? Говори, – практически срываюсь на крик.

– Успокойся, – пытается взять меня за руку, но я отдёргиваю её. – Дома поговорим.

– Убери свои руки и никогда больше меня не трогай!

Я не позволю ему больше прикасаться ко мне после того, что я увидела и услышала сегодня. Он убил во мне всё, что жило ещё утром и казалось незыблемым. Без оружия, кстати, убил всего лишь несколькими мерзкими поступками и словами.

– Нет, разговаривай здесь, при мне, при жене своей, любовнице ... Я тоже хочу послушать, как ты ей в уши будешь лить сладкий мёд и обещания давать, что всё решишь. Это же самое с моей дочкой делал, да? А эта дура повелась?

Глава 7.

Глава 7.

Жду его ответа. Мне становится в этот момент совершенно неважным, что нас окружают чужие люди. Мне главное – сейчас понять сколько мы должны Воронову. А потом надо думать, как из этой ситуации