Соня Мэсси - Темное зеркало

Внезапно на Касс накатила слабость, голова закружилась еще сильнее, а во рту появился металлический привкус. Тело ее обмякло, глаза начали слипаться, и, чтобы не уснуть в кресле, она усилием воли заставила себя подняться и добрести до дивана, едва не сбив по пути низенький столик.

Глаза застилал серый плотный туман, тело немело, к горлу подкатывала тошнота.

— Помогите… помогите… — шептала она, слыша как бы со стороны свой хрипловатый низкий голос, сливающийся со звучавшей в комнате музыкой.

Касс попыталась привстать с дивана и вдруг сквозь туман, застилавший глаза, увидела перед собой женский силуэт. Молодую женщину с длинными вьющимися волосами, в цветастом платье.

«Кто-то услышал меня и пришел? — удивилась она. — Но это… Сильвия? Нет, она не должна…»

— Сильвия, это ты? — прошептала Кассандра, проводя дрожащей рукой по лицу, словно пытаясь отогнать серую пелену с глаз. — Сильвия… ты здесь? Почему?

Но молодая женщина — Сильвия или другая — молча внимательно смотрела на лежащую Кассандру, не делая попыток ей помочь. Затем она склонилась над ней, и Касс, с трудом приподняв руку, хотела поймать ее за рукав, но схватила за длинную прядь волос, и… пышная шевелюра Сильвии осталась у нее в руке. Касс хрипло вскрикнула, в ужасе разжала пальцы, и парик упал на пол.

Неожиданно Сильвия вынула из кармана фотографию, поднесла ее к лицу Кассандры, и та, напрягая слабеющее зрение, попыталась рассмотреть, что же изображено на снимке. Почему Сильвия показывает ей это? Что там?

Вдруг Сильвия начала с ожесточением рвать фотографию на мелкие кусочки, что-то кричать про супружескую неверность, но уши Кассандры были словно закрыты толстым слоем ваты и она не могла вникнуть в смысл слов… Мелкие частички фотографии закружились в воздухе, словно пушинки, одна опустилась на лицо Кассандры, но она этого даже не почувствовала.

Лицо женщины приблизилось к лицу Касс почти вплотную, и та, скользнув по нему почти невидящим взглядом, все-таки сумела осознать, что это не Сильвия.

— Ты не моя сестра… — задыхаясь, прохрипела Касс. — Ты не…

— Правильно, я не Сильвия, — раздался негромкий мужской голос. — Я — та, чью семью ты хочешь разрушить. Ты, грязная, мерзкая шлюха, охотница за чужими мужьями! И за это ты поплатишься жизнью. Ты сейчас умрешь.

Комната с бешеной скоростью закружилась перед глазами Кассандры, ей показалось, что какая-то неведомая сила тащит ее в огромную бездонную черную пропасть, но краем угасающего сознания она успела подумать о том, что совсем недавно уже наблюдала подобную сцену. Видела женщину с длинными вьющимися волосами, разорванную на мелкие кусочки фотографию, брошенную в лицо другой молодой женщине… Одна частичка опустилась на ее щеку… Когда и где она это видела?

Внезапно сознание Кассандры на несколько мгновений прояснилось, и она вспомнила, кому принадлежит склоненное над ней лицо, узнала негромкий мужской голос.

— Это же… это… — еле слышно прошептала Кассандра.

Но неведомая сила вихрем подхватила ее, закружила, завертела, не давая опомниться, и грубо потащила к краю расстилавшейся где-то вдалеке бездонной черной пропасти.

Убийца сидел к глубоком низком кресле, над которым висел плакат с изображением Элвиса Пресли, и время от времени посматривал на безжизненно лежащую на диване хозяйку дома. Затем он перевел взгляд на свои наручные женские часы и усмехнулся. Все идет по плану, сейчас пять минут первого ночи, пора делать телефонный звонок. Или еще немного подождать? Убедиться, что эта шлюха действительно умерла?

Убийца поднялся с кресла, одернул подол платья, расправил плечи и шагнул к дивану. Женщина лежала неподвижно. Он наклонился к ее лицу, провел рукой, обтянутой тонкой резиновой перчаткой, по губам, пытаясь уловить ее дыхание. Она не дышала. Тогда убийца дотронулся пальцами до вены на шее женщины. Пульса не было. Прикоснулся к запястью ее безвольно свисавшей руки: пульс тоже отсутствовал.

Убийца снова усмехнулся, отошел от дивана и направился к телефонному аппарату, стоящему на низеньком столике. Все прекрасно, просто замечательно. Ему снова все удалось. Он замкнул еще одно важное звено в цепи длинного, сложного, хитроумного плана. Одна рука в тонкой резиновой перчатке потянулась к аппарату, другая нащупала в кармане листок бумаги с номером телефона.

Услышав женский голос, убийца попросил позвать к телефону мужа. Когда на том конце телефонного провода раздался голос мужчины, он произнес:

— Привет, любимый. Я хочу, чтобы ты приехал в «уютное гнездышко», которое заботливо свила для тебя твоя шлюха, и полюбовался на нее. Похоже, с твоей красоткой не все благополучно. Она мертва…

Глава 26

— Подвал своего дома я всегда в шутку называла подземельем, — говорила Нику Элизабет, пока они спускались по высоким каменным ступеням. — Он такой старый, запущенный и, возможно, хранит в себе множество тайн.

Внезапно Элизабет остановилась, и он чуть не сбил ее с ног.

— Ты плотно закрыл дверь, ведущую в подвал? — спросила она.

— Конечно. А почему ты спрашиваешь?

— Если дверь осталась незакрытой, то в подвал может забежать моя кошка, — объяснила Элизабет. — А этого-то я как раз и опасаюсь.

— Почему?

— Потому что в подвале полно мышей, и Кэти начнет охотиться на них!

Ник озадаченно взглянул на Элизабет.

— Ну и что? Пусть охотится! Охота на мышей — одно из жизненных предназначений кошек.

— Нет, ни в коем случае! — воскликнула Элизабет. — Если она станет на них охотиться, то непременно поймает мышь, задушит ее и съест. А мне… жаль бедную мышку.

— Да… — покачал головой Ник. — Теперь я понимаю, почему ты пьешь кофе только из кружек с изображением героев Диснея! Ладно, пошли дальше. И не волнуйся за своих драгоценных мышей: я постараюсь не наступить на них, если они попадутся мне под ноги.

Они остановились на нижней ступеньке, и Элизабет обернулась к Нику.

— Касс говорит, что в подвале наверняка можно отыскать истлевшие скелеты, пролежавшие там целую сотню лет! И бесценные сокровища. Представляешь?

— Представляю. — Ник открыл старую массивную дверь и вошел в подвал.

Там пахло пылью, затхлостью, и Ник напомнил себе, что не надо глубоко дышать. Под потолком тускло светила висящая на шнуре единственная лампочка, покрытая толстым слоем пыли, и когда Ник распахнул дверь подвала, шнур закачался и начал тихонько поскрипывать.

— Ну, где мы будем искать сокровища? — преувеличенно бодрым голосом обратился он к Элизабет.

— Не знаю. Я вообще-то сомневаюсь, что здесь можно отыскать что-то ценное, но если Касс говорит…