Елена Веснина - Преодоление преград

Вошла Полина, и Буравин, обернувшись к ней, спросил:

— Ты готова?

— Да, — кивнула Полина и попросила: — Витя, подожди меня в машине. Я сейчас. — Буравин кивнул, понимая, что им надо поговорить.

— Да, конечно.

Уходя, он взял у Полины из рук чемодан. Полина начала первой:

— Боря, я хотела бы попросить у тебя прощения.

— Ты… у меня? — Самойлов был удивлен и растерян. Полина утвердительно кивнула и добавила:

— Наверное, я была не очень хорошей женой.

— Это не так, ты… — начал Самойлов. Полина не дала ему закончить:

— Подожди, не перебивай меня. Я понимаю, тебе тяжело было жить, зная, что я тебя не люблю… Я устала притворяться. У нас все равно ничего бы не получилось.

С этими словами Полина повернулась и направилась к выходу.

— Но я любил тебя! — с отчаянием крикнул ей вслед Самойлов.

— Прости, — тихо сказала Полина.

Полина ушла, и Самойлов остался один совершенно убитый. В отчаянии он обхватил голову руками и застонал: он понял, что навсегда потерял ее. Как ни пытался он остановить Полину, у него ничего не получилось. Он проиграл. Самойлов взглянул на пустой шкаф, где не было ее вещей, на столик, где по-прежнему стояла фотография, где они вместе. Он взял фотографию… И вдруг заметил обручальное кольцо, которое оставила здесь Полина. Борис взял кольцо и с горькой усмешкой стал его разглядывать. Он чуть не плакал, ему было больно…

Таисия открыла дверь и к своему большому удивлению увидела перед собой не только свою дочь, но и Костю.

— Привет, мама, — кивнула Катя.

— Здравствуйте, — немного робея, сказал Костя. Таисия подумала, что они оказались вместе случайно:

— Здравствуй, Костя… Вы, наверное, встретились на улице, да?

— Не совсем, — уклончиво ответила Катя. Таисия сочла нужным поговорить с дочерью отдельно.

— Катя, иди-ка сюда, на пару слов, — попросила она. Они немного отошли от Кости, и Таисия тихо спросила:

— Ну что? Как все прошло? У тебя все получилось, Леша взялся за ум? Рассказывай, что тебе сказала Маша?

— Мама, я выхожу замуж, — громко сказала Катя. Таисия успокоилась, именно так и должно было быть в ее варианте развития событий.

— Очень хорошо. Леша согласился на тебе жениться?

— Нет.

— Как это понимать? За кого же ты тогда выходишь?

— За Костю.

— За Костю?

— Да.

Таисия в растерянности перевела взгляд с Кати на Костю.

— Катя, я не понимаю, что произошло? Объясни мне!

— Мы решили пожениться. Что тебе непонятно?

— Но почему ты собираешься выйти за Костю? Какое он к тебе имеет отношение? Константин, ты же знаешь, что Катя тебя не любит.

— Знаю, — подтвердил Костя.

— Зачем же тебе эта свадьба?

— Потому что я ее люблю.

Значит, ты любишь мою дочь, — внимательно глядя на Костю, сказала Таисия. — Это похвально… Но ты должен понимать, что только одного твоего чувства для обоюдного счастья мало.

— В наших чувствах мы с Катей сами разберемся, — ответил Костя и в доказательство своих слов обнял Катю.

— На твоем месте, мама, я была бы благодарна Косте за то, что он хочет на мне жениться.

Таисия недоверчиво хмыкнула:

— Он-то хочет. Его мотивы мне понятны. Он решил любым путем добиться своего. Но почему ты решила на это пойти?

— А что мне еще остается? Леша от меня отказался. Я ничего не добилась, мамочка. Он меня выгнал.

— Как?

— Очень просто. Или ты не знаешь, как мужчины бросают женщин? — спросила дочь, не понимая, как это жестоко. Это был удар ниже пояса. У Таисии подкатил ком к горлу. Но Катя даже не заметила этого: — Ты хочешь, чтобы я стала посмешищем? Городская достопримечательность. Вечная невеста… — без места…

Таисия решила обратиться к Косте:

— Ты так скоропалительно решил жениться, Костя. Но ты же в курсе, что Катя в положении…

— Ага, в идиотском положении! — подтвердила Катя.

— Таисия Андреевна, Катя мне все рассказала… признался Костя.

— Он знает, что все это чушь, мамочка. И если ты подумаешь, то поймешь, что свадьба с Костей — для меня единственный выход.

— Это еще почему? Ты же не беременна. Зачем тебе торопиться замуж?

— Да затем, что весь город знает, что я выхожу замуж за Самойлова! Я и журналистку нанимала, и фотосессию делала… Так вот, пусть все думают, что моим женихом всегда был не Леша, а Костя. Он ведь тоже Самойлов!

— Это что же получается? Ты выходишь замуж за фамилию? — возмутилась Таисия. — И тебе все равно, кто твой муж: Леша Самойлов или Костя?

— Я всегда собиралась замуж за Костю Самойлова. И так ты должна говорить всем, кто этим заинтересуется. Понятно?

— Ну, допустим, других тебе удастся обмануть, — согласилась Таисия, — А себя? Что ты делаешь, Катя? Ты же его не любишь…

Катя проявила свое обычное упрямство:

— Ну и что? При чем здесь любовь? Костя — единственный, кто протянул мне руку помощи, кто меня поддержал. И его не испугало даже то, что придется воспитывать чужого ребенка. Он доказал мне, что я ему действительно нужна. А для меня это сейчас самое главное — знать, что меня хоть кто-то любит….

— Ну что же… — Таисия вздохнула. — Раз у Константина серьезные намерения… и он обдумал свой поступок…

— Вы можете быть во мне полностью уверены, Таисия Андреевна, — подтвердил счастливый Костя.

— Ой, я давно перестала верить мужским обещаниям…

— А я ему верю, мама!

— Тебе с ним жить… Вот только… вы подумали, где вы будете жить? Отец подарил тебе квартиру. Наверное, вы уйдете туда?

— Нет. Я не брошу тебя, мама. Мы будем жить с тобой вместе. Одной семьей.

Таисия сразу оживилась:

— Спасибо… Для меня это очень важно…

— Так что, если ты не возражаешь, Костя сразу переедет к нам, мы быстренько распишемся и будем спокойно жить.

Таисия удивленно вскинула брови:

— Что значит: быстренько распишемся?

— Ну, мы с Катей сходим в ЗАГС, без лишней помпы… Так сказать, в рабочем порядке… — объяснил Костя.

— Это же не главное, мама… — поддержала Костю Катя.

— То есть как это — не главное? — стала сопротивляться Таисия. — Нет, доченька! Ты так долго готовилась к своей свадьбе, выбирала платье, заказывала торжество, давала рекламу. И теперь, когда это событие наконец-то состоится, мы просто обязаны его отметить! Пышно, празднично, с размахом! По-настоящему!

— Твоя мама права, Котенок. Свадьба есть свадьба. Я побегу, сообщу своим, пусть начинают готовиться.

Таисия обняла дочь, и та, прижавшись к ней, сказала:

— Ты единственная на свете, кто меня понимает…

— А как же иначе? Ты же моя кровиночка…

— Ты знаешь, я всегда больше тянулась к папе, — призналась Катя, — была папиной дочкой… Он казался мне смелее, сильнее, благороднее.