Брак для одного - Элла Мейз

меня, что я даже не колебался. Она закрыла глаза с улыбкой на губах. Я был уверен, что она так и не проснулась до конца.

Подумав о ней, я вышел и направился в свою комнату.

Позже той же ночью прошло несколько часов, а я все еще не спал. Мои мысли бегали во всех направлениях, но особенно в том направлении, где через несколько дверей от меня спала Роуз, поэтому я удивился, когда на мой телефон пришло новое сообщение.

Роуз: Ты спишь?

Джек: Нет.

Роуз: Я тоже.

Я глубоко вздохнул и провел рукой по лицу.

Джек: Все в порядке?

Роуз: Да. Просто не могу уснуть.

Роуз: Почему ты до сих пор не спишь?

Джек: Тоже не мог уснуть.

Роуз: Могу ли я еще воспользоваться своей ситуацией или я упустила свой шанс?

Джек: Зависит от того, чего ты хочешь.

Роуз: Это странный вопрос.

Джек: Удиви меня.

Роуз: Я хотела спросить, могу ли я тебя поцеловать.

Роуз: И прежде чем ты откажешься, это не должно означать ничего, кроме этого. Просто поцелуй. Правда в том, что ты постепенно стал таким искусным целовальщиком, и я думаю, что не отказался бы поцеловать тебя прямо сейчас. Я бы хотела назвать это поцелуем жалости. Если это не подходит, потому что никто не будет рядом, чтобы видеть это, я пойму.

Точки все еще плясали в чате, но я оставил телефон на тумбочке и вышел. Я решил не стучать и просто вошел в ее комнату.

Она, казалось, все еще печатала, но остановилась, увидев меня. Прочистив горло, она поднялась на колени, чтобы встать с кровати, но я успел сделать это раньше нее.

— Как ты хочешь сделать э…

Я не дал ей времени закончить фразу. На следующем дыхании я держал ее голову в своих руках, откинув ее волосы назад. Ее щеки были теплыми и слегка влажными.

— Я не хочу, чтобы ты больше плакала, — прошептал я с оттенком гнева в голосе. Это было последнее, чего я хотел для нее. — Я поцелую тебя, но только если ты пообещаешь больше не плакать. Я не могу этого вынести, Роуз.

Она кивнула.

Я опустил голову к ее голове, раздвинул ее губы своими и наблюдал за ее глазами, которые закрылись в ту же секунду, когда наши губы соприкоснулись. Она положила свои руки поверх моих на свои щеки и наклонила голову вверх, углубляя поцелуй. Я медленно опустился на колени на кровати, обхватил ладонями ее лицо, погружая пальцы в ее волосы, а ее руки, двигаясь между нами, обхватили мою шею. Я втянул ее язык в свой рот и с удовольствием проглотил ее тихий стон.

Если бы мне пришлось описывать наш поцелуй, я бы сказал, что это было нежное насилие. Я не мог достаточно насытиться ею, не мог достаточно приблизиться. Я позволил одной из своих рук пройтись по ее спине, запоминая каждый сантиметр и то, как ее тело переходит в талию. Когда я крепко ухватился за ее рубашку, я притянул ее к себе. Она зарычала, но не остановилась, не попросила меня остановиться.

Я чувствовал, как ее грудь поднимается и опускается на мою, ее жар уже обжигал меня. Я сжал в руке ее рубашку и углубил поцелуй, заставив ее выгнуть спину, одновременно крепко обхватив ее талию другой рукой. Ее голова откинулась назад от силы моего поцелуя, ее язык играл с моим.

Затем ее руки сомкнулись на моей груди, и я почувствовал легкий толчок.

Мне удалось вырваться, и она быстро выскочила из моих объятий и кровати, побежав прямо в ванную.

Все мое тело было напряжено. Я сел на край кровати и опустил голову на руки. Мое дыхание было тяжелым, сердце билось в горле, как у подростка, целующегося со своей девушкой у нее дома.

Пока я раздумывал, встать и уйти или остаться, Роуз появилась из ванной, ее лицо раскраснелось, губы покраснели и распухли, волосы были в беспорядке.

Она выглядела идеально.

Она медленно проделала обратный путь и остановилась передо мной, когда ее колени почти касались моих.

Я не хотел извиняться за то, что набросился на нее, как зверь, но я совсем забыл, что она больна.

— Прости, — пробормотала она, ее голос был охрипшим. Ее указательный палец коснулся носа. — Это снова началось, и мне пришлось…

Я вздохнул с облегчением и кивнул. Я сглотнул комок в горле и уже собирался встать, чтобы уйти, но Роуз положила обе руки мне на плечи и забралась ко мне на колени, но не села, а поставила одну из своих ног между моими, стоя на коленях. Мои руки оказались на ее бедрах, и я держал ее неподвижно.

— Что ты делаешь? — спросил я резким шепотом, глядя в ее манящие глаза.

Она улыбнулась мне.

— Я получаю остаток моего жалостливого поцелуя, — прошептала она в ответ низким и ровным голосом, гораздо более ровным, чем мой, к моему удивлению. — Я еще не закончила с тобой.

Ее руки пригладили мои волосы, когда ее глаза закрылись сами собой и голова опустилась. Я встретил ее на полпути и захватил ее рот в глубоком и обжигающем поцелуе, даря ей нуждающиеся круги моего языка, пока ее пальцы прочесывали мои волосы, и она обхватила мою шею, чтобы прижать меня к себе. Я целовал ее так долго, пытаясь быть более мягким и внимательным, чем я чувствовал, но она обезоружила меня. Ее вкус, ее маленькие стоны, ее руки, сжимающие мою шею, ее тело, беспокойно двигающееся против моего — все в ней обезоруживало меня.

Когда она сдвинула губы вправо и попыталась перевести дух, я наблюдал за всеми эмоциями, играющими на ее лице. Понимая, что не могу остановиться, я обнял ее за талию и подтянул к себе, чтобы она села. Ее глаза открылись и нашли мои. Передвинув ногу на ногу, она бесшумно последовала моему примеру и села прямо на мой член. Мои глаза закрылись, и стон вырвался из моих губ. Когда я оглянулся на нее, она прикусила губу и пристально смотрела на меня. Я обхватил ее руками, позволяя одной из моих рук медленно скользить вверх по ее спине, чтобы обхватить ее шею, и погрузился в поцелуй. Я поцеловал ее один раз,