Ширли Басби - Любовь возвращается

Рукопожатие Слоана походило на медвежий капкан, и, деликатно высвободив пальцы, Роман с болезненной улыбкой произнес:

– Я сдаюсь. Вы больше, сильнее и, по-видимому, вреднее меня. – Он спокойно встретил настороженный взгляд Слоана. – Кое-что нам надо прояснить с самого начала: я люблю свою кузину самым наиплатоническим образом. Поверьте, я вам не соперник. Мне не нужны ни ее деньги, ни ее земля. Я никогда не сделаю ничего, что могло бы ей навредить, и, наоборот, сделаю все, что в моих силах, чтобы уберечь ее от бед. С учетом всего этого, может, мы пропустим стадию соревнования, кто круче? У меня было долгое и утомительное путешествие, и я не способен сейчас сшибать головы.

– В таком случае, – отозвался Слоан со сдержанным смешком, – полагаю, что смогу пойти вам навстречу. Кроме того, Эйси уже проинформировал меня, что хотя у вас такой вид, будто вы отродясь не пачкали рук работой, я не должен обманываться на ваш счет.

Ник и Эйси смущенно потупились, и Ник, потянув себя за ухо, проговорил:

– Мы… э-э… пошли не с той ноги с Романом.

– Именно так, – сурово объявила Шелли. – Вы оба вели себя как парочка нюхающих клей болванов. – Она бросила взгляд на Слоана: – А тебе после случайного столкновения с дверью новых синяков не нужно.

Слоан вскинул вверх руки.

– Мир. Мир. Я его пальцем не трону. – Он улыбнулся Роману. – Очень приятно с вами познакомиться.

Роман ответил в том же тоне, и вскоре все они сидели вокруг кухонного стола, уплетая яблочный пирог. Отталкивая от себя пустую тарелку, Роман посмотрел на Марию.

– Это, – произнес он голосом, полным почтительного восхищения, – несомненно, лучший яблочный пирог, который я когда-либо ел. Если вы захотите перебраться в Луизиану, дайте мне знать. Я организую вам собственное дело… Конечно, – обворожительно улыбнулся он, – я захочу, чтобы вы пекли исключительно для меня. Шелли понятия не имеет, какое вы сокровище. И к тому же красавица.

Мария тихонько засмеялась.

Эйси насупился и проворчал:

– Она в общем-то теперь ушла на покой. Незачем ей отправляться на Юг. И не захочет она оставить детей…дай Шелли, если на то пошло.

Шелли широко открыла глаза. Господи! Эйси говорил так, словно… Она внимательно посмотрела на старого ковбоя. Неужели он?.. Ник встретился с ней взглядом, и по его ошеломленному виду она поняла, что ему в голову пришла та же мысль. Ну и ну! Чудеса не кончаются.

Сознавая, что допустил какую-то оплошность, Роман быстро перевел разговор на другую тему, и секундой позже все они погрузились в дискуссию о последствиях смерти Красавца.

– Просто несчастье, – горевал Эйси. – Красавец был стар, но держу пари, мы могли получить от него хотя бы один отел, а может, два или три… А если бы повезло, заменили бы его сынком или двумя.

– Так что вы будете делать теперь? – поинтересовался Слоан, отодвигая опустевшую тарелку.

– А что мы можем сделать? – проронила Шелли. – Немногое. Нужно начинать поиски производителя из какого-нибудь чужого стада. Достаточно плохо, – продолжала она, – что и коров нам пришлось покупать чужих, хоть они и принадлежат к хорошей грейнджеровской породе. Но это бы ничего, пока у нас был Красавец. А теперь мы начинаем с нуля… ни одно из животных не будет прямым потомком грейнджеровской породы.

– Даже мои коровы отстают на поколение или два от чистой грейнджеровской породы, – с грустью заметил Ник. – А быки, которых я арендую для разведения телят, и вовсе не имеют грейнджеровской крови. – Он скорчил гримасу. – Для таких, как я, слишком дорого доставать по-настоящему породистого быка. В наши дни утвердить свое имя в скотоводческом производстве чертовски непросто. Сделать это возможно, но нужна удача, и уходят годы, пока кто-нибудь заметит, что у тебя пенный скот. Наличие Красавца давало нам фору. Он позволил бы нам быстро возродить грейнджеровскую породу, очень знаменитую и всем желанную… Это сразу продвинуло бы нас на десяток лет вперед. – Он мрачно уставился в стол. – Теперь у нас нет никаких преимуществ.

В этот момент за окном раздался шорох шин по гравию, минутой позже хлопнула дверь. И все обернулись к черному ходу. Голос Джеба оповестил их о его прибытии, еще миг – и он появился на кухне.

Роман едва не застонал в голос при виде Джеба. «О Господи, – подумал он, разглядывая мощные плечи и внушительный рост, – я погиб». Однако, к его облегчению, Джеб, казалось, был рад его видеть.

С широченной сердечной улыбкой Джеб протянул руку и объявил:

– Как же я рад наконец встретиться с вами. Хотя у меня такое впечатление, что я уже вас знаю: Шелли все время о вас говорит. Она утверждает, что вы отличный парень, и ее слова мне достаточно. Добро пожаловать в Дубовую долину.

Улыбающийся Роман все же поинтересовался:

– А вы уверены, что не хотите сначала вышибить мне мозги?

Джеб несколько растерялся, но затем, поглядев на Эйси, Ника и Слоана, сидевших с одинаково смущенным видом, все понял и захохотал.

– А-а, эти парни продемонстрировали вам классическое приветствие: «Я – Тарзан, ты – чужак»?

– Но теперь мы лучшие друзья, – уныло сообщил Слоан. Джеб сел за стол, поглядывая на последний кусок пирога.

– Кто-нибудь претендует?

Никто не претендовал. Роман про себя решил, что скорее подерется с медвежатами гризли за этот последний кусок, чем с Джебом Дилэни. Господи, да он был просто великаном! Массивным и мускулистым. И теперь, Роман внутренне порадовался его другом. Разговор вновь перешел к трагедии прошлой ночи и планам Ника и Шелли относительно скотоводческой компании.

– Что ж, – вздохнула Шелли, – мы не сдадимся. Это я знаю наверняка. – Она грустно улыбнулась Нику: – Полагаю, нам придется начинать с самого начала, как нашему… э-э… моему дедушке.

Джеб нахмурился.

– Может, я что-то упустил, но разве у Скотоводческой компании Грейнджеров не было собственного семенного резерва? Я знаю, у твоего деда такой фонд был, и лаборатория со всяким первоклассным оборудованием, которое он закупил, едва оно стало доступным. И знаю, что твой отец делал то же самое… твой отец всегда старался быть передовым. Именно создание своего семенного фонда и его сохранение было одним из качеств, которое делало скотоводческую компанию такой прогрессивной… Появлялась любая новая технология, и Грейнджеры были тут как тут. Даже Джош это делал, по крайней мере какое-то время. – Он посмотрел на Шелли, которая, раскрыв рот, не сводила с него глаз. – Я даже думал, что он замысливал пересадку эмбрионов, но передумал, решив, что ему хватит осеменения.

Взгляды Шелли и Ника были устремлены на него, как два зеленых лазера.

– Ну, хватит, перестаньте так на меня смотреть, – передернул плечами Джеб. – Вы же оба наверняка слышали об искусственном осеменении. – И когда они, не говоря ни слова, продолжали остолбенело вглядываться в него, прорычал: – Очнитесь. Вспомните, какой толчок это дало промышленному скотоводству. У вас где-то определенно хранится контейнер с семенной жидкостью. Больше того, я вспоминаю, что некоторые мелкие скотоводы держали свои резервные фонды в ваших хранилищах. Джош, может, и прекратил заниматься скотом, но не выбросил же семенной материал на помойку! А поскольку он хранил его при низкой температуре, там, без сомнения, есть семя самых лучших грейнджеровских быков. Правильно сохраняемое семя годно в течение пятидесяти лет. Это самое долгое эффективное хранение, известное до сих пор. Но я уверен, что вы там найдете и более недавние образцы, взятые у быков твоего отца.