Секретная невеста - Катарина Маура

class="p">Я смотрю ей в глаза, дыхание сбивается, сердце бешено колотится в горле.

— Это была единственная вещь, которую я был уверен, ты всегда будешь носить с собой.

Понимание вспыхивает в ее взгляде. За ним тут же приходит боль.

— Ты вставил в мое обручальное кольцо… трекер? — ее голос почти беззвучен, но в нем слышен ледяной укол.

Она делает шаг назад, словно я ее отравил.

Ее глаза наполняются слезами, и эта гребаная боль в ее взгляде разрывает меня на части. Я зажмуриваюсь, в груди застывает что-то тяжелое.

— Мне так жаль, Райя, — выдыхаю я, срываясь на шепот. — Я исправлю это, клянусь.

— Как ты мог? — ее голос ломается, и я поднимаю на нее взгляд.

Одна-единственная слеза скатывается по ее щеке, и я чувствую, как мое сердце сжимается от боли.

— Прости… — снова и снова повторяю я, задыхаясь. — Черт, Райя, я не мог… Я должен был сказать тебе, должен был исправить это. Я обещал, что буду лучше, что постараюсь… пожалуйста, детка. Я сделаю все, чтобы загладить свою вину. Поверь мне.

Она качает головой, ее губы дрожат, и она еле сдерживает рвущийся наружу всхлип.

— Я не могу этого сделать… — шепчет она и снова отступает назад.

Глава 64

Лекс

Я нервно меряю шагами пространство у входной двери, то и дело бросая взгляд на карманные часы деда. Райя с тех пор, как узнала, что я сделал с ее обручальным кольцом, даже не смотрит в мою сторону. И я не виню ее. Я взял вещь, которая должна была быть священной, и превратил ее в инструмент контроля.

Провожу рукой по волосам, тяжело вздыхаю. Мне нужно было сказать ей правду, но признаться в этом оказалось одной из самых тяжелых вещей, которые я когда-либо делал. Убивало осознание, что мои слова только увеличат пропасть между нами.

Она появляется в коридоре и тут же замирает, заметив меня. В ее глазах — холодный лед.

— Ты еще здесь, — замечает она недовольно. — Я думала, ты уже уехал на работу. У тебя встреча через десять минут.

Я пожимаю плечами:

— Подождет.

Ничего не может быть важнее ее. Я вообще собирался поехать в офис только потому, что туда едет она.

Райя хмурится, когда я поднимаю перед ней ключи от машины.

— Хотел спросить, не хочешь ли ты сегодня отвезти меня на работу?

Ее губы чуть приоткрываются от удивления, в карих глазах вспыхивает неподдельное волнение, когда она узнает ключ.

— Ты дашь мне сесть за руль своей драгоценной, всеми желанной Annie? Той самой машины, что досталась тебе от отца? Которую построил твой дед?

Я улыбаюсь:

— Дорогая, я бы позволил тебе ее разбить, если бы это заставило тебя улыбнуться.

Ее глаза лукаво сверкают, и я чувствую, что она готова проверить, насколько правдивы мои слова. Она забирает ключи, но я даже не моргаю. Если она разобьет Annie, уверен, и отец, и дед поймут. Где бы они ни были, думаю, они сейчас подначивают ее попробовать.

Райя продолжает бросать на меня взгляды, садясь за руль, словно ждет, что я передумаю в последний момент. Но я лишь наклоняюсь к ней, протягиваю руку к ремню безопасности, задерживаю взгляд на ее губах.

Я бы отдал все, что у меня есть, за один единственный поцелуй.

Она не прикасалась ко мне с той самой ночи в доме ее родителей, и даже тогда это было минутной слабостью. Черт с ней, с машиной — я бы выложил весь свой чертов капитал, если бы она просто посмотрела на меня, как раньше.

Наши взгляды встречаются, она судорожно вдыхает, пока я пристегиваю ее. Мягкий щелчок защелки разрывает наэлектризованный воздух.

— Никогда не думала, что ты позволишь мне возить тебя, да еще и в этой машине, — шепчет она.

— Я же сказал, что буду стараться меняться, — негромко отвечаю. — Может, это покажется глупостью, но для меня это не просто жест. Я привык держать все под контролем, всегда быть за рулем. Сегодня я хотел попробовать уступить контроль тебе. Просто не следить за тобой уже недостаточно, Райя. Я действительно хочу стать тем, кого ты заслуживаешь. Это маленький шаг… но он важен.

Она молча наблюдает за мной, когда мы проезжаем ворота поместья Виндзоров.

— Спасибо, — тихо говорит она. — Я знаю, как это сложно для тебя.

Ее взгляд скользит к ее безымянному пальцу — пустому, без кольца.

— И за вчера тоже спасибо. Если бы ты не рассказал, я бы никогда не узнала. Это… Это было больно, но я ценю твою честность.

Я хмыкаю, не зная, что ответить, и вдруг она кладет свою руку мне на бедро. Мое сердце пропускает удар. Я резко поворачиваюсь к ней, но она не обращает на меня внимания, ее взгляд сосредоточен на дороге.

Я смотрю на свою жену, пока она везет нас на работу, и все это время мысленно благодарю судьбу. Она не обязана была давать мне второй шанс. Не после всего, что я натворил. И я клянусь — я его не просру.

Когда мы приезжаем, она позволяет мне помочь ей выйти из машины. Обычно она старалась выйти первой, не давая мне и шанса открыть для нее дверь. Я улыбаюсь и, недолго думая, протягиваю ей руку. Райя смотрит мне в глаза и чуть усмехается, вкладывая свою ладонь в мою. И я понимаю: она даже не представляет, что делает со мной.

Я не отпускаю ее руку, пока мы идем к лифту, наслаждаясь каждой секундой. Но когда двери открываются на ее этаже, внутри все сжимается. Она делает шаг к выходу, и я сжимаю ее пальцы чуть крепче. Райя оборачивается, на ее лице — легкая улыбка. Она все понимает, но не говорит об этом вслух. Мне хочется умолять ее не уходить. Просто позволить мне еще чуть-чуть подержать ее за руку.

Но я лишь выдыхаю и ослабляю хватку.

— Хорошего дня, маленькая фея, — шепчу я.

Она замирает на секунду, прежде чем посмотреть на меня через плечо.

— Тебе тоже, Лекс.

Я наблюдаю, как она уходит, и провожу рукой по волосам, чувствуя, как внутри нарастает пустота.

Из динамиков раздается голос Пиппи, напоминающий мне о встрече, и я, с тяжестью в груди, направляюсь в конференц-зал, желая только одного — остаться рядом с женой еще хоть немного.

Я не