Диана Сидни - Наслаждения

Не знаю, почему ты вынудила меня высказать тебе все это, но если моя исповедь хоть немного тебя убедит — значит, я разоткровенничался не впустую.

— А мне кажется, ты хочешь, чтобы арабская девушка подчинялась тебе, как того требует традиция, и вовсе тебя не интересуют ее умственные способности, которых ты терпеть не можешь. Я имею в виду — в женщине, — холодно заметила Ясмин и отвернулась.

— Ты абсолютно права, — моментально согласился Хасан. — Не такая уж плохая вещь — традиция. Но тебя я люблю такой, какая ты есть, Ясмин.

Ясмин снова повернулась к нему:

— Может, ты сам в это и веришь, но я совсем не то, что ты себе напридумывал. Не такие уж мы с тобой одинаковые, как ты считаешь. Возможно, когда-то так оно и было.

Наверное, до поездки в Англию я и была той девчонкой, о которой ты говоришь. Но сейчас я совсем другая.

— Люди так быстро не меняются.

— Я повзрослела. Я не желаю быть всю свою жизнь чем-то вроде экзотической одалиски. И не чувствую ни малейшей связи с марокканской традицией. Много лет назад я благополучно распрощалась с этим периодом своей жизни. Выйти за тебя замуж для меня означает сделать шаг назад, а не вперед.

— Я и не жду от тебя следования марокканской традиции.

— Это только твои слова, но я никогда в них не поверю.

— Пройдет время, и ты увидишь, что я прав.

— Нет. Ты не тот мужчина, который мне нужен, Хасан.

Теперь у меня в жизни есть другие ценности. Поверь мне, я не собираюсь жертвовать ими ни ради тебя, ни ради кого-либо еще. Я хочу, чтобы работа стала главным смыслом моей жизни.

— Работа? Какая работа? Ты сама не знаешь, что для тебя хорошо и какой мужчина тебе нужен, — взорвался Халифа, выйдя из себя. Брови его гневно сдвинулись к переносице, губы вытянулись в тонкую, жесткую полоску.

— Я знаю, что для меня хорошо, а что плохо, — ответила Ясмин. — Я все запланировала. Чем, ты полагаешь, я здесь занималась последние несколько месяцев? Зачем, ты думаешь, я провела столько лет за учебой? Убивала время, дожидаясь, пока какой-нибудь мужчина предложит мне выйти за него замуж и я стану рожать ему детей?

— Что ж в этом плохого? Может быть, ты расширяла свои знания, чтобы будущий муж не умер с тобой от скуки? Так поступали все самые знаменитые куртизанки. Они занимались, разумеется, самообразованием, но совсем в иных целях.

— Куртизанки Куртизанки?

Ясмин была оскорблена. Халифа был такой же, как все Не важно, что он говорил — важно то, что он о ней думал и зачем ему нужна была Ясмин. Несмотря на все свои речи, Хасан не мог отделаться от мысли, что Ясмин прожила какое-то время в борделе: после этого все остальное не имело значения. Ну что ж, Ясмин не собирается стать ничьей собственностью, и менее всего — Хасана.

— Хорошо, я прошу прощения за то, что высказала тебе все это, — сказала она, сдерживая свой гнев. — Но я — не куртизанка и занималась своим образованием исключительно для собственного удовольствия. Я намерена всецело заняться виноградниками Сен-Клера и собираюсь расширить дело, продвинуться на американский рынок и стать реальной силой в мире бизнеса.

— Тебе никогда не удастся этого сделать, — презрительно фыркнул Хасан. — Мужчины — не чета тебе, я специально употребляю слово «мужчины» — пытались конкурировать с калифорнийскими виноградниками последние десять лет.

И стоит ли тебе напоминать, что все они потерпели сокрушительное поражение?

— Они проиграли потому, что применяли недостаточно прогрессивную и устаревшую французскую технологию выращивания винограда, слепо отвергая и охаивая любое новаторство и нововведения. Но я не связана узами этих традиций, потому что вообще презираю любые традиции.

Я предпочитаю создать свои собственные, те, которые будут выгодны мне.

— Этого никогда не будет, ты — просто дура! — Выражение лица Хасана было твердо и холодно.

Заглянув в бездонную черноту его глаз, Ясмин увидела в их глубине блеск, присущий, быть может, взгляду убийцы. Возможно, выражение лица Халифы и соответствовало выражению отвергнутого влюбленного, но Ясмин могла поклясться, что увидела в нем для себя нечто большее. Это был не просто удар по самолюбию из-за любовного отказа, выражение лица Хасана говорило, что ему отказали в чем-то гораздо более важном.

Видя столь стремительный переход от пылающей страсти к ледяной непроницаемости, Ясмин задумалась об истинных целях Хасана. Может быть, он собирался управлять виноградниками Сен-Клера вечно, и женитьба на Ясмин укрепляла его в этой позиции? Но в таком случае система не срабатывала. Виноградники принадлежали Ясмин, и женитьба ничего не меняла для Хасана, если бы только сама Ясмин не захотела что-либо изменить. А она не собиралась менять собственную жизнь для того только, чтобы мужчина диктовал ей, как поступать. Ясмин хотела сама делать дело и управлять виноградниками по собственному усмотрению.

Она решила, что следует действовать осторожно, без спешки, обращаясь на каждом этапе за помощью к Хасану.

Подобный метод был отвратителен, но это был самый безопасный путь. Прежде всего следовало успокоить Хасана.

На него было страшно смотреть, он напоминал бомбу, которая вот-вот взорвется.

— Мне нужна твоя помощь, Хасан. Не уходи от меня сейчас. Я отказываюсь не от тебя — от образа жизни. Не хочу быть чьей-то женой, не собираюсь стать матерью. Я хочу быть независимой личностью, с собственной целью и образом жизни. Разве ты не понимаешь?

Выражение лица Халифы не изменилось.

«О Аллах, — подумала Ясмин. — Как все сложно».

Она продолжала:

— Если бы ты только выслушал меня, дал по крайней мере моей идее шанс… Я, разумеется, не стану делать что-либо, что погубит виноградники. Я только хочу расширить их и улучшить…

Ясмин изо всех сил старалась смотреть на Хасана смиренным просящим взглядом. И это, кажется, сработало.

Ярость Хасана постепенно сменилась досадой.

— Женщины… — пробормотал Халифа. — Они просто невыносимы.

С этими словами, он резко развернулся и вышел из офиса. Ясмин услышала, как внизу с грохотом хлопнула дверь, и с губ ее сорвался вздох облегчения.

Ясмин немедленно уселась за стол и принялась планировать свое будущее. Этот обширный план должен был помочь ей, если Хасан продолжит свои домогательства, иметь под рукой конкретную тему для разговора.

Весь этот день и половину следующего Ясмин проработала над подготовкой презентации. Долго не могла решить, где лучше работать — дома или же в офисе (Ясмин не хотела, чтобы Хасан видел, над чем она работает, и вообще ей надоели эти бесконечные разговоры о любви н выяснение отношений). В конце концов она остановилась па офисе, поскольку там, к сожалению, находились все папки с документами. Работа Ясмин заключалась в обобщении материалов, содержащих информацию о последних образцах техники, присланной ей американскими производителями, и в конце своих трудов Ясмин наконец почувствовала уверенность в том, что у нее открылась отличная возможность осуществить собственные планы.