Инсинуации - Варвара Оськина

дружеская услуга. Однако даже при таких обстоятельствах он до конца оставался джентльменом. Всячески стремился сгладить неловкость, к которой привела наша безумная договорённость. Дарил красивые подарки, делал комплименты, водил по ресторанам, заставив перепробовать весь мишленовский кошмар. Однажды я всё же не выдержала и затащила нас в «Pizza Hut». – Генри мечтательно рассмеялась, вспомнив события прошлого года. – Он глубоко оскорбился, но покорно ел пиццу, сидя на пляже прямо в своём Gucci или что там было, не знаю. В общем, мы старались играть обычную парочку, но провалились по всем фронтам. К тому же я совершенно не его типаж, он больше по всяким куколкам: грудь третьего размера, попа орехом, губы бантиком и ветер в голове. Так что изображать африканские страсти было трудновато, хотя он, конечно, демонически красив.

– Я умерла и попала в «Блудливую Калифорнию». Когда там будет следующая серия? – поражённо произнесла Элис. Кажется, болезнь дала неожиданный эффект – она спит и видит до жути реалистичные сны. Стало смешно.

– Его слова сегодня удивили меня, – продолжила Генри. – Ты не во вкусе Риверса, но, чёрт возьми… Я знала, что вопреки всем ухищрениям Мэтти, он заинтересовался тобой, но и представить не могла насколько сильно. Неожиданно. Слушай, Джеральд действительно предлагал тебе переспать?

– Ну… – Элис замялась. Никаких слов не хватало, чтобы объяснить происходившее между ней и профессором. Она опёрлась острым подбородком на скрещённые руки и пробормотала: – Напрямую – нет. Но его намёки не оставляли простора для сомнений.

– И вы до сих пор?..

– Ты же знаешь, что нет.

– Элис, ты реально очень странная, – в голосе Кёлль сквозило недоумение. – Почему?

– Меня абсолютно устраивает наше общение на грани приличий, сарказма и откровенного хамства.

– Да ладно! Никогда не поверю, что ты…

– Хочу ли я профессора Джеральда Риверса? Разумеется, да. Но не на таких условиях. Понятия не имею, чем вызвала внимание с его стороны, раз он до меня снизошёл. Но прекрасно понимаю – поддаваться на сантименты смерти подобно. – Элис фыркнула. – Стать очередным трофеем на гигантской полке его полового успеха мне не позволяет чувство собственного достоинства. Он уверен, что я сдамся первая, но его ждёт разочарование. У меня есть голова на плечах. Я не готова рисковать учебой, и… не хочу менять эту феерию речевого абсурда на банальный и скучный секс.

– Скучный? Подруга, ты даже не пробовала, чтобы утверждать подобное! – Генри осуждающе покачала головой.

– Дело не в пробе. Просто ровно через пять минут, как он вытащит из меня член, я стану ему совершенно неинтересна. И, культивируя личную гордыню, мне кажется верным держать его как можно дальше от тела.

– Вот даже не знаю, что на это сказать. – Подруга была явно поражена услышанным, а Элис лишь улыбнулась. Никто в целом мире не мог бы понять всей прелести пикировок с Риверсом.

– Тогда закроем тему. С Риверсом я разберусь сама. Мы хоть и видимся три раза в неделю, но неприятностей от него меньше, чем от Хиггинса.

– Прекрасный способ решать проблемы, – закатила глаза Генри.

– Господи, как это возможно?! –  неожиданно громко прошептала Эл. – Почему я? Почему он выбрал меня, а не тебя? Ведь это ты всё время рядом, без тебя Хиггинс попросту пропадёт. А я кто? Всего лишь одна из сотни студентов, что пришли и ушли. Как он верно заметил – никто. Имя. Без него и проекта я действительно была бы никем. Чёрт… А ещё мне плохо только от одной мысли, что моё появление встало между тобой и профессором. Как я могла это пропустить? Как не заметила?

– Что я могу сказать… Он делал то, во что верил, но такое не прощают, Эл. Даже я не уверена, что смогу понять мотивацию его поступков. Ты не виновата в том, что у Мэтью снесло крышу. На твоём месте могла оказаться любая другая, просто не повезло именно тебе.

– Это дикость! Почему ты мне ничего не сказала?

– Так! – Генриетта хлопнула ладонью по столу. Удар вышел громким, и некоторые из посетителей кафе удивлённо посмотрели в их сторону. Так что Кёлль продолжила уже много тише. – Сейчас же перестань заниматься самобичеванием и собери обратно пепел, который ты тут уже разбросала. Сама подумай, что бы ты сделала, расскажи я тебе? Ушла с проекта? Сменила руководителя? Чушь! Мы обе знаем – это не выход. Только мучилась бы дольше, потому что от правды о чувствах Мэтью для тебя лично ничего не изменилось. Ничего! Как бы я ни относилась к Хиггинсу, сделанное им слишком мерзко, и нельзя закрывать на это глаза. У тебя лишь одна проблема – его поведение с Ротчер и Лукачем. И Риверс тысячу раз прав: такой шанс выпадает раз в жизни. Перед тобой откроются двери. Уже открылись. А ты бегаешь от Хиггинса словно это твоя вина!

– Я шла поговорить с ним, когда услышала…

– Забудь! Не это должно сейчас волновать тебя, а вопрос с NASA. – Генри замолчала, нервно отщипнула кусочек от нетронутого сэндвича, но внезапно рассмеялась. – Знаешь, я рада, что ты отшила Джеральда. Ему полезно периодически обновлять алгоритмы своих подкатов, а то вконец обнаглел.

Элис фыркнула и одним глотком допила какао. «Алгоритмы подкатов», как метко сказано.

– Он правда переспал с моими однокурсницами?

– Понятия не имею. – Генриетта пожала плечами. – Хиггинсу на слово верить не стоит, а Риверс никогда не скажет всей правды. Только будет загадочно улыбаться, шутить и делать многозначительные намёки.

– Его кто-нибудь проверял на венерические? – Элис возвела очи горе.

– Вот уж не знаю, но у нас был безопасный секс.

– Пожалуйста, давай без подробностей!

***

Дверь в лабораторию тихо щёлкнула и словно отсекла собой полчаса метаний и желание картинно плюнуть Хиггинсу под ноги. Вышло бы драматично, но непродуктивно.

– Добрый вечер, профессор, – поздоровалась Элис. Она даже не пыталась выглядеть радостной.

Каждый нерв внутри натянулся, будто канат под канатоходцем – того и гляди, лопнет. Маячившая в другом конце лаборатории Генри из-под стола показала скрещённые наудачу пальцы, отчего захотелось истерически рассмеяться. Однако мысль, что она не одна, придавала Элис уверенности.

– А! Эл! Ну, наконец-то! Я уж подумал, не случилось ли с тобой что. Пришлось вчера попытать Джо.

Мэтью Хиггинс был весел, но от Элис не скрылась ни натянутая улыбка, ни сбитые костяшки пальцев. Интересно, что здесь произошло после их с Генри ухода? С виду всё вроде бы цело, или опять пострадала кладовка? Заметив, что Элис даже не попыталась отреагировать на шутку, профессор моментально подобрался.

– У тебя всё хорошо?

– Да. – Она и сама понимала, как неестественно звучал голос. – Немного простыла, но это мелочи.

– Тебе следует быть осторожней…

– Профессор, давайте оставим заботу для другого раза, – не выдержала Эл. И вздрогнула, заметив, с какой тревогой, почти испуганно взглянул в ответ Хиггинс. Боже, где были её глаза? Вздёрнув вверх подбородок, Элис заговорила: – Сэр, у меня есть вопрос, на который я хотела бы найти ответ. После этого я покажу программу, получу