Пешка для наследника (СИ) - Ковалевская Алиса

И Ева…

Жене даже стало жаль эту женщину. Странное чувство - она убила всю её семью: лишила родителей, мужа, ребенка… А она её жалеет…

- Теперь все понятно, - выговорила, наконец, Женя. - Кроме одного - почему Вы не сдали Еву полиции? Почему она продолжала жить в Вашем доме, если Вы прекрасно знали, что она не остановится, пока и Вас в могилу не загонит?

- Я любил её, - просто ответил мужчина и покачал головой. - И сейчас люблю. Несмотря ни на что. Я знаю, что когда-то поступил с ней подло, и она ненавидит меня, но…

- Глеб знает об этой истории?

- Нет! - воскликнул Леонид со страхом в глазах. - Не знает, и я очень прошу: то, что я тебе рассказал, должно остаться между нами! Глеб… он… не поймет, наверное. Я… я сам… расскажу ему… когда-нибудь…

Женя только кивнула. Леонид прав - не её это дело.

- Можно ещё один вопрос?

- Конечно.

- Когда мой дед приезжал в Англию, что Глеб ему сказал такого, что он встал на Вашу сторону?

- Правду, - признался Леонид. - О том, что я не причастен к смерти твоих родителей, и что в действительности мы вместе собирались уехать в Англию, переведя все денежные средства на один счет в Швейцарском банке. Я же хочу тебе сказать, что все эти двадцать лет половина акций принадлежала тебе.

- То есть, я все-таки наследница, - грустно подытожила Женя.

- Да, вы с Глебом владеете абсолютным пакетом акций, по пятьдесят процентов каждый.

- Но я не очень понимаю, почему дед уехал и даже ни разу мне не позвонил.

- Глеб объяснил Петру Степановичу, что за твоими деньгами началась охота. И поэтому он решил жениться на тебе, чтобы обезопасить будущее компании, чтобы она не попала в чужие руки.

- Я не верю, что мой дед на такое способен. Вы же обманули меня! Я как дура думала, что Глеб любит меня и поэтому женится!

- Женя, мой сын любит тебя. Да, женился он не по любви. Но сейчас…

- Что «сейчас»?! - закричала она, напрасно пытаясь остановить катящиеся по щекам слезы. - И сейчас ничего не изменилось! Кто дал вам право руководить судьбами других людей?! Кто?! Возомнили себя незнамо кем, и давай устраивать чужие жизни по своим канонам! Вы во всем виноваты, Леонид! С Вас все началось! С Вашего поступка, заслуживающего лишь презрения!

- Я знаю, - он выдержал презирающий взгляд девушки и не отвел глаза.

- Убирайтесь, - Женя встала, подошла к двери и раскрыла её. - Уходите. Я не хочу Вас больше никогда видеть. Завтра же я подпишу отказ от наследства в пользу Глеба. Ваша компания никогда не выйдет из-под вашего семейного контроля.

Леонид больше ничего не сказал. Он встал и вышел из спальни. Женя тут же захлопнула дверь и принялась с ещё большим желанием собирать вещи.

*******

Уехала…

И что теперь? Как жить дальше? С чего начать?..

Женя продолжала лежать и взглядом упираться в потолок. Так бы и пролежала, если бы в комнату не вошел дед:

- Женечка, бабушка там пирог испекла, пойдем чай пить, - с надеждой в голосе произнес Петр.

- Дед, я не хочу, спасибо, - сдавленно пробормотала она.

- Жень, - старик присел рядом с внучкой на диван. - Ты скажи, что с тобой?

- Ничего. Просто не знаю, как мне дальше жить, - Женя перевела опустошенный взгляд с потолка на деда. - Вроде вернулась домой, а…

- А сердце обратно зовет, верно? - улыбнулся он.

- Типа того, - невесело хмыкнула Женя и вздохнула. - Просто столько всего в этой Англии произошло, что я запуталась. Была там - и хотела скорее вернуться домой, вернулась сюда и… не знаю. Сердце не на месте.

- Ты сбежала, Женечка. Сбежала от чувств к Глебу. Он хороший человек.

- Раньше ты так не говорил.

- Раньше я ничего не знал. Когда приехал в Англию за тобой, поговорил и с Глебом, и с Леонидом. И они вселили в меня уверенность, что с тобой ничего плохого не случится. Особенно младший Оболонский… Когда он говорил о тебе, я сразу увидел в его глазах нежность. И подумал, что ты в надежных руках.

- Он использовал меня. Эти его планы, игры… Боже, дедушка, я так устала! Из-за них погиб Дима! Они убили моего ребенка! Они МЕНЯ чуть не убили! - Женя села в кровати и схватилась за голову.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Посмотри на меня.

Она подняла взор.

- Жень, я вот хотел спросить тебя… - старик внимательно посмотрел в глаза внучки и проговорил: - Если бы у тебя была возможность все изменить… Вернуться в день своей свадьбы и сделать так, чтобы Дима не погиб… Но вместо этого ты бы никогда не узнала о семье Оболонских… О Глебе…. То… Что бы ты выбрала?

Женя уже хотела было открыть рот, чтобы, не раздумывая, ответить -  конечно, выбрала бы Диму, - но слова деда остановили ее:

- Не отвечай, не подумав, спроси у своего сердца, девочка моя, - Петр Степанович дотронулся рукой до ладони Жени и чуть сжал. - Сердце всегда знает, как ему лучше. Ты главное прислушайся к нему.

А затем он встал и вышел из комнаты, оставив Женю наедине со своими мыслями. Спросить сердце… Где оно, это сердце?! Оно больше даже не болит - его нет. И все же… никогда не знать Глеба, не видеть его глаз, улыбки, не слышать его голоса, не чувствовать его горячих прикосновений… Но Дима был бы жив. И их малыш - тоже.

- Боже, дай мне сил разобраться… - в отчаянии прошептала Женя.

* * *

Крис потихоньку вошел в палату, боясь разбудить Маргариту, если девушка отдыхает. Но она не спала и, увидев его, расплылась в нежной улыбке, от которой невозможно не потерять дар речи.

- Привет, - проговорила она.

- Привет, - хриплый голос выдавал волнение. Кристиан присел на стул рядом с её постелью. - Как ты себя чувствуешь?

- Если честно - паршиво, - хмыкнула Марго. - Но ничего, скоро все будет хорошо. Доктор сказал, что через месяц я уже буду здорова.

- Говорят, ты в рубашке родилась.

- Нет, я родилась с ангелом-хранителем, - возразила она. - Это же так хорошо, когда есть кто-то, кто присматривает за тобой и всегда рядом.

- Марго… - Крис перевел дыхание. - Знаешь, когда шел сюда, готовил целую речь, а сейчас… не знаю, что сказать… Я хотел отругать тебя, поблагодарить тебя… Ещё что-то хотел, но из головы всё совершенно вылетело, - он говорил сбивчиво, не решаясь заглянуть ей в глаза, и лишь когда почувствовал прикосновение её ладошки к своей руке, поднял взгляд и прошептал: - Какая же ты дура, Маргарита Оболонская! Так безрассудно броситься спасать человека, от которого ты выслушала столько оскорблений… Ты же погибнуть могла.

- Зато ты бы остался жив, - эту фразу Маргарита произнесла практически шепотом, но он услышал, и сердце его сжалось. Она любит его…

- Марго, я…

- Я сделала это не для того, чтобы доказать тебе что-то. Просто вот тут сработало, - она прижала руку к груди. - И я бы тысячу раз так поступила, ничего не требуя взамен. Если бы мне суждено было умереть, значит, так тому и быть.

- Выходи за меня замуж, - неожиданно выдохнул Кристиан и, взяв ладошку Маргариты, положил туда маленькое изящное колечко.  - Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Марго от неожиданности вздрогнула и покачала головой, ошарашенно глядя на улыбающегося ей Кристиана.

Вот он, тот самый момент! Тот самый момент, о котором она мечтала столько лет…  Тот самый момент, который представляла в своих мечтах, рыдая в подушку, превозмогая муки от мыслей, что он с другой. Тот самый момент, который она когда-то поставила своей целью. Цель достигнута. И несколько месяцев назад она была бы на седьмом небе от счастья и, не раздумывая, побежала бы выбирать подвенечное платье… А сейчас…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Маргарита повертела в руках кольцо и вздохнула.

«Красивое», - подумала она, наблюдая за тем, как оно переливается в ярких лучах солнца, льющихся из окна.

- Крис, можно тебя спросить кое о чем? - она оторвала восхищенный взгляд от украшения и посмотрела на мужчину.

- Да, конечно.

- Только честно! Без вранья.