Джастин Валенти - Одна лишь ты

— Дорогая, я люблю тебя, а что касается Дебры, так я уже объяснил: меня с ней не связывало ничего, кроме сексуального влечения. Я мужчина, Дженнифер, а в мужчинах, даже современных, осталось много первобытных, животных инстинктов. Не мог же я удовлетворять свою грубую страсть с тобой, моей женой? Я никогда не позволил бы себе оскорбить тебя ни жестом, ни словом, ни действием.

— Откуда ты знаешь, может, мне всю жизнь хотелось испытать с тобой настоящую страсть? А ты всегда строго контролировал любовный акт! Может, мне хотелось узнать, какой ты на самом деле, почувствовать себя настоящей, безумно желанной женщиной?

— Дженнифер, прошу тебя, перестань! Я не хочу слышать эти грубые слова из твоих уст!

— Ладно, если ты до сих пор ничего не понял в наших с тобой отношениях, нет смысла все это тебе растолковывать! Задам тебе последний вопрос: ты намерен продолжать роман с Деброй или оставишь ее?

— У нас нет ничего общего и не может быть! Я не люблю ее и никогда не любил. Вот только… ситуация весьма запутанная, и боюсь, если я сообщу Дебре, что разрываю с ней, она пойдет на крайние меры. Подаст в суд, попытается заставить меня признать отцовство… Начнет тянуть деньги… Наверное, самое разумное в данной ситуации — выждать, не предпринимая никаких решительных шагов. Пусть она тешит себя иллюзиями!

— Эта женщина мечтает развести тебя со мной и женить на себе. Разве ты до сих пор не понял, как решительно она продвигается к намеченной цели?

Тони тяжело вздохнул.

— Понял. Но я не хочу разводиться с тобой, дорогая. Ты — моя жена, и я люблю тебя. Мне надо еще раз тщательно обдумать ситуацию с Деброй, но с принятием решения не спешить.

— Значит, ты предполагаешь, что, пока будешь думать, как бы безболезненно избавиться от Дебры, я соглашусь остаться с тобой и делить супружеское ложе? Нет, Тони, меня такой вариант не устраивает! Я не пойду на это. Жить во лжи с человеком, которому не доверяю, — это не по мне. Я хочу, чтобы рядом со мной был друг, близкий человек, страстный и пылкий любовник.

— Дженнифер…

— Да, именно любовник! И я не собираюсь принимать никакие эффективные препараты и ребенка от тебя иметь тоже не желаю!

— Дженнифер, умоляю тебя, перестань! Ты надрываешь мне сердце! Со временем все пройдет, наладится, мы станем жить как прежде, а… о Дебре забудем, как будто она никогда и не существовала. Дорогая, умоляю, не принимай поспешных, непродуманных решений! — Голос Тони дрогнул, и на секунду Дженнифер вдруг стало жаль его. Она видела, что он говорит искренне и очень переживает.

— Тони, предположим, у нас с тобой все останется по-прежнему. Но можешь ли ты дать слово, что никогда больше не станешь мне изменять?

— Да, конечно! — с готовностью отозвался он, но в его голосе Дженнифер не услышала искренности.

— Давай договоримся так: если ты все-таки не сдержишь слово и снова заведешь роман, то предоставишь мне право тоже иметь любовника. Согласен?

— Дженнифер, что такое ты говоришь? — В глазах Тони мелькнул испуг.

— А что тебя удивляет? Я столько лет была верной, преданной женой, что мне наскучило играть эту роль! Так вот, как бы ты отнесся к тому, что у меня появился любовник?

— Ты шутишь? Ну… я понимаю… легкий флирт, ничего не значащие ухаживания, но любовник… У тебя? Нет, дорогая, ты для этой роли не подходишь!

Дженнифер охватила ярость.

— Для какой роли? Для роли женщины, имеющей любовника? А почему, собственно? А что, если есть человек, который страстно любит меня, а я восхищаюсь им? В жизни очень много искушений. Однако каждый должен решать за себя: поддаться искушению или равнодушно пройти мимо. Мы постоянно встречаем тех, кто кажется нам умнее, привлекательнее, богаче или моложе наших законных супругов, и мы вправе сами рассудить, стоит поощрить их чувства или нет. Да, долгие годы я оставалась верна тебе, несмотря ни на что, но теперь этому пришел конец. Я хочу быть рядом с мужчиной, которого по-настоящему люблю и которому полностью доверяю!

— Дженнифер… — Голос Тони дрогнул. — Ты хочешь сказать… Нет, я не верю!

— Да, Тони, такой человек есть. И я счастлива, что нашла его.

Вскочив из-за стола, он рванулся к Дженнифер и сильно сжал ей плечо.

— Я не верю тебе! — злобно выкрикнул Тони. — Ты нарочно плетешь эти небылицы, чтобы сделать мне больно! Нет у тебя никакого любовника и быть не может!

Дженнифер сбросила его руку.

— Я говорю правду. И не понимаю, почему ты так бурно реагируешь, поскольку сам с Деброй…

— Не смей сравнивать! Я уже много раз повторял тебе, что между мужчиной и женщиной — колоссальная разница! И во всем мире это понимают, только не в этой дурацкой стране Америке, где женщины пытаются качать права и добиваться полного равенства с мужчинами. Но ведь это нелепо, а главное, противоестественно! В мужчине самой природой заложено стремление познать как можно больше женщин! А женщина создана для того, чтобы любить одного мужчину, хранить семейный очаг и воспитывать детей. — Он глубоко вздохнул. — Теперь я понимаю, как неразумно поступал, поощряя твою работу в этом дурацком театре! Не следовало поддерживать твое стремление делать карьеру! Ты обвиняешь меня в смерти Мелиссы? Да, косвенно я виноват, но основная вина за ее смерть лежит на тебе! Если бы ты посвящала Мелиссе все свое время, а не моталась на эти репетиции и просмотры, ничего бы не случилось! И ты должна смотреть правде в глаза, а не сваливать всю вину на меня! Зачем тебе эта нелепая театральная публика? Какие-то юнцы с сомнительной сексуальной ориентацией, дешевые певички и актеры с нездоровым блеском в глазах, чуть ли не наркоманы? Тебе с ними интересно? Это твои друзья? И этот твой так называемый любовник… Кто он?

— Не смей оскорблять их! — бросила Дженнифер. — Они этого не заслуживают!

— Кто он? Я требую, чтобы ты назвала мне его имя!

Дженнифер молча встала, направилась в спальню, положила чемодан на неубранную постель, раскрыла его и вынула вещи, которые уложил Тони. Три вечерних платья? Они не понадобятся ей…

Подойдя к ней, Тони хрипло спросил:

— Ты любишь его?

Дженнифер, не глядя на него, положила в чемодан джемпер.

— Я спрашиваю…

— Да, я люблю его.

— И кто же этот счастливчик?

Она подняла голову и взглянула в искаженное злобой и ревностью лицо мужа.

— Какая разница?

— Не хочешь говорить? Ладно, я сам узнаю. Я даже мог бы предположить, что это Патрик Латтимор, если бы не был знаком с его женой. Мередит — такая очаровательная, яркая женщина, что Патрик никогда бы не променял ее на тебя! Наверняка это какой-нибудь Гарсиа…