Джастин Валенти - Одна лишь ты

— Нет! С самого начала, практически с первого дня нашего знакомства, я видел в тебе свою невесту. Молодую женщину, с которой хочу вступить в законный брак.

— И все-таки сначала мы стали любовниками, а потом уже официально оформили свои отношения. Но ты не ответил мне на вопрос: я не устраиваю тебя как любовница? Впрочем, зачем спрашивать? Раз ты завел любовницу, значит, я наскучила тебе.

— Дженнифер, пожалуйста, перестань сравнивать себя с Деброй! Ты — моя жена!

— Но ты с нами обеими ложишься в постель! Когда мы с тобой познакомились, Тони, и начали жить вместе, ты казался мне таким романтичным… Цветы, комплименты, ужин при свечах. Но в постели со мной ты всегда весьма сдержанно проявлял свои чувства. Почему? Я не устраиваю тебя как любовница, ответь?

— К жене надо относиться уважительно, с почтением. Ты же не какая-нибудь распущенная девка…

— Поэтому все свои силы, пыл и страсть ты отдавал Дебре? Кстати, она рассказала мне кое о каких, весьма красноречивых подробностях ваших отношений. Ты, оказывается, необыкновенно страстный и неутомимый любовник, Тони. Кто бы мог подумать!

Вспыхнув, Тони пробормотал сквозь зубы несколько слов по-итальянски.

— Повторяю: мужчина не должен обращаться с женой как с уличной девкой! Жена должна во всем помогать мужу, быть ему хорошим, надежным другом, растить его детей. Она не для плотских, грубых утех!

— Понятно…

— Если хочешь знать, в молодости у меня было… достаточно женщин, но ни на одной из них я не собирался жениться. Я мечтал встретить порядочную, умную, интеллигентную женщину и, когда познакомился с тобой, сразу понял: ты — именно та, с кем я хочу навсегда связать свою жизнь! Когда мы познакомились, ты показалась мне совсем неискушенной, неопытной… Ты, Дженнифер, настоящая леди — и по рождению, и по воспитанию. Умная, образованная, утонченная… Глядя на тебя, я понимал: с тобой мне будет хорошо, ты не опустишься до любовных интрижек и измен!

— Значит, женщине ты отказываешь в праве изменять мужу, считая это моральным падением, а мужские измены не только не осуждаешь, но и поощряешь? По принципу «мужчине можно все, потому что он мужчина»?

— Да, жена не должна изменять мужу! Никогда! Если муж подозревает жену в неверности, перед ним встает серьезный вопрос: от него ли дети, рожденные в браке с этой женщиной?

— Господи, Тони, никогда не думала, что молодой современный мужчина может придерживаться средневековых взглядов!

— Да, именно таких, как ты выразилась, средневековых взглядов я и придерживаюсь!

— Прекрасно! Почему же в таком случае ты уверен в том, что ребенок Дебры — твой?

Тони нервно закурил сигарету.

— Я не уверен в этом.

Дженнифер, глядя на мужа, не переставала удивляться своей непроницательности. Почему ей всегда казалось, что у них общие взгляды, одни моральные ценности и они прекрасно понимают друг друга? Да, она заблуждалась и не видела ничего дальше своего носа! Они с Тони — совершенно разные люди!

— Когда мы с тобой познакомились в ночном клубе, ты ничего обо мне не знал, — заметила Дженнифер. — Однако утверждаешь, будто сразу понял, что я неопытная и неискушенная. Откуда такая уверенность? Ты так полагаешься на свою интуицию? А если я, предположим, до знакомства с тобой сделала несколько абортов?

— Чушь! — бросил Тони. — Тебя видно насквозь!

— А тебя никогда не смущало, что мы познакомились не на светском приеме, не в опере, не у близких общих друзей, а в ночном клубе? Ты взял в жены женщину, которая работала в шоу-бизнесе, жила долгое время в Нью-Йорке. И не поинтересовался, откуда я, какая у меня семья…

— Но мы же с тобой поженились не на следующий день после знакомства. У меня было время узнать тебя и составить о тебе представление.

— Мы вступили в брак через месяц после знакомства! И когда ты сделал мне предложение, я просила тебя подождать, не торопиться, проверить свои чувства! Я! А ты спешил, говорил, что и так все ясно: мы любим друг друга. — Помолчав, Дженнифер добавила: — Теперь мне кажется, что наша встреча в ночном клубе не была случайной, Тони. Ты знал, кто я и кто мой дедушка… Это правда?

— Нет, дорогая, наше знакомство было совершенно случайным, уверяю тебя! Я просто пришел в ночной клуб посмотреть шоу, оно мне очень понравилось, и ты произвела на меня неотразимое впечатление. Естественно, я захотел познакомиться с тобой, и ты не возражала. А позднее я выяснил, что ты — из хорошей, достойной семьи. Ты веришь мне, Дженнифер?

Она покачала головой:

— Нет, Тони, не верю. Слишком долго и много ты обманывал меня, даже в мелочах.

— О каких мелочах ты говоришь?

— Да хотя бы твоя маленькая ложь насчет курения! Ты уверял меня, что бросил курить, но, когда вечером ты возвращался домой, я чувствовала, как от тебя пахнет табаком! А уж в серьезных вопросах… Нет, Тони, я не верю, что ты познакомился со мной случайно. Ты знал и о богатстве семьи Райлендов, и о том, какое состояние я унаследовала!

— В чем ты пытаешься меня уличить? В том, что я польстился на деньги твоей семьи? Но в Сан-Франциско было много и других, более богатых невест! Ты недовольна тем, что сотни тысяч долларов, принадлежавших вашей семье, я за короткое время превратил в миллионы? Еще не известно, как бы ты ими распорядилась, если бы рядом не было меня! Полагаешь, ты была столь неотразима, что я женился бы на тебе, даже будь ты нищей? Дженнифер, посмотри правде в глаза: в ранней молодости, когда мы познакомились с тобой, ты походила на невзрачную серую мышку! Я научил тебя элегантно одеваться, привил вкус к дорогим красивым вещам, помог найти и выбрать свой стиль! Я! Или теперь ты предпочитаешь обо всем этом не помнить?

Никогда прежде Дженнифер не слышала от мужа таких откровенно грубых, циничных речей. То, что он сравнил ее с серой мышкой, особенно сильно задело Дженнифер. Как она заблуждалась!..

— Тони, после всего того, что я узнала и услышала, мы не можем жить вместе. Нам надо развестись.

— Нет, дорогая, только не это! Прости, пожалуйста, что обидел тебя… Я… был не прав… Но сейчас мне трудно держать себя в руках! Дженнифер…

— Тони, у нас с тобой нет ничего общего. Наш брак, как выяснилось, был построен на лжи, взаимном недоверии, полном непонимании друг друга.

— Дженнифер, прости меня… Я не хотел причинять тебе никакого вреда, напротив, всегда любил тебя и продолжаю любить и по сей день.

— Тони, даже если когда-нибудь я найду в себе силы простить твои измены, то смерть Мелиссы навсегда останется на твоей совести. Ты повторяешь: это был несчастный случай! Нет, Тони, наша дочь ушла из жизни из-за твоей преступной беспечности! Как ты мог каждый вечер в течение стольких лет, когда мы выпивали по бокалу вина в память о Мелиссе, делать вид, что ее смерть была случайной? Молчать, скрывая страшную правду от меня, ее матери? И продолжать как ни в чем не бывало крутить роман с Деброй? — И Дженнифер, не выдержав, горько заплакала.