Вари Макфарлейн - Любовь как сон

Примо развернулся и ушел. Анна стояла с дымящейся сигаретой, дрожа от холода и глядя на горы. Она подумала, что сильно изменилась с тех пор, как пришла на ту встречу выпускников, и сомневалась, что вновь обратится к знакомствам по Интернету. Анна не страдала от одиночества. Отсутствие мужчины не значило, что она не состоялась; оно было просто констатацией факта. Если другие делали из этого какие-то выводы – пускай. А в жизни Анны хватало интересных событий. Она любила свою работу, любила друзей и родных. В школьные годы ей жилось препаршиво, и так она сказала бы любому, но Анна почувствовала, что прошлое перестало быть определяющим фактором.

Да, а еще она положила конец неловкости, разыскав Патрика в «Варкрафте», где он играл за панду, а она за волшебника-некроманта. Это была хорошая идея. Во всяком случае, она так думала. Они снова могли непринужденно болтать. Хотя Патрик теперь и пытался зазывать ее в какие-то рейды.

Анна сунула сигарету в рот и попробовала затянуться, подумав при этом: «Ты никогда не будешь «клевой». Но тебе и не надо».

Послышался легкий хруст гравия под ногами, и за спиной раздался мужской голос:

– А я и не знал, что ты куришь.

Анна повернулась и увидела Джеймса, который стоял перед ней, чисто выбритый, в темном костюме и белой рубашке.

Она смотрела на него, не отрывая взгляда, а потом ответила:

– Я не курю.

Хотя Джеймс и выглядел, как сказала бы Эгги, «офигительно», Анну поразила в нем не красота и не мужественность, а неизменная верность. Джеймс был одним из лучших ее друзей. И он приехал.

Она раздавила сигарету каблуком, бросилась к нему и обеими руками крепко обняла.

– Я так рада тебя видеть, – сказала Анна, прижимая Джеймса к себе, слыша шуршание ткани и чувствуя свежий запах новой рубашки. А когда он обнял Анну в ответ, она ощутила и крепкое тело под одеждой.

Джеймс Фрейзер, чудесным образом появившийся на парковке, в горах Италии? Какую бы весть он ни принес, Анна поняла, что ее молитвы услышаны.

– Спасибо, что написала, – сказал он, когда она разжала руки и отступила на шаг.

– Ты получил мое письмо! Я сомневалась, что… Сеть работает.

– Да, получил, – ответил Джеймс, пристально глядя на нее, и Анна почувствовала, что тает.

– Наверное, я зря написала такое женатому мужчине…

– Мы разводимся.

– О…

Джеймс откашлялся.

– Ты сказала, что помнишь мои дурацкие шутки. Я тоже кое-что помню. Например, ты говорила, что тебе нравится, когда мужчина красиво признается в своих чувствах. Не обещаю, но попробую.

Он ухмыльнулся, и Анна кивнула.

– Так. Когда я встретил тебя, то совершенно растерялся, как теперь понимаю. Впрочем, когда дело касалось правильного выбора, я никогда не отличался умом. И вот появилась ты и все изменила. Мои глупости… они срабатывали с другими, но я с самого начала понял, что ты совсем иная. Чтобы не утратить тебя, я должен был бросить старое и стать лучше. Прежде чем это понять, я успел влюбиться.

Анна внезапно перестала мерзнуть.

– Ты стыдишься своих школьных лет, и напрасно. Тебе как раз нечего стыдиться. И результат доказывает, что ты необыкновенный человек. Вот что я хотел сказать, и это гораздо важнее, чем признаться в любви, Анна, потому что влюбиться в тебя нетрудно. Намного труднее – сделать то, что сделала ты. Ты необыкновенная.

Он сделал паузу, чтобы отдышаться, и Анна не удержалась:

– Джеймс, мне очень приятно, что, по-твоему, я достойна восхищения, но я ведь тебе не нравлюсь. Ты сам сказал, что смотришь на меня как на сестру… что я не в твоем вкусе…

– Господи, да я просто врал, чтоб показаться круче! – воскликнул Джеймс. – Если бы ты мне не нравилась, разве я стал бы так тебя целовать?

Он шагнул вперед и наклонился, коснувшись ладонью ее щеки.

Анна сожгла свои школьные дневники, но, если бы сохранился хоть один, она открыла бы его и написала на полях послание самой себе, обращенное в прошлое. Предсказание сбылось, и в один прекрасный день Джеймс Фрейзер действительно поцеловал ее так страстно, что она позабыла обо всем на свете.

70

Джеймс во второй раз отступил, явно с некоторым усилием, и поправил сбившуюся розу у Анны в волосах.

Она всегда была красива, но сегодня выглядела просто необыкновенно.

– Пойдем в дом? – тихонько спросил Джеймс.

– А может быть, сбежим? Только я и ты, – предложила Анна, вновь обвивая его руками. От ее прикосновения Джеймсу показалось, что в животе все тает.

– Хм… хорошая мысль, но мне кажется, что пропускать свадьбу сестры не стоит.

Он взял Анну за руку, и они зашагали по дорожке.

– Как ты нас нашел? – спросила она.

– Приглашение от Эгги плюс один стервозный таксист. Я предупредил Эгги, что еду, и попросил, чтобы она держала это в тайне. С ума сойти, твоя сестра способна отвечать на эсэмэски в день собственной свадьбы.

– О, ничуть не удивляюсь.

– Познакомишь меня с твоими родителями?

– Да. Как тебя представить?

– Как Ласло Биро, изобретателя шариковой ручки. Или просто Джеймс сойдет?

– Я имею в виду – как моего парня?

– Конечно.

Они столкнулись с родителями, как только подошли к двери ресторана.

– Мама, папа, это Джеймс, мой парень, – сказала Анна, еще крепче стискивая его руку.

Родители, что неудивительно, впали в ступор, узнав о наличии у дочери бойфренда в момент знакомства с ним. Но расспрашивать не стали.

– Анна никогда нам не говорила! – воскликнула Джуди.

– Наверное, хотела сделать сюрприз, – намекнул Джеймс.

– И ей это удалось.

Анна закатила глаза.

– Вы немного запоздали, – сказал отец.

– Да, дела задержали. Но я очень рад, что все-таки приехал.

– Надеюсь, когда-нибудь вы сами здесь поженитесь.

– Папа! – воскликнула Анна.

– Очень разумные цены, а если предпочтете весну или лето, во дворе полно места. Можно поставить шатер и устроить барбекю. Все что угодно. И итальянцы пьют не как британцы. Не блюют.

– Просто супер, мистер Алесси. Вы, наверное, очень гордитесь своей родиной.

Отец протянул руку и похлопал Джеймса по плечу.

– Позаботься об Анне. Это моя любимица.

Джеймс рассмеялся, а Джуди укоризненно зацокала языком.

Они помахали друзьям Анны, которые удивились ничуть не меньше, а Мишель сделала торжествующий жест: «Ага, попался!»

– Потанцуем? – предложил Джеймс.

Он вывел Анну на танцпол и обнял за талию. Под жесткими кружевами платья он чувствовал тугой слой ткани, обвивавшей ее тело. Джеймс чувствовал себя невероятно счастливым, что он приехал и что Анна принадлежала ему…

– Значит… никакой больше Евы? – уточнила она.

– Я одумался. Прости, что понадобилось столько времени. Я медленно учусь. Она так и не переехала ко мне. Кстати, предупреждаю, по условиям развода я теряю дом, зато у меня остается Лютер. Если он тебе не нравится, смирись – нас поставляют комплектом.