Джиджи Грэйзер - Мужеедка

— Это мальчик! — воскликнул доктор Кац.

— Мальчик! У меня мальчик! — заорал отец. — Молодец, пирожочек!

Мать улыбалась молча, и глаза у нее были на мокром месте. «Звездочки» верещали от восторга.

— Ну у него и причиндалы! — ахнула Грэйви.

— Ты только посмотри на эти яйца, — поддержала ее Поло.

Дженнифер тихонько ревела.

— Мальчик? — уточнила Кларисса. — Вы уверены?

— Ну да, вполне уверен, — подтвердил доктор. — Как подметили ваши подруги, все необходимое снаряжение у него на месте.

Медсестра уложила завернутого в пеленки малыша Клариссе на грудь и предложила:

— Хотите его покормить?

Кларисса, сама того не ожидая, кивнула. Она вовсе не собиралась никого подпускать — к груди, но сейчас почувствовала, что все тело ее пульсирует от желания накормить этого ребенка.

Что я буду делать с мальчиком?

— Пожалуйста, можно я… останусь одна? — севшим от криков голосом попросила Кларисса. — И дайте пить.

В общем гомоне никто ее не услышал: все поздравляли друг дружку с удачными родами.

— Я хочу остаться одна с сыном, — прохрипела Кларисса чуть громче.

Доктор Кац с улыбкой посмотрел на нее и подмигнул.

— Конечно. Эй, давайте оставим нашу мамочку одну. Кажется, ей хочется кое с кем познакомиться.

Кларисса вновь вспомнила о пропавшем обручальном кольце. Может, он его просто снимает, когда принимает роды?

Мать все целовала и целовала малыша в макушку и ушла из палаты последней.

Кларисса осталась одна, и ребенок присосался к ее разбухшей груди.

— Ясно, — пробормотала Кларисса. — Вот оно, значит, как.

Малыш негромко посапывал. Он впервые в жизни ел за пределами материнского чрева.

— И кто же ты такой? — спросила Кларисса, глядя на сморщенный лобик и носик-пуговку. Она только сейчас сообразила, что даже не думала о подходящем имени для мальчика, поскольку была уверена, что родится девочка. Составив в уме небольшой список, Кларисса поняла, что все это — имена ее бывших любовников. Тогда, может, Тедди, как ее отец? Нет, по еврейской традиции ребенка называют в честь покойного родственника, так что Тедди не пойдет.

А не наречь ли малыша именем?.. Черт, она даже не знает, как его зовут!

— Ну и пропади он пропадом, твой папашка, — сказала она крохотной пушистой головке. — Просто подождем и посмотрим, кто ты такой. Ладно?

Белый сверточек весом в семь с половиной фунтов запищал и заерзал. Кларисса восприняла это как знак согласия и улыбнулась. Похоже, они уже подружились.

— Так кто же развелся? — пожелала узнать Грэйви. Она держала на руках Беби Икс, как его теперь называли, и на удивление нежно укачивала.

— Мистер Твид, — отозвалась Кларисса, посасывая розовую жидкость через соломинку. Возможно, лимонад. Кларисса сомневалась, но ей было все равно. — Он похож на баклажан, говорит с техасским акцентом и был ранен на охоте.

— О! Хм, — откликнулась Грэйви. — Не впечатляет.

— На той благотворительной распродаже… с аукционом… Он там был и спрашивал о тебе. Сказал, что ты… интересная.

— Я интересная, — подтвердила Грэйви. Пауза. — Он сказал, что я интересная?

— Так он сказал. Ты бы не могла… Его слишком туго запеленали.

— Тсс! Я знаю, что делаю.

— Он голодный. Дай его мне, — попросила Кларисса.

— Ты кормила десять минут назад.

— Он любит есть, ведь это мой сын.

Грэйви надулась, но все же вернула ребенка. Родители Клариссы ушли перекусить (дочь велела им притащить для нее гору еды), а девочки, по просьбе Клариссы, были заняты тем, что обзванивали всех, кому ей хотелось досадить этой новостью. Даже Сьюзи вызвалась звякнуть нескольким Клариссиным «бывшим».

Об Аароне никто и не вспомнил; никто не спрашивал, где он сейчас. Вот что значит настоящие друзья!

Грэйви подтянула себе стул, вздохнула, глядя, как Кларисса кормит ребенка, и заявила:

— Я тоже хочу.

— Хочешь иметь такие огромные сиськи? — уточнила Кларисса. — Сейчас парень закончит, и можешь их забирать.

Грэйви потянулась ущипнуть подругу и замерла с поднятой рукой…

На пороге, в ярко-зеленой рубахе и темно-коричневой кожаной куртке, держа в руках букет цветов и огромного синего плюшевого мишку, стоял Аарон. При одном взгляде на него Клариссе захотелось нырнуть под кровать вместе с ребенком, свеженаложенными швами и всем прочим.

— А вот и донор спермы! — объявила Грэйви.

— Грэйви, твой выход, — бросила ей Кларисса.

Грэйви кивнула и без единого звука удалилась из палаты. Кларисса могла ею гордиться.

— Материнство тебе идет, — сказал псевдо-Аарон. — Малыш просто чудо и похож на тебя.

— Ерунда. Он — вылитый ты, и тебе это прекрасно известно, — заявила Кларисса, глядя на пушистую черную головку. — Вот уж повезло, да?

Она чувствовала себя голой, уязвимой и беспомощной. Она многого ждала от этого момента и готовилась к нему, но сейчас все шло не так.

— Кларисса…

Кларисса закрыла глаза. Усталость накатила волной. Хорошо хоть не забыла вымыть голову сегодня утром.

— Кларисса, чего ты хочешь?

Простой вопрос. Еще пару месяцев назад она бы ответила без труда. Но сейчас… Чего я хочу? Чего я хочу на самом деле?

— Не знаю. Постой, знаю. Спать. Я хочу спать.

— У нас теперь ребенок, Кларисса. Мы должны думать о том, как будет лучше для… Как его зовут?

— Прочерк. Имени пока нет. Да и вообще, насколько я помню, до пятого класса оно ему и не понадобится.

— Нужно дать мальчику имя… Ему нужно имя.

— Есть предложение?

— Есть. Джеймс-младший. Джеймс Б. Таннер, младший.

— Надо понимать, что тебя именно так зовут? — уточнила Кларисса. — Джеймс?

— Да. Так меня зовут. — Он посмотрел ей в глаза. — А что плохого в имени Джеймс? Джеймс — королевское имя.

— А «Б» что означает?

— Бернард.

— Другие варианты?

— Что плохого в…

— Другие варианты?

— Он ведь и мой сын тоже.

— О нет… Только не начинай. После того как ты меня обманул и заставил выйти за тебя под ложным предлогом…

— Тебя? Заставил? Да разве такое возможно?

— А еще ты нанял адвоката по разводам.

— Что? — изумился Джеймс. — Я не нанимал адвоката. У меня и денег-то нет на адвоката.

— Все равно ясно, что ты хочешь развода.

— Кто сказал, что я хочу развода?

— Ты сам только что сказал.

— Я такого никогда не говорил. Но у нас с тобой, признай сама, и без этого с лихвой хватает проблем.

— Мне очень жаль, что наш брак помешал твоим свиданиям.