Елена Веснина - Преодоление преград

— Я не об этом. Я насчет совместной жизни. Тебе не кажется, что поздновато нам начинать с нуля? Мы же уже немолодые люди, это как-то странно.

— Поверь мне — лучше поздно, чем никогда. И что, только молодые имеют право на счастье? — спросил Буравин.

Полина неуверенно сказала:

— Нет, но… Над нами же смеяться будут, нам нужно детей женить, а не о себе думать. У нас скоро внуки пойдут…

Буравин уверенно заявил:

— Дети разберутся без нас — они уже взрослые. А нам с тобой друг без друга не жить. Или ты в этом все еще сомневаешься?

— Наверное, ты прав… — Полина отвела глаза.

— Ну, наконец-то. Где твои вещи? — обрадовался Буравин.

Полина показала рукой:

— У меня тут самое необходимое. Одна сумка. Остальные вещи остались дома.

— Значит, надо поехать и забрать их, — предложил Буравин.

— А вдруг Самойлов дома? Что я ему скажу? — заволновалась Полина.

— Ничего не бойся, когда ты со мной. Вставай, и поехали к Самойлову. Это даже хорошо, если он будет там. Нужно разрубать этот узел, мне надоело его распутывать, — Буравин был настроен решительно.

Полина все еще колебалась:

— А мы точно не совершаем ошибку?

— Поля, мы всю свою жизнь обманывали сами себя. Хватит сомневаться, мы просомневались двадцать пять лет. Й страдали, и жизни не видели, и счастья. Пора жить! Вставай!

Полина поднялась, Буравин твердо взял ее за руку и решительно повел к будущей совместной жизни.

Когда Маша пришла домой, там никого не было. Она без сил села на кровать, чувствуя себя совершенно опустошенной.

— Вот все и закончилось, — тихо сама себе сказала Маша.

Встав, она стала собирать вещи, извлекая их из шкафа и складывая в сумку.

Неожиданно среди остальных вещей ей попалось полотенце с именем ЛЕША, то самое, которое она уносила когда-то мокрым от Леши, чтобы высушить дома, да так и забыла о нем. Маша смотрела на полотенце, вспоминая давно прошедшие дни.

Она вспомнила, как они с Алешей купались в море, гуляли по набережной, танцевали. Она вспомнила множество мгновений их жизни, вспомнила больницу, бессонные ночи. Маша не сдержалась и, уткнувшись лицом в Алешино полотенце, горько заплакала…

Врач сделал Сан Санычу перевязку и сказал:

— Ну что ж, вы были правы, кость не задета, рана чистая. Хороший уход, постельный режим — и через пару недель будете как новый. Сейчас я вас определю в палату.

Сан Саныч приподнялся на локтях:

— Постойте, доктор, какую еще палату? Я в больницу не хочу!

— У вас серьезная кровопотеря. Поэтому я все-таки порекомендовал бы вам полежать у нас, пройти обследование, подлечиться. У нас хороший персонал, обеспечим вам уход.

Зинаида умоляющим взглядом посмотрела на врача:

— Доктор, отпустите его, а? Я сама обеспечу ему уход! А дома все-таки и стены помогают. Я буду за ним следить, уж поверьте, теперь он никуда от меня не ускользнет!

— Ну что ж, воля ваша. Я распоряжусь, вас сейчас отвезут. Но ему необходим постельный режим, полный покой, — дал строгие указания врач.

Сан Саныч обрадованно закивал:

— Вот спасибо вам, доктор!

И старики отправились домой.

Зайдя в дом, Сан Саныч направился было к лестнице, ведущей на чердак. .

— Ты куда это? — недоуменно спросила Зинаида. Сан Саныч пояснил:

— Так к себе, на верхотуру. Зинаида всплеснула руками:

— С ума сошел, куда ты рыпаешься со своей ногой на чердак?

— А куда ж мне? — покорно спросил Сан Саныч.

— Ложись здесь, я сейчас перестелю, — скомандовала Зинаида, показывая ему на свою кровать.

— Остаться здесь? С тобой? — изумленно переспросил он. — А если я привыкну? Потом, гляди, не выгонишь ведь.

Зинаида вздохнула:

— Ну и дурак же ты, Саныч! За что я тебя только люблю?

Саныч внимательно посмотрел на нее:

— Я должен воспринимать это как официальное предложение?

— А как хочешь, так и воспринимай, — отмахнулась Зинаида.

— Ты меня простила? — уточнил Саныч.

— Куда ж мне деваться? Разве можно не простить такого героя? Тем более наши чувства выдержали испытания временем, а это не хухры-мухры, это серьезно! — улыбнулась Зинаида. — Только гляди у меня — чтоб на этот раз все было по-людски!

Сан Саныч хотел было обнять Зинаиду, но вскрикнул от боли в йоге.

Зинаида спохватилась:

— Что, болит? Может, подождем пока со свадьбой?

— Э нет, я больше ждать не могу! Если только тебя не смущает стреляный жених, — борясь с болью, отшутился он.

— Я тебя любого люблю! — просияла Зинаида.

В тот момент, когда они все-таки обнялись, вошла Маша с полотенцем в руках.

— Сан Саныч! Я так рада, что с вами все в порядке! — радостно воскликнула она и присоединила к объятиям Зинаиды еще и свои.

Всем троим было что рассказать друг другу, поэтому через какое-то время на столе уже был неизменный чай с вареньем, и беседа шла полным ходом. Первым изложил свою захватывающую историю Сан Саныч.

— …Вот так мы его со следователем и заарестовали, Мишку-то!

— Я так переживала, когда узнала, что вы в катакомбы отправились. Да вы настоящий герой, Сан Саныч! Я вами горжусь! — глядя на него с восхищением, сказала Маша.

— Да что вы заладили — герой, герой. Просто нужно было старый должок вернуть, — объяснил Саныч.

Зинаида обратила внимание на полотенце, которое Маша принесла на кухню.

— Маша, а что это за полотенце у тебя? На море собралась?

— Нет. Это не мое полотенце. Это Лешино, — ответила Маша и встала из-за стола. Мгновенно погрустнев, она протянула полотенце Зинаиде.

— Бабушка, отдай его Самойловым, хорошо?

— Так и отдай сама, почему я-то должна? — непонимающе сказала бабушка.

— А я уже не смогу, — покачала головой Маша. Зинаида и Сан Саныч переглянулись.

— Но почему? — спросила Зинаида. Маша встала и решительно заявила:

— Бабушка, Сан Саныч, я… решила уехать из города. Навсегда.

Сан Саныч и бабушка изумились такому решению. — То есть… Как это уезжаешь? Куда? — робко переспросила Зинаида.

— Поеду поступать в медицинский. Я же всегда этого хотела, ты знаешь, — ответила Маша бабушке. Та стала сомневаться:

— Вот так вот, ни с того ни с сего? Внезапно?

— Ну, почему же?! Не внезапно, я все давно продумала, — объяснила Маша.

Сан Саныч сидел с недовольным видом и наконец произнес:

— А сообщить решила только сейчас?

— Да! Поставила нас перед фактом. И что, ты считаешь это нормальным? — подхватила Зинаида.

— Почему не посоветовалась? — вторил Саныч.

— Зачем? — безразлично спросила Маша.

— Что значит «зачем»? — взвилась Зинаида. Но Маша была непреклонна: