Елена Веснина - Преодоление преград

— Все равно!

— А вдруг не подойдет? — настаивала на своем Ксюха.

— Как это не подойдет? У нас все точно! У меня глаз — алмаз! — и Женя спрятал коробочку в карман.

— Какой же ты у меня все-таки замечательный! — похвалила Женьку счастливая Ксюха.

— Да ладно тебе… — смутился Женя.

— Маш, скажи — он ведь правда замечательный? — обратилась к подруге за поддержкой Ксюха.

— Вы оба замечательные. Я очень рада за вас, ребята, — искренне ответила Маша. — А вот мне в этом городе все стало не мило… Я хочу уехать отсюда.

— Как это уехать? — не поняла Ксюха.

— Вот так. Поступить наконец-то в медицинский институт. Я ведь по-прежнему хочу лечить людей.

— Ну, ты даешь! — восхищенно сказал Женя.

— Постой, а ты Леше об этом говорила? — уточнила Ксюха.

— Нет, ему незачем об этом знать. Ну, я пойду. Желаю вам счастья.

— Подожди, Маша! Не уходи! — попросила Ксюха. — Так нельзя. Куда ты поедешь?

— Не знаю. В Киев, наверное. Или в Москву…

— А как же Алеша? — удивился Женя. — Вы же любите друг друга!

— Это уже не важно. Я решила. Для меня эта история закончена. Я начну новую жизнь. Прощайте.

Маша ушла, а влюбленные озадаченно переглянулись.

— Как ты думаешь, Маша действительно уедет или это блеф, и она завтра передумает? — спросил Женя, не понимая странной женской логики.

— Ты знаешь, я видела ее глаза, мне кажется, она не шутит, — ответила Ксюха.

— Ты представляешь, что будет с Лехой, когда он узнает? Черт, что же делать?

— Боюсь, остается только один выход — нужно пойти и рассказать обо всем Леше, — предложила Ксюха.

— Ты права. Иначе с Маши станется — она действительно возьмет и уедет, не сказав ему ни о чем. Я немедленно иду к нему. Мы с ним друзья, поговорим с глазу на глаз.

— Хорошо. Беги, я буду ждать тебя! — Ксюха снова засияла, обняла Женьку и поцеловала. Как хорошо, когда есть кого ждать!

Сан Саныч попытался потихоньку двигаться к выходу из катакомб. Но делать это было непросто, потому что нога болела и кровоточила. Он шел, сцепив зубы, придерживаясь за шершавую стену и чувствуя, что силы быстро покидают его. Наконец он сильно навалился на раненую ногу, она подвернулась, и Сан Саныч упал, ударившись головой о камни, и потерял сознание. Так и лежал он в кромешной тьме, но помощь уже спешила к нему.

К катакомбам подъехали милицейские машины, из которых вышли милиционеры и добившаяся своего Зинаида, ее-таки взяли с собой.

Следователь на ходу отдавал команды:

— Перекройте все ближайшие выходы из катакомб, чтоб ни одна мышь мимо вас не проскочила. Ни туда, ни оттуда. Одна группа — со мной, пойдем внутрь через этот вход.

— А вы катакомбы-то знаете? — поинтересовалась Зинаида.

— Ну, знаю… Так, приблизительно, — признался следователь.

— А как же вы их искать станете? Там же целый город!

— А кто его просил туда соваться одного? — сердито заметил следователь. — Послушался бы меня, пошли бы вместе, он — проводником. Так нет же…

— Ой, горюшко… Там ведь месяц плутать можно, — запричитала Зинаида, и следователь пожалел о том, что ее взяли с собой.

— Понадобится месяц — будем искать месяц. Но надеюсь, что все не так страшно… И вообще, если он так хорошо знает катакомбы, бояться нечего, погуляет и придет.

— Его ведь сколько уже нет? Беда стряслась с ним, чует сердце! — волновалась Зинаида. — Убил его Мишка, они ведь смолоду враждуют!

— Да с чего вы взяли, что он его там вообще нашел? Сами же говорите — месяц плутать можно.

— Вы моего Сашу не знаете! Если этот супостат там был — он его нашел! Ой, лышенько…

— Ну все, хватит причитать. Пора за работу. За мной, ребята!

Следователь и несколько милиционеров взяли фонари и вошли в катакомбы. Зинаида же села на землю и закрыла лицо руками.

В это время к безжизненному Сан Санычу подошел смотритель. Он посветил ему в лицо, понял, что Саныч без сознания, поставил на землю фонарь и стал тормошить друга детства:

— Эй ты, герой, черт тебя побери…

Саныч пришел в себя, увидел смотрителя и тихо сказал:

— Опять ты… Иди отсюда. Спасай свою шкуру.

— Дурак, ты же загнешься тут, до выхода не дойдешь, — сказал смотритель.

— Не твоя печаль.

— А как же те, кто тебя любит и ждет? О них не хочешь подумать? Давай руку. Или опять станешь отказываться? Ну? Последний раз предлагаю!

И Саныч протянул руку смотрителю, который помог ему подняться. Как ни странно, но потащил смотритель своего друга Сашку по темным катакомбам к выходу. Дело это было нелегкое, но смотритель не бросал Сан Саныча. Только через некоторое время, когда до выхода из катакомб оставалось совсем немного, смотритель остановился:

— Все, приплыли, отдать швартовы. Ну и здоров ты. упарился с тобой…

— Что ж ты… на полпути-то… — вздохнул тяжело Сан Саныч.

— Я тебя здесь оставлю, если искать будут, то сразу найдут. А я пошел.

— Мишка, не уходи, одумайся, пойдем вместе. Я им скажу, что ты меня спас! Тебе срок скостят.

Мне годом больше, годом меньше уже без разницы, Санька. Я не сдамся! — ответил смотритель. Но тут в темноте вспыхнули сразу несколько фонарей, и раздался голос следователя:

— Руки вверх, вы арестованы! Брось оружие! Или я стреляю!

— Не стреляйте! — закричал Сан Саныч следователю и повернулся к смотрителю. — Мишка, не дури, брось пистолет!

— Брось оружие! Последний раз предупреждаю! Считаю до трех… Раз! — голос следователя, казалось, заполнял все пространство.

— Мишка, брось пистолет! — взмолился Сан Саныч.

— Два! — продолжал считать следователь.

— Мишка… раз в жизни… — прошептал Сан Саныч.

— Три! — сказал следователь, и смотритель одновременно с этим словом бросил пистолет.

Милиционеры вывели из катакомб смотрителя, а следователь вытащил Сан Саныча.

Зинаида кинулась к любимому, улыбаясь сквозь слезы:

— Саша! Сашенька! Живой! Ты жив, жив, милый мой, хороший…

Сан Саныч неловко обнял Зинаиду:

— Ну, чего ты, чего голосишь-то, — стал он ее успокаивать. — Все же нормально. Все же хорошо.

Зинаида перестала плакать, осмотрела Сан Саныча и без перехода строго сказала:

— Хорошо, значит? Ну, я тебе дам, гад! Как ты мог меня обмануть, негодяй! На рыбалку он пошел! Я сейчас тебе покажу рыбалку!

Зинаида хотела было всыпать Сан Санычу по первое число, но он застонал, неудачно двинув ногой, и она снова бросилась к нему:

— Что, сильно болит? Скорее врача, он же ранен! — потребовала она. Но и без криков Зинаиды к Сан Санычу уже спешил врач. Операция была завершена. Машины увозили всех участников событий подальше от мрачных катакомб.