Блиц - Девни Перри

мог бы стать нашим спасением, если бы не тот факт, что Торен стоял в моей гостиной. И две мои соседки ловили каждое наше слово.

О боже. Все повторялось сначала. Они расскажут другим девочкам или тренеру Куинн, и все это не будет иметь значения. Согласие Форда проигнорировать тот факт, что он застал нас целующимися, ничего бы не значило.

Потому что Торен стоял в моей гостиной.

— Зачем ты пришел сюда, Торен? — мой голос наполнил дом, когда я махнула рукой в сторону своих соседок. — Они расскажут, и все будет кончено. Мы будем уничтожены. И все это будет напрасно. Ты потеряешь все. Я заберу у тебя все.

Жесткость в выражении его лица исчезла.

— Детка.

— Не надо. — Я протянула руку в сторону Стиви и Лиз. — Они прямо здесь.

Он оглянулся и пожал плечами.

— Мне все равно. Я пришел сюда ради тебя.

Потому что я не отвечала на звонки. Он волновался.

— Тор, — я осела на ступеньку, когда рыдания возобновились.

Размытым пятном он пересек комнату и опустился передо мной на колени, затем взял меня пальцами за подбородок, приподнимая мое лицо, пока наши взгляды не встретились.

— Мы не уничтожены.

— Твоя работа…

— Это не так важно, как ты. — Он смахнул слезу большим пальцем. — Мы разберемся с этим. С твоей стипендией. С моей работой. Все это не имеет значения. Единственный способ, которым ты можешь отнять у меня все — это уйти.

— Дело не в моей стипендии. Это ни за что не останется секретом.

Он грустно улыбнулся мне.

— Наверное, нет.

Стиви прочистила горло, делая осторожный шаг вперед.

— Мы, эм, знаем, куда ты ходишь по ночам. Мы уже давно это знаем.

Так что это всегда должно было закончиться. Я не отрывала взгляда от Торена, ожидая, что в его глазах отразится та же безнадежность, что и в моем сердце, но он выглядел почти… облегченным.

— Как долго? — спросил он, оглянувшись через плечо на Стиви и Лиз.

— Пару месяцев? — Лиз пожала плечами. — Я видела, как ты однажды ночью выскользнула из дома, и проследила, как ты направилась к его дому.

Пару месяцев?

— Но т-ты ничего не сказала? Почему?

Они переглянулись, затем Стиви пожала плечами.

— Мы в одной команде. Мы тебя прикроем.

Я уставилась на них немигающим взглядом, затем перевела взгляд на Торена.

— Я хочу им верить.

— Тогда верь, — сказала Стиви.

Может, все было так просто. А может, и нет.

— У меня не самые лучшие отношения с товарищами по команде, — призналась я. Эта статья нависла над домом, и, хотя Торен заслуживал того, чтобы узнать о ней больше всех, я не попросила Стиви или Лиз уйти.

Они тоже могут послушать правду.

— Я должна тебе кое-что рассказать, — прошептала я.

Он встал рядом со мной на лестнице. Затем взял меня за руку, переплел наши пальцы, чтобы крепко держать и стал ждать. Пока я собиралась с духом, чтобы сказать то, что должна была сказать несколько месяцев назад.

— Прошлой весной в Стэнфорде я начала встречаться с помощником тренера. — Это был первый раз, когда я сказала правду вслух.

— Кристиан Моррис, — сказал он.

Я съежилась, мне было неприятно слышать его имя, особенно из уст Торена.

— Да. Какое-то время мы флиртовали, и однажды вечером после игры он пригласил меня на свидание. Мне следовало отказаться, но я этого не сделала.

Торен напрягся, но промолчал. Мои соседки тоже.

— Это продолжалось около двух месяцев. Мы не торопились. В то время я жила с несколькими своими подругами. Они все тоже были в команде. Эмили, моя лучшая подруга, знала, что я с кем-то встречаюсь, но не знала, с кем именно. Она все просила и умоляла меня рассказать ей, с кем я встречаюсь, но я не сдавалась. Я никогда никому не рассказывала о Кристиане, но она, должно быть, что-то заподозрила, потому что начала распускать слухи по команде, что мы были вместе.

— Вот сука, — прошипела Стиви.

Я опустила взгляд на свою руку, переплетенную с рукой Торена.

— Она вцепилась в меня. Думаю, она думала, что в конце концов я уступлю, если она будет не единственной, кто спрашивает. Только вот чего не знала Эмили, чего не знала я, так это того, что я была не единственной девушкой из команды, за которой ухаживал Кристиан. Той зимой он спал с другой девушкой, второкурсницей.

— Черт, — пробормотала Лиз.

— Когда Эмили начала сплетничать о тренере и игроке, другая девушка подумала, что это о ней. Она пошла к главному тренеру и призналась. Это было в мае. Кристиана немедленно уволили. А на следующий день я зашла на портал перевода и подала прошение о переводе в другой университет. Угадайте, кто занял мое место в качестве нападающего?

— Эмили. — Лиз усмехнулась. — Ого. Неудивительно, что у тебя проблемы с доверием.

— Это мир, из которого я родом, — сказала я. — Если кто-то лучше тебя, то ты делаешь все возможное, чтобы его унизить.

— Ты больше не в Стэнфорде, — сказала Стиви.

Пальцы Торена сжались вокруг моих.

— Разве что-то подобное не должно было попасть в новости? — спросила Лиз.

— Да, но я уверена, что все были вынуждены держать это в секрете, — сказала Стиви. — Ни один университет не хочет, чтобы с их именем был связан такой скандал.

Только теперь, когда Кристиан снова облажался, от этого уже не спрячешься.

— Я никогда не была с ним, — прошептала я Торену. — Он этого хотел. Мы были близки. Но я не была готова пройти весь путь. Мы встречались за ужином. Целовались и дурачились. Потом я останавливала нас и уходила.

Может быть, потому, что какая-то часть меня всегда беспокоилась о его интересе. Эти отношения так сильно отличались от наших с Тореном, что были похожи на день и ночь. Кристиан все давил и давил. Он ни разу не отступил. Он ни