Лиз Айлэнд - Розовое гетто

Образ сгорающего Флейшмана согрел мне душу. Я все еще не могла представить себя поднявшейся на уровень успеха, который вызовет зависть Флейшмана, но, возможно, направилась по пути восстановления душевного равновесия.

И наконец, когда мы допивали чай, я попросила Люка рассказать о его жизни.

Он родился на Среднем Западе, в Чикаго. Отец — дерматолог. Частные школы. Проблемы в Греции, когда у него закончились деньги (он проводил год в Европе), и пришлось на перекладных добираться до Афин, чтобы послать телеграмму домой. Юридический факультет. Работа в «Маколпин и Эттинг», которую он получил, едва сдав экзамены в адвокатуру.

Судя по всему, он мог выбрать себе девиз «Жизнь без напряга». По сравнению с некоторыми эпизодами моей биографии его греческие проблемы с наличностью выглядели сущим пустяком.

Он расплатился по чеку.

— Едем к Сильвии?

На улице я повернула к станции подземки, но он, смеясь, схватил меня за руку и остановил.

— Куда ты?

— Метро там, — указала я.

— А мой гараж — там. — И указал в другую сторону.

— Гараж?

Его брови поднялись, это выглядело восхитительно.

— Такое помещение, куда ставят автомобили.

— Ты — первый мой знакомый с Манхэттена, у которого есть автомобиль.

Он взял меня под руку.

— Я привел тебя в этот тайский ресторан, потому что он рядом с гаражом.

Я с трудом подавила вздох разочарования. Значит, ритуал первого свидания ни при чем. Люк вообще не считал, что я достойна свидания.

Черт, лучше бы воспользовалась за столом вилкой!

20

Кто бы мог подумать, что прием, организованный «Романс джорнал», из тех событий, что могут заинтересовать Андреа, но в час сорок пять она была готова к отъезду. Выглядела восхитительно в бежевом платье-джерси и в туфлях на пятидюймовых каблуках. Я тоже приоделась, но она еще и сделала роскошную прическу.

В общем, Андреа выглядела совсем не так, как утром, когда уходила из квартиры. Впрочем, всю первую половину дня я ее не видела.

— Где ты была?

— Переодевалась вот и сделала прическу.

— Выглядишь потрясающе.

— На приеме будет много людей из издательского бизнеса.

Я коротко глянула на нее.

— Я думала, ты решила остаться.

— Да! — кивнула она. — Но мы представляем «Кэндллайт». И должны смотреться, не так ли?

— Лгунья, — фыркнула я.

Старые привычки живучи. Некоторые девушки каждое утро отрывают голову от подушки, мечтая о том, что сегодня встретят идеального мужчину. Андреа точно так же грезила об идеальной работе.

— Пора! — воскликнула она.

— Хорошо-хорошо! — Смеясь, я схватила сумочку. — Только чуть подкрашусь. Неряхи не могут представлять «Кэндллайт».

У лифта нас догнала Рита. В обычном костюме. Но, по случаю приема, мазнула помадой по губам.

— Я думаю, сектор «Пульс» может поехать и на такси. Я плачу.

— Наверное, запишете на расходный счет? — спросила Андреа.

— Ну… да.

— А где Линдси?

На лице Риты отразилось сомнение.

— Разве она идет?

— Я видела ее недавно, — ответила я. — Нарядно одетой.

Нарядно, естественно, по меркам Линдси, то есть в серебристом атласном топике с аквамариновыми дельфинами. Топик не гармонировал с синей юбкой, но трудно было представить себе, с чем такой топик вообще мог гармонировать. Тем не менее она пыталась прихорошиться.

Андреа уже тащила нас к выходу. Ей определенно не хотелось появляться на приеме в компании этих дельфинов.

— Твоя протеже нас догонит.

С тех пор как я начала помогать Линдси добиться повышения, Андреа стала называть ее «твоя протеже». Забавы ради она любила рассуждать о вариациях фильма «Все о Еве»[104], в котором Линдси играла Еву, а я — Марго Чаннинг.

— «Все о Еве», упрощенная версия, — отвечала я. — Без парня, которого может увести Линдси.

— А как насчет Люка? — поинтересовалась Андреа.

С Люком возникли серьезные проблемы. Он разыскивал Р. Дж. Лэнгли. Ему нравилось приглашать меня на обед или в бар, чтобы доложить о проделанной работе. Но дальше дело не шло.

Когда я указала на сей факт, Андреа удивилась:

— А сколько прошло времени? Неделя?

Потом интонация ее несколько изменилась.

— Расслабься. Сколько прошло времени? Всего две недели?

На воскресном бранче, несколькими днями раньше, Люк рассказывал мне о способах, которыми пользуются люди, чтобы украсть деньги и спрятать их в офшорах. Разумеется, мне не оставалось ничего другого, как прийти домой и выплеснуть накопившееся раздражение на соседок.

— Две недели, а вся наша близость заключается в том, что он держит меня за руку, когда вытаскивает с заднего сиденья такси.

— И что? — пожала плечами Уэнди. — Он джентльмен.

— Слишком джентльменистый джентльмен, — пожаловалась я.

— Но он продолжает приглашать тебя?

— Только из-за Сильвии. Ведет себя так, словно мы расследуем какое-то дело. Холмс и Ватсон.

— Гм-м… Может, я смогу стать твоей Евой и умыкнуть его у тебя.

— Может быть, — согласилась я.

Андреа на мгновение задумалась.

— Тогда в нашей совместной жизни могут возникнуть проблемы.

— Мы привычные, — вставила Уэнди.

Отель располагался на Сентрал-Парк-Саут. В вестибюле было полно плакатов с надписями, что гостей «Романс джорнал» ждут на втором этаже, но дорогу можно было найти, следуя за разодетыми дамами, которые поднимались по лестнице. В другом зале — он назывался «Колонный» — проводилось какое-то мероприятие, спонсируемое новым спортивным каналом кабельного телевидения. Мужчины двигались в том направлении. Ужасно хотелось вырваться из колонны женщин и последовать за ними.

В бальном зале нас ждало впечатляющее зрелище и музыка Дебюсси, исполняемая на флейте и двух арфах. Интерьер огромного зала выдержали в кремовом и золотом цветах, за исключением полоски алого ковра, которая делила помещение надвое и вела к возвышению, уставленному круглыми, под белоснежными скатертями, столиками. По центру каждого столика, на подставке в окружении кремовых роз, сверкал золотом и драгоценными камнями один из предметов коллекции. Столы побольше — для гостей — расставили по всему залу. Но народу было так много, что я просто не понимала, как нам всем удастся разместиться.

— Зачем этот ковер? — полюбопытствовала я.

— Похоже, что будет и показ мод, — ответила Андреа. Ей пришлось чуть ли не кричать, чтобы перекрыть шум толпы.

Оглядевшись, я внутренне сжалась. Знала, что здесь будут люди, которые могут меня узнать… с конференций, где я побывала. Но как-то не думала, что это будут те же самые люди, которых я оскорбила визитными карточками, те, от которых чуть не сбежала с трибуны, и кое-кто, на кого меня вырвало…