Решения, принятые после полуночи - Рейчел Хиггинсон

не могу выразить тебе, как сильно я скучал по тебе, — сказал он, пальцами расстегивая пуговицы на джинсах. — Я думал о том, чтобы ездить сюда, по крайней мере, три раза в день с тех пор, как ты уехала.

— Мы похожи, — сказала я ему, хватая его за плечи и толкая на кровать. — Я планировала проехать через Дарем на обратном пути в Чикаго. Я не могла не увидеть тебя.

Он схватил меня сзади за бедра и потянул к себе на колени, чтобы я оседлала его.

— Мы разберёмся с этим, Ло. Так или иначе, у нас всё получится.

Я устроилась на нем сверху, мои бедра широко раздвинулись над его бедрами. Я не знала, как у нас все получится, но я ему поверила. Потому что не только ощущение его тела под моим было таким совершенным. Это были мы вместе, то, как его душа и моя душа просто… сошлись.

Родственные души казались немного чересчур драматичными, но было что-то в этом судьбоносном чувстве встречи двух людей и просто… знании. Ладно, это заняло несколько месяцев, и расстояние сделало все более четким. Но этот человек был именно таким человеком, о котором я могла только мечтать. Если бы кто-нибудь спросил меня, чего я хочу от партнера до того, как я с ним познакомилась, я бы почти точно описала Уилла.

Не то чтобы я распознала в нем все это, когда мы впервые встретились. Я была застенчивой, сломленной, подавленной беспорядком. И он был весь в острых углах и горячем разочаровании. Но под этими первыми впечатлениями скрывалась связь, ради которой стоило пожертвовать… Ради которой стоило разобраться в жизни.

Его руки скользнули вверх по моим бедрам, дергая за трусики, пока я неохотно не слезла с него, чтобы снять их. Он торжествующе поднял презерватив, показывая мне, что пришел подготовленным. В отличие от прошлого раза.

Я рассмеялась, а затем позволила ему снова уложить меня сверху. Мы целовались и целовались и исследовали все наши любимые места друг на друге. Его пальцы между моих ног, пока я не начала задыхаться. Его рот на моих сосках, пока мои вздохи не превратились в слышимые стоны. Затем я толкнула его на кровать и использовала свой рот, чтобы попробовать на вкус, прикоснуться и подтолкнуть нас обоих к краю пропасти.

Мы сводили друг друга с ума, исследуя все восхитительные укромные уголки, которых мы были лишены в течение нескольких месяцев. И когда мы, наконец, собрались вместе, это было даже лучше, чем в первый раз. Я была сверху, обхватив ногами его талию. Он толкнулся в меня, и я издала звук, которого никогда раньше в своей жизни не издавала. Он был так глубоко внутри меня, не только физически, но и эмоционально. Я чувствовала его повсюду, в своей голове, в своей крови, в своей душе.

Мои руки лежали на его груди, когда он схватил меня за бедра и повел в заданном им темпе. Медленно, а затем нарастая, а потом мы оба мчались к краю обрыва. Я посмотрела на него сверху вниз, на его темные волосы на фоне белого постельного белья. Эти травянисто-зеленые глаза уставились на мое лицо. Он был таким невероятно совершенным. Может быть, не в традиционном смысле этого слова. Он был человеком, ущербным и сломленным, но для меня он был всем. Он был как раз для меня.

И это было самое невероятное — он был моим.

Внезапно он перевернул меня, не теряя связи. Я мягко приземлилась на подушку и сделала пьянящий вдох от символизма. Я искала безопасное место для посадки, и вот он здесь. Он улыбнулся, и это опустошило меня наилучшим из возможных способов.

— Уилл, — выдохнула я.

Он наклонился и поцеловал меня. Сначала это было сладко, затяжно. А потом, глубоко, страстно и умопомрачительно.

— Ты нужна мне, Лола, — прошептал он мне в губы.

Я не знала, имел ли он в виду только сейчас или все время. Но это не имело значения, потому что я чувствовала то же самое по отношению к нему. А потом он двигался внутри меня, пока я не превратилась во взрывающийся фейерверк, хватающий ртом воздух.

А потом, когда мы привели себя в порядок, и я переоделась в футболку, которую украла у него много месяцев назад, я прижалась к нему, его руки крепко обняли меня, и я знала, что все будет хорошо.

Мой мир, возможно, полностью рухнул, когда я поняла, что мои отношения с Оуэном были ложью, но он был восстановлен наилучшим из возможных способов. Дарем был ночным решением, принятым по наитию. Но Уилл был полной противоположностью. В нем не было ничего временного, мимолетного или неопределенного.

Даже если бы наши отношения были построены на множестве моментов после полуночи.

— Я знаю, что это рано, — пробормотал он, его дыхание коснулось моего затылка, — но я никогда ни к кому раньше не испытывал ничего подобного, Лола. Ни в каких других отношениях, в которых я был, я не чувствовал себя так хорошо.

Я перекатилась на спину, и он подвинулся, чтобы освободить мне место. Он подпер голову рукой, и вот мы лежали, глядя друг другу в глаза, под шум океанских волн, разбивающихся о берег вдалеке. Это был самый прекрасный момент, который я могла себе представить в этой маленькой пляжной аренде. Я забронировала дом, имея в виду кого-то другого, но это было лучше. Жизнь, обстоятельства и какой-то шанс свели нас вместе, но мне казалось, что так и должно было быть всегда. Он и я. Создавать мягкое место друг для друга, чтобы приземлиться, когда работа, наши семьи и весь этот чертов мир стали невыносимыми. Смеяться поздно ночью. Запутавшись друг в друге. Надежда и сладкие обещания в наших прошептанных словах.

— У меня были только одни отношения, — серьёзно сказала я ему. — И всё закончилось не совсем так, как я надеялась, — он сделал все возможное, чтобы подавить улыбку в ответ на мой саркастический тон. — Но дело было не в этом. Мы встречались много лет, и это никогда не было… таким.

Его голова наклонилась, чтобы он мог запечатлеть сладкий, смакующий поцелуй на моих губах.

— Как ты думаешь, что это значит? Я имею в виду, ты и я.

Уилл многому меня научил. Он научил меня отличать коктейли от мартини. Различные виды пива. Как приготовить подлый джин с тоником. В целом, другой взгляд на предназначение алкоголя. Он научил меня радоваться жизни — хорошей, плохой, уродливой. Как просто отметить те