Одна в толпе (СИ) - Крон Марта

— Да. — изрекла она, на секунду задумавшись. — Ты говорила о том, что у тебя к нему чувства…

— У него ко мне тоже. — мягким тоном сказала я, сделав шаг к маме и сев перед ней на корточки.

— И что это значит? — не поняла она моего посыла. — Зачем тогда его отец с телохранителем приехал?

— Миша не телохранитель, а просто помощник. — поправила я. — Мам, я соврала тогда насчёт Лёни… — хотела прикоснуться к родным рукам матери, но не решилась.

— Когда? — женская грудь начала тяжело вздыматься и я это отдалось болью в моей.

— Почти всегда… — чувствуя бесперебойную пульсацию в голове.

— Он не голубой? — сообразила сразу мама.

— Да. — медленно кивнула, боясь последующей реакции. — Он совершенно нормальный, более того, был жутким бабником…

— Что ещё? — выйдя из короткого оцепенения, прохрипела мама и её глаза против воли стали наполняться слезами.

— Мам… — задрожали мои губы.

— Что ещё, Алиса? — властно произнесла она, останавливая мой порыв обнять её.

Вдохнув побольше воздуха, чтобы собраться с мыслями, отвернулась и отошла к окну, устремляя зоркий взгляд в даль.

— Началось всё с того, что я разбила его машину…

— Как это? — удивилась за спиной мама.

— Он оскорбил меня, и я швырнула в него лимон, но попала в стекло.

— Господи… — со смесью стыда и ужаса в голосе.

— Лёня оказался внуком хозяйки квартиры. — прокашлявшись, залезла на подоконник и села лицом к маме. — У него были стычки с отцом, поэтому он прятался от него.

— Какие стычки? — последовал вопрос.

— Нуу… отец из него хочет сделать властелина Вселенной… — слегка улыбнулась, но мой юмор не дошёл до понимания мамы и я снова нахмурилась. — Если коротко, Астахов мне вынес условие — либо я помалкиваю и позволяю ему жить в квартире, либо оплачиваю ремонт машины.

— Ты что, с ума сошла, Алиса??? — повысила голос мама. — Надо было сразу к нам бежать!!

— Мам, ты машину его видела? — с наглядными эмоциями воскликнула я, жестикулируя руками. — Там целое состояние! У вас нет таких денег!

— Какая разница!? — взъерепенилась женщина. — Это нам с папой было решать, есть они у нас или нет!

— Я хотела как лучше! — задыхаясь от несправедливости.

— Врать родителям — это лучше? — порывисто поднялась на ноги мама. — Что он ещё взамен потребовал? Постель?

— Нет. — встала я на защиту жениха. — Только выгораживать его перед бабушкой и не лезть к нему.

— Ладно. — присмирела женщина. — Чья идея была его голубым сделать?

— Моя. — опустила глаза в пол. — Вы так внезапно нагрянули, что пришлось импровизировать… как ещё можно было не вызвать у вас подозрений?

— Я в шоке, Алис… что мы из тебя вырастили? — прикрыла лицо ладонями мама. — Это условие до сих пор продолжается?

— Нет. Он отменил его почти сразу, когда приехал Ванька и попытался разрулить всё.

— Дальше что было? — внимательно осмотрела меня с ног до головы. — Жили втроём?

— Да. — моментально бросило в жар. — Но ничего такого, мам. — поспешила оправдаться.

— А как? — вопрос на засыпку.

— Ругались все, как собаки. — честно ответила я.

— Алиса, ты с ним в комнате тогда закрывалась… — пригвоздила меня к месту грозным взглядом.

— Мы просто спали. Он не приставал. — вот здесь лучше соврать, маме необязательно всё до мелочей рассказывать.

— Значит, чувства у него… — неопределённо протянула она. — И ты в это веришь?

— Да. — спрыгнула с подоконника встала как истукан.

— Веришь шантажисту, бабнику и, Бог знает, кем он там ещё является? — открыла рот от изумления мама.

— Да. — твёрдо и решительно держалась за своё мнение я.

— Алиса, как далеко у вас зашло? — прямо в лоб.

— Далеко, мам. — с трудом проговорила я, надеясь, что не выгляжу в глазах родной матери проституткой. — Дело к свадьбе идёт…

— В смысле к свадьбе?! — ахнула она. — То есть, отец его приехал из-за этого? — всполошилась ни на шутку. — Ты серьёзно что ли?

— Да. — талдычила я до последнего.

— Я его люблю. — на всякий случай напомнила о веской причине не выгонять его из дома.

— Алис, ты знаешь, что такое замужество в ранние годы? А как же учёба? А жить вы где будете? Где он работает? — резко прорвало трубу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мам-мам! — вцепилась в её плечи, привлекая внимание к себе. — Я уже несколько месяцев совмещаю учёбу и работу, живём мы в новой квартире, которую Лёня купил совсем недавно, его отец передал ему всю свою компанию, так что с голоду не помрём!

Мама вдруг неестественно изменилась в лице и уставилась на меня на долгие две минуты:

— Поверить не могу, что родной ребёнок скрывает от нас свою жизнь и избегает общения…

Не успела я моргнуть, как её глаза увлажнились и она горько всхлипнула.

— Мам, прости меня дуру!!! — крепко обняла её и прижала к себе, заливая нашу одежду жгучими слезами. — Не плачь, пожалуйста!

Когда её тело в моих руках неистово затряслось от рыданий, я взвыла от бессилия:

— Ну хочешь, выпори меня ремнём, только не обижайся!

— Мы бы с папой даже не узнали, что ты замуж выходишь… — шмыгнула носом мама.

— Конечно узнали бы! — погладила её по волосам. — Я просто не знала как всё рассказать…

— Ты же всегда всем делилась со мной… — перехватила первенство объятий мама и оставила мокрый от слёз поцелуй на моём виске.

— Я не хотела огорчать вас, а потом всё накопилось, и я не знала, как поступить. — примирительно пробубнила я.

— Алис, если в будущем тебе понадобится помощь, ты можешь уверенно попросить её у нас с папой! — немного отстранившись, она приложила ладони к моим щекам и со всем откровением заглянула в глаза. — Мы тебя любим и готовы заступиться за тебя!

Ааа, несите спасательный жилет! Я тону в собственных слезах!

— И я вас люблю! — жалобно заревела, приникнув к маминой груди.

Сколько мы так простояли, не берусь считать. Время остановилось и я полностью отдалась трепетному волнению, растекающемуся по венам и заполняющему меня истинной душевной любовью.

— Алис? — тихо позвала мама, когда наши слёзы высохли и успокоившись, мы просто стояли у окна.

— Мм?

— А отец у Лёни какой-то важный человек, да?

— Да, дядька с огромным самомнением и таким же кошельком. — подтвердила её догадку. — Бывший вояка. С причудами…

— По нему заметно. — улыбнулась женщина, проводя бархатными руками по моему лицу, чтобы стереть следы косметики. — Он вашу историю знает?

— Да. — расслабилась я, снова чувствуя её тёплую энергетику.

— И как он отреагировал на то, что его сын притворяется геем? — усмехнулась мама.

Только раскрыла рот, чтобы ответить о его незнании, как поперхнулась собственным вздохом. За окном с грохотом отворилась дверь сарая и оттуда как потерпевший вылетел очумелый Лёня, резвым галопом пускаясь наутёк.

Замерев как вкопанные, мы с мамой в смешанных чувствах наблюдали, как за бегуном вылетает следом его разъярённый отец с топором в руках и благим матом орёт, что вырежет из семейного древа педераста и не позволит порочить семью, а за ним под радостный лай соседской собаки несётся гигантскими прыжками мой папа и размахивая каким-то бревном, кричит Астаховым, что не отдаст свою дочурку в лапы извращенцам. Завершает цепочку бегущий за ними Михаил, возбуждённо вопящий, что боссу нельзя надрывать так горло и пусть убивает сына молча. Всё это обезумевшее стадо скрывается за ближайшим поворотом и в этот момент мы с мамой одновременно переглядываемся.

— Смотри, как папа обрадовался новым родственникам! — прыснула она со смеху. — Свадьба точно весёлой будет!

Подхватив радостное настроение, я захохотала во всё горло и поцеловала маму в щёку.

Дело сделано. Правду рассказали.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Теперь можно и поесть.

А кто не успел, тот пусть бежит дальше, потому что мой папа точно не выдохнется.

Эпилог

ЛЁНЯ.

— Господи, какая же ты красавица! Ещё лучше, чем на фотографиях… — застыла перед нами мама, с неописуемым восторгом разглядывая мою новоиспечённую жену. — Маленькая, аккуратненькая… — разулыбалась от восхищения, смущая Алису до красных щёк. — Мой сын кажется просто каким-то звероящером рядом с такой малышечкой…