Кэти МакГэрри - Отодвигая границы (ЛП)

— Ты делал это прежде?

— Только ради игры в баскетбол, но я никогда не вламывался в кабинет.

Я сжала дверную ручку и посмотрела на Бет, заснувшую на заднем сидении.

— С ней всё нормально?

— С ней да, с её головой — нет. — Он потянул за серёжку. — Я не могу оставить её в таком состоянии. Если она проснётся, то может поднять шумиху. Скорее всего, Ной вошёл через боковую дверь — она ближе всего к главному офису. Он должен был подложить что-то под неё, чтобы не оказаться взаперти. Смотри, не закройся там. Просто забери его; поругаться вы сможете позже.

— Спасибо.

Я перебежала улицу, надеясь, что мои лёгкие не взорвутся. Господи, я вламывалась в школу, чтобы спасти своего глупого, упрямого, чертовски милого — парня? Бывшего? Нынешнего? — от тюрьмы.

Как Исайя и сказал, Ной оставил боковую дверь открытой. Я скользнула внутрь, стараясь даже не дотрагиваться до неё. Миссис Колинз обрадовалась бы, найдя нас запертыми в её кабинете.

Меня посетило жутковатое ощущение, когда над головой начали вспыхивать лампочки при каждом моём шаге. Сердце взметнулось ввысь и бешено застучало.

Я постоянно оглядывалась, ожидая, что кто-то накинется сзади и выпьет мою кровь или отвезёт в тюрьму.

Поначалу я пряталась за шкафчиками, но вскоре поняла, как же это глупо. Свет уже включён и выключится, как только датчики перестанут реагировать на движение. Прятаться нет смысла — я побежала.

Слава Богу, свет в кабинетах включался с помощью выключателя. С меня хватит сенсоров. Проблема? Дверь в кабинет миссис Колинз была закрыта, и свет из-под неё не проникал. Неужели Ной уже ушёл?

В коридоре потемнело, но секундой позже свет вернулся. Ну и как тут не струсить? Я схватилась за ручку и чуть не закричала, когда дверь открылась. Я максимально тихо ее закрыла и попятилась, надеясь и молясь, чтобы в офисе был либо Ной, либо чтобы меня не нашли.

Желание вскрикнуть пронзило меня с ног до головы, когда что-то тёплое и сильное оказалось у меня за спиной и дернуло в шкафчик для верхней одежды. Его дверцы закрылись у меня перед глазами.

— Что ты здесь делаешь? — прошипел Ной мне на ухо.

— Могу спросить тебя о том же! Я здесь, чтобы спасти твою задницу от тюрьмы и потери братьев из-за какой-то глупости! — яростно зашептала я в ответ.

Из главного офиса донеслись шаги. Я сжала руку Ноя, обхватившую меня за талию, и он подвинул меня ближе.

— Боковая дверь? — едва слышно спросил он.

Я кивнула. Если охранник найдёт её открытой, то поймёт, что кто-то ворвался в здание. Я потянулась в карман и достала телефон, яростно печатая сообщение Исайе: «Срочно закрой боковую дверь!»

Секундой позже он ответил: «Сделано».

Ной опустил голову, и его нос задел нежную кожу за моим ухом, которая зазудела от тёплого дыхания. Я скучала по нему и его касаниям. Почему ему нужно было делать что-то столь глупое?

Я не достойна того, чтобы терять из-за меня братьев. Если Ноя поймают, то арестуют. Мой живот ухнул вниз. А что мне терять? Я — второсортный художник, скитающийся по стране со своими холстами.

Ну, подумаешь, будет у меня судимость (все мои мышцы напряглись), и мне придётся отсидеть минимум одну ночь в тюрьме (горло обожгла желчь).

Да, просто замечательная перспектива.

Руки Ноя крепче сжались вокруг меня и, клянусь, он поцеловал мои волосы. Я могла пойти на это… ради него. Я могу сдаться и приказать Ною спрятаться. Я уж было потянулась рукой к дверцам, как Ной хлопнул по ней и мёртвой хваткой прижал меня к животу.

— Что, чёрт возьми, ты творишь? — спросил он низким голосом.

— Хотела посмотреть, можно ли выходить… — Господи, какая из меня ужасная лгунья!

— Вот уж нет, и не выдумывай чепуху. Ты останешься здесь со мной.

— Твои братья…

— Я отказался от них.

Я подвинулась, чтобы посмотреть на него, и ахнула от боли в его глазах.

— Но не ради меня?

Он сглотнул и покачал головой.

— Ради них.

У меня завибрировал телефон. Исайя написал: «Всё плохо. Сейчас же выбирайтесь через окно. Машина готова».

— Чёрт! — прошептал Ной. — Должно быть, сигнализация сработала. Пошли.

Он бесшумно открыл дверцы шкафа. Затем методично и плавно распахнул окна. Машина Исайи осторожно въехала на школьную парковку; его фары были выключены.

Ной поднял одну из моих ног, чтобы помочь перекинуть её через окно.

— Беги, пока не доберёшься до машины.

— А как же ты? — Мои внутренности задрожали в панике. Казалось, что у меня сейчас глаза вывалятся из глазниц.

Он спокойно и озорно ухмыльнулся.

— Я прямо за тобой, малышка. Ты так напряжена…

Он подсадил меня, не упустив возможность полапать мой зад, и тут я заметила открытую папку на столе миссис Колинз. Ну и чёрт с ней. Я спешно спрыгнула с окна и рванула через парковку к Исайе, оглядываясь через плечо, чтобы увидеть Ноя, согнувшегося у стены. Кровь яростно потекла по моим венам, и прохладный ночной воздух обжёг легкие, пока я бежала к свободе.

Задняя пассажирская дверь открылась, и я нырнула внутрь, приземляясь на ноги Бет. Я захлопнула дверь за собой. Мой желудок скрутило от вида Ноя, бегущего на максимальной скорости к нам. В главном офисе вспыхнул свет. Исайя подъехал ближе к парню.

Я переводила взгляд с него на тёмный кабинет миссис Колинз.

Исайя распахнул переднюю пассажирскую дверь и сорвался с места в ту же секунду, как Ной приземлился на сидение.

— Нужно убираться отсюда. — Он посмотрел в зеркало заднего вида.

— Отвези меня к машине, затем отправляйся домой. — Ной наблюдал за тёмными закрытыми окнами кабинета. Он захохотал и радостно завопил; свет включился в тот момент, как мы пересекли невидимую границу свободы — то есть подъехали к продуктовому.

Исайя остановился у машины Ноя, и мы вышли.

Бет всё так же спала на заднем сидении.

— Ссорьтесь где-то в другом месте. Не задерживайтесь здесь, — крикнул нам Исайя.

— Спасибо, брат. — Ной протянул ему руку.

Тот пожал её и ответил:

— Всегда к твоим услугам, дружище. — Он отъехал, а Ной завел машину и последовал за ним.

В двух кварталах от школы мимо нас проехала полицейская машина с мигалками и без сирены. Это было близко…

Ной взял меня за руку.

— Солнышко, ты в порядке?

— Да. — Но я не чувствовала себя в порядке. Как раз наоборот. Я ждала, когда мой пульс перестанет так лихорадочно биться, когда кровь сойдёт с лица, когда лёгкие перестанут гореть при вдохах.

Теперь мы в безопасности. Мы на свободе, но моё тело продолжало реагировать, будто дьявол гнался за мной по пятам.