Мередит Рич - Аромат страсти

– Мама, ты пыталась покончить с собой. И причина не в дорожных проблемах…

– Нет, – Бобби помолчала. – Нет. Все… лишено всякого смысла. Я устала, у меня депрессия… я не знаю, зачем мне жить…

– Ты не хочешь жить даже ради меня? – изумленно спросила Тайгер.

– Да, дорогая. Не хочу, – вздохнула Бобби. – Мы уже не так близки… Впрочем, особой близости никогда и не было. Я слишком занималась своей жизнью, чтобы обращать внимание на твою…

– Это не совсем верно. У тебя всегда было, что сказать о моей жизни.

– М-м-м. Видишь ли, ты действительно ставила перед собой какие-то странные… – она закурила.

– Мама, не кури.

Бобби пропустила слова дочери мимо ушей.

– Может, если бы у меня появились внуки, я бы угомонилась и стала вести себя как подобает бабушке. Но я сомневаюсь, что ты подаришь мне хоть одного.

– Мне только двадцать шесть, помнишь? Времени еще предостаточно. Как знать, что уготовано нам в будущем.

– Это точно. – Бобби отвернулась. – Знать никому не дано, – и глубоко задумалась.

Тайгер взяла мать за руку. Бобби вздрогнула, потом посмотрела на дочь. Пустым взглядом.

– Мама, ты смотришь на меня так, словно впервые видишь.

– Что? – Взгляд Бобби приобрел осмысленность. – Я вот думала, как плохо тебя знаю. Я и себя-то не знаю. Ты думаешь, что после стольких лет… – Из ее глаз брызнули слезы.

– Что-то случилось, мама? Из-за этого ты так расстроилась?

– Да. Случилось. Налей мне чего-нибудь.

– В половине седьмого утра?

– В Лондоне сейчас время ленча. Нет… не надо. Не стоит мешать спиртное с транквилизатором.

Тайгер рассмеялась:

– Смешно, знаешь ли. Вечером ты пыталась покончить с собой.

– Странное у тебя чувство юмора, Тайгер.

– Нет, мама, я не хотела…

Бобби похлопала дочь по руке.

– Все нормально, дорогая. Эта наша всегдашняя проблема. Мы разговаривали, но никогда не могли поговорить по душам.

Тайгер протянула Бобби пепельницу.

– Ты уходишь от ответа. Я по-прежнему не знаю, в чем причина.

– Никакой тайны тут нет. Прежде всего… не сложилось с Джимми. Я изо всех сил пыталась вернуть его. Как выяснилось, он не проявил никакого интереса. – Она затушила окурок. – Ты права, Тайгер. Я бросаю курить. Как тебе известно, я привыкла добиваться желаемого. А тут начались осечки. Сначала Том, потом Джимми…

– Мама, ты…

– Не перебивай. Я только начала. – Бобби включила музыкальную шкатулку, стоявшую на прикроватном столике, и в утреннем воздухе поплыли звуки «Эдельвейса». – Знаешь, моя бабушка частенько говорила: если ты следишь за зубами, волосами и ногтями и каждый день читаешь две первые страницы «Нью-Йорк таймс», то без мужчины не останешься, – Бобби сипло рассмеялась. – Это срабатывало… но Нонна забыла сказать, что иногда гораздо важнее проводить время с самой собой, а не с мужчиной. Я практически никогда не оставалась в одиночестве. И теперь меня это страшит. – Она схватила пачку сигарет, тут же отбросила ее. – Страшит. Наверное, потому-то я и завидую тебе…

– Завидуешь?

– Тебя это удивляет? Ты молода. Тебе еще трахаться и трахаться… – Она вновь похлопала Тайгер по руке. – Ты хорошо устроилась, детка. Тебе нравится работа. Ты не горишь желанием выйти замуж. Ты независима.

– Спасибо, мама.

– Не благодари меня. В твоем нынешнем благополучии моей заслуги нет. – На этот раз она достала из пачки сигарету, закурила. Закашлялась, положила сигарету в пепельницу. – Без Джимми я проживу. Дело в другом. Позади сорок шесть лет, а я так и не знаю, что надо сделать, чтобы не допустить той же самой ошибки? Четыре брака и развода… просто стыд. Тайгер… ну почему все так вышло?

Тайгер сочувственно смотрела на мать.

– Не знаю. Только я думаю, что ты многому научилась, хотя сейчас и не отдаешь себе в этом отчета. Если ты побудешь одна, поразмыслишь…

– Ты считаешь, что мне пора к психоаналитику?

– Профессиональная помощь не повредит. Психоаналитик поможет тебе разобраться в твоих чувствах. Кроме того, в среднем возрасте всем суждено пройти через кризис…

– Да, дорогая, – механически ответила Бобби. – Я читаю женские журналы.

– Мама, я лишь пытаюсь помочь. – В голосе Тайгер проскользнули нотки раздражения. – Почему ты отталкиваешь меня? Почему мы не можем сблизиться? Я тебя люблю…

В спальне повисла тишина.

– Я тоже люблю тебя. – Бобби вновь заплакала. – Но твое присутствие причиняет мне боль. Где-то на жизненном пути я потеряла тебя. Ты была такой хорошей девочкой. Рисовала мне картинки, делала бумажные веера… но я потеряла тебя.

Тайгер обняла мать, прижала к себе.

– Мы можем быть подругами. Еще не поздно.

– Опусти шторы, хорошо? – Бобби сбросила лишнюю подушку на пол. – Спокойной ночи, дорогая… или спокойного утра. Спасибо, что приехала. А теперь… мне надо отдохнуть, – она закрыла глаза и заснула еще до того, как Тайгер опустила шторы.

Тайгер несколько минут стояла у кровати и смотрела на мать. Она знала, что сблизиться им не удастся, и от этого у нее щемило сердце. Тайгер надеялась, что через двадцать лет она будет счастливее матери. Но будет ли?

Неделю спустя такси несло Тайгер в Бруклин. Позвонил Ги и сказал, чтобы она выезжала немедленно. Пообещал порадовать ее хорошими новостями.

Несколько лаборантов толпились около стола Ги. Он приветственно помахал ей рукой.

– Тайгер! Иди сюда! Только что родился «Джаз»!

– Я так волнуюсь… мне просто страшно. – Тайгер взяла в руки крошечный флакон, поднесла к носу. Жасмин, лимон, многое другое, чего она определить не могла. Но результат потрясающий… джаз в летнюю ночь.

– Ги! Это фантастика! – Она обняла его. – Дорогой, ты своего добился!

– Я тоже доволен результатом. Надо еще провести стабилизационную проверку… но стандартам Администрации по контролю за продуктами питания и лекарствами и Федеральной комиссии по торговле отдушка соответствует. Одобрение местного отделения комиссии уже получено…

– Я должна позвонить на работу и порадовать всех. А тебя приглашаю на ленч, надо отметить успех.

– Согласен, – улыбнулся Ги. – Я заслуживаю роскошной трапезы.

Они пошли в «Ле плезир», наелись до отвала и запили все красным бургундским шестнадцатилетней выдержки.

– Ги… я так счастлива.

– Я тоже. Ma chérie, я так тебя люблю. – Он помолчал. – У меня есть для тебя еще один подарок. Поскольку я не успел с ним к Рождеству, то хотел подарить на день рождения. Но я не могу ждать. И хочу отдать его сегодня. – Он вытащил из кармана маленький флакон с приклеенным прямоугольником бумаги.