Эмили Гиффин - Жених напрокат

— У нас началось, когда мы уехали за город на День независимости. Мы вышли из «Толкхауса». Были навеселе. В общем, одно, другое...

— На День независимости? — переспрашиваю я.

Все лучше и лучше!

— Да, но потом он чувствовал себя просто ужасно. Мы поклялись, что больше это не повторится. Однако просто не могли взять и порвать. Виделись, когда ходили обедать, и иногда еще после работы. Каждый раз просто сердце разрывалось, когда вспоминали о Дексе и о тебе.

Но все равно встречались снова и снова... Ты меня теперь будешь всю жизнь ненавидеть?

Теряюсь. Не знаю, что сказать. Что бы посоветовал Итон? Сделать вид, что я в бешенстве? Да, ненавижу, убирайся! Это один выход. Второй вариант — скорбное: «Как я могу тебя ненавидеть? Ведь ты моя лучшая подруга». Или же: «Не знаю, что и подумать. Мне нужно собраться с мыслями».

Пока я придумываю ответ, она говорит, что должна еще кое-что мне сказать. Нечто очень важное.

— Еще более важное?

— Да.

Голос у нее печальный, но выражение лица сбивает меня с толку. Она определенно наслаждается ситуацией.

Смотрю в пол.

— Рассказывай.

— У меня на несколько дней запоздали месячные. А ты ведь знаешь, что обычно они бывают с промежутком ровно в двадцать восемь дней. — Она нежно притрагивается к своему животу. Он идеально плоский.

Мне становится дурно.

— Ты беременна?

— В общем, да.

Боюсь спросить, кто отец. Если Декс, то можно все потерять.

— Я купила тест... и результат положительный.

— То есть это значит, что ты точно беременна?

— Да. Две розовых полоски. Я точно беременна.

Задерживаю дыхание и молюсь. Господи, я больше никогда и ни о чем Тебя не попрошу, только...

— И кто отец?

Мои слова хорошо слышны в каждом уголке комнаты.

— Маркус.

Я вздыхаю, и мне становится легко.

— Ты уверена?

— Да. Точно. Мы с Дексом не занимались любовью с тех пор, как у меня в последний раз были месячные. Уже давным-давно.

— Он знает?

— Кто? Маркус?

— Да.

— Знает. А Декс — нет.

Уже знает!

— Я хотела сначала поговорить с тобой.

Киваю и все еще пытаюсь понять.

— И что собираешься делать?

— Что ты имеешь в виду?

— Будешь рожать?

— Да. Хочу ребенка. — Она поглаживает живот по часовой стрелке. — Хочу выйти замуж за Маркуса и иметь от него детей. Знаю, как это звучит, но мне кажется, что это правильное решение.

— А ты уверена, что Маркус хочет на тебе жениться?

— Абсолютно.

— Думаешь, Декс что-то заподозрил? — негромко спрашиваю я. Не хочу, чтобы он слышал этот вопрос.

— Нет. Честно говоря... по-моему, он просто почувствовал, что я отдаляюсь от него. Вот почему он, быть может, отменил свадьбу. Сказал, что не любит меня... потому что, как ему кажется, я первая к нему охладела.

— Понимаю.

— Я поражаюсь, ты такая спокойная. Спасибо. Думала, ты меня просто возненавидишь.

— Нет, Дарси.

— Мне кажется, Декс отнесется с пониманием. По крайней мере так же, как Маркус. Наверное, позлится на него какое-то время. Но Декс ведь не глуп. Никто не хотел ему навредить. Просто так случилось.

И вот когда я уже думаю, что вся эта история завершилась столь же благополучно, как и та сцена в «Сексе втроем», я вижу, что Дарси таращится на что-то позади меня. Судя по выражению ее лица, подозреваю, что из укрытия появился Декс. Оборачиваюсь в полной уверенности, что сейчас его увижу. Но нет, дверцы шкафа закрыты. Снова поворачиваюсь к Дарси. Она все еще смотрит в пространство, и лицо у нее каменное, как у медиума. А потом она спрашивает: — Почему у тебя на столике часы Декса?

Прослеживаю ее взгляд. Разумеется, его часы лежат у меня на столике. Часы Декса. Столик мой. Выхода нет. По крайней мере я не могу ничего придумать.

Пожимаю плечами и говорю, что не знаю. Если у кого- то до сих пор были сомнения относительно моей способности выкручиваться, то теперь они растаяли без следа. Бормочу:

— Это не его часы. У меня есть точно такие же. Я купила их в Англии.

Голос у меня дрожит. Я в растерянности, чувствую себя как цыпленок, попавший под град.

Она поднимается, берет со столика часы, переворачивает их и читает надпись. «С любовью. Дарси». Потом смотрит на меня с такой ненавистью, что я тут же понимаю, как должна была бы себя вести, услышав о Маркусе.

— Какого черта? — спрашивает она. Холодно и жестко. Глаза у нее суживаются. — Какого черта?! — Но теперь это уже не вопрос, а утверждение. Оно означает, что ответа не требуется.

Стою как вкопанная. А она несется мимо меня в ванную. Иду за ней; она яростно отдергивает занавеску. Шампунь, розовенький бритвенный станок и начатый кусок мыла.

Начинаю сочинять на ходу: Декс пришел рассказать мне о разрыве. Снял часы, чтобы со слезами на глазах перечитать надпись. Был вне себя от горя. Я, как могла, его утешила, а потом он ушел погулять в парке. Один.

Но объяснять уже поздно. Время упущено.

Длинные смуглые пальцы Дарси хватаются за ручку шкафа.

— Дарси, не надо, — говорю я, памятуя, что ее бывший жених сидит в соседнем отсеке. Загораживаю дорогу, подперев спиной дверцу.

— Отвали! — орет она. — Я знаю, что он здесь! Отодвигаюсь — а что мне еще остается делать? Она права. Все мы знаем, что он здесь. Но когда она распахивает дверцу, я надеюсь, что Декс в попытке устроиться поудобнее забрался в самый дальний угол. Или, может быть, исчез, каким-то чудом испарился за те четыре секунды, пока мы с Дарси толклись в ванной. Или чудесным образом нашел секретный лаз в задней стенке, совсем как в книге «Лев, колдунья и платяной шкаф».

Нет, он на месте. Скорчился там, где я его и оставила. В полосатых трусах, с джинсами и рубашкой в охапке. Смотрит на нас. Потом вылезает и выпрямляется.

— Ты лжец! — кричит Дарси, тыча его пальцем в грудь. Он не обращает на нее внимания, молча одевается, просовывает ноги в штанины. Застегивает молнию, и этот звук гулко разносится по комнате.

— Ты мне наврал!

— И ты меня обманула, — говорит Декс, пытаясь попасть в рукав. Голос у него негромкий и сдержанный. — Пошла ты, Дарси!..

Она краснеет и с пеной на губах визжит:

— Ты сказал, что у тебя никого нет! А на самом деле трахался с моей лучшей подругой!

Я всхлипываю и повторяю, как испорченный магнитофон:

— Дарси... Дарси... Дарси...

Она не слышит. Смотрит на Декса. Жду, что он меня защитит, все расставит на места, скажет ей, что нам не просто захотелось «потрахаться». И что до сегодняшнего дня, можно сказать, вообще ничего не было, пока он не приехал ко мне в поисках утешения. Но Декс спокойно говорит:

— Чья бы корова мычала, Дарси. Как насчет вас с Маркусом, а? У тебя будет ребенок? Ну так я поздравляю.