Ребекка Пейсли - Полночь и магнолии

— Верни-ка ему яблоко! — предложил он.

Но Пичи уже доедала яблоко. Сенека терпеливо ждал, когда она дожует последний кусок, а потом подхватил ее на руки и высоко поднял над своей головой.

Ее резкий крик разнесся по окрестностям.

— Сенека! Вот чертово отродье!

— Я тебе не отродье, Пичи! — проинформировал он ее, заглядывая в ее широко открытые глаза. — Как ты посмела меня так называть?

Она попыталась вырваться из его объятий, но не смогла. Он был намного сильнее ее.

— Ты все же принц, Сенека, а ведешь себя, как простячок из народа.

— Не смей так думать обо мне, Пичи. Вот я тебе сейчас покажу! — сказал он и опустил ее.

Пичи боялась только одного, чтобы он не завалил ее на спину. Пичи сопротивлялась как могла, и в этой неудержимой борьбе они оба свалились на землю и покатились в грязь, стараясь одержать верх один над другим.

— Что такое? — вдруг раздался суровый голос. — Мисс, вы нуждаетесь в помощи?

Сенека взглянул и увидел здоровенного мужчину лет пятидесяти. В руках у него была прогулочная трость из черного дерева, а рядом — большая ухоженная белая собака. Собака послушно сидела у ног хозяина.

— Мы не нуждаемся ни в какой помощи, — ответил Сенека.

— Я не с тобой разговаривал, парень. Я обратился к леди, — сказал незнакомец.

Непривыкший к такой манере обращения, Сенека вскипел от злости.

— Я не парень, — резко сказал он. — Я…

— Мне не нужна помощь, — перебила его Пичи и беспокойно поглядела на Сенеку. — Спасибо за беспокойство, — сказала Пичи, обращаясь к незнакомцу.

Мужчина помог Пичи стать на ноги.

— Мне показалось, что этот парень приставал к вам, мисс. Надеюсь, что он не причинил вам вреда? — спросил он у Пичи.

Сенека поднялся с земли. Он был весь в пыли и грязи с ног до головы. Но держал себя прямо по-королевски.

— Сэр, — сказал он, обращаясь к незнакомцу. — Это леди — моя жена. И у меня нет привычки приставать…

— А чего же вы выбросили свою жену из фургона? — спросил незнакомец Сенеку, не дав ему договорить.

— Да, — подхватила Пичи, — почему ты выбросил меня, Сенека? — повторила Пичи.

Сенека уловил насмешливый тон в ее поведении. Итак, она собиралась разыграть этого человека. Что ж?! Чудесно! Он тоже подыграет. Тем более, что она научит его. Может быть, так играют простаки из народа? Сенека повернулся лицом к незнакомцу и сказал:

— Я выбросил ее из фургона потому, что она говорила мне в спину. Что бы вы сказали своей жене, если бы она сообщила вам, что ее мать переезжает жить вместе с вами.

Мужчина нахмурился и сказал:

— Я запретил бы ей сделать это! Сенека продолжал:

— А что бы вы сделали, если бы ваша жена сказала вам, что она лишает вас всяких мужских прав и выселяет вас спать в кухню, а свою мать укладывает в вашей спальне?

Мужчина вздохнул и сказал:

— Я бы выбросил ее из дома, вот как!

— Правильно, — согласился Сенека. — Вот почему я и выбросил ее из фургона. А она, падая, уцепилась за меня. Правда, сэр. Я не приставал к ней, а только показал, кто главный в семье!

Мужчина закивал головой в знак согласия.

— Женщинам нужна твердая рука, сынок. Ты поступил правильно. Ты сделал так же, как сделал бы и я. Да, а что касается вас, юная леди… Я никогда ничего подобного не слышал!!! Укладывать спать своего мужа в кухне?! Вам следует зарубить себе на носу, что ваш муж — ваш хозяин. Он — король домашнего очага. И его дом — это его дворец. А обязанность жены — доставлять удовольствие своему мужу, как если бы он был сам король, — сказал незнакомец.

Горящими глазами Сенека посмотрел на Пичи.

— Ну, что скажешь на сей счет, жена? — спросил он у нее.

Пичи расхохоталась так, что едва могла удержаться на ногах.

Незнакомец посмотрел на нее, а затем спросил у Сенеки:

— А что, у вас ничего нет, кроме фургона?

— Вы правильно заметили, сэр. Не подскажете ли вы мне, где тут сдаются коттеджи в наем? Мы недавно сюда приехали. Вы сами сказали, что дом мужа — это его крепость, я и хочу поскорее отыскать свою крепость, конечно же, небольшую, так как не хочу, чтобы моя теща поспешила к нам.

Мужчина широко улыбнулся.

— К слову сказать, сын, у меня есть домик в две комнаты, который я сдаю в наем. Он маленький, но очень уютный. Пойдете прямо — увидите дубовую рощу. А в середине ее стоит домик. За продуктами вам не надо будет ездить в порт, так как в десяти минутах ходьбы оттуда стоит деревня Глейденшем. Устраивает? — спросил назнакомец Сенеку.

— Более, чем устраивает, — ответил Сенека и вынул из кармана пригоршню золотых монет.

— Хватит за месяц? — спросил он у незнакомца.

У мужчины глаза расширились от удивления.

— Я честный человек, сэр, и я скажу вам правду, что этого хватит для того, чтобы уплатить за целый год. Как вы можете так много предлагать?

— Сенека! — позвала Пичи, прекратив хохотать. — Это ты расплачиваешься моим золотом? Это мое золото! А ты утащил его у меня. Это мои сбережения, — сказала она незнакомцу, — Я копила это годами, поэтому я могу… Гм… Знаете, я всегда хотела в жизни иметь бриллиантовую корону и носить ее как принцесса… Но она стоит больших денег. Я надеялась скопить золота и купить одну лет в шестьдесят восемь… — сказала Пичи.

Сенека едва удержался от смеха.

— Моя жена говорит неправильно, сэр. Правду сказать, она выпивает. Я забрал у нее это золото, чтобы она не растратила его на вино и пиво. Но когда она в хорошем настроении, она всегда представляется как леди Годива, — пояснил Сенека.

— Но вам надо сделать так, чтобы она сильно не пила, а то ведь что подумают люди? Ладно, пусть она будет леди Годива.

— Я обещаю, что все будет хорошо, — сказал Сенека. — Да, а как вас зовут? — спросил Сенека у незнакомца.

— Я — Тэннер Уэйнрайт, а это моя собака Мортон. А вас как зовут? — в свою очередь спросил незнакомец.

— Сенека Бриндиси. Моя жена — Пичи, а это ее белка — Селоу Макги. Большое вам спасибо, мистер Уэйнрайт, — сказал Сенека и дал ему немного золотых монет. Затем Сенека вскарабкался в фургон и сказал:

— Жена, а ну-ка быстрее садись! Хихикая, Пичи взобралась на сиденье и села рядом с Сенекой.

— Мистер Бриндиси, — сказал Уэйнрайт. — Обычно у нас здесь всегда спокойно, но недавно в окрестностях появилась банда цыган. Я уверен, что они скоро объявятся здесь, будьте осторожны! Они могут воровать, а у вас достаточно золота, — сказал Тэннер Уэйнрайт.

Услышав эту новость, Пичи схватила Сенеку за руку и спросила:

— Сенека! Можно мне будет потанцевать с цыганами? Помнишь, я тебе как-то рассказывала, что я хотела потанцевать с ними.

Сенека взял яблоневый прут и повернулся к мистеру Уэйнрайту.