Энн Хампсон - Над сладким Босфором

— У нас очень большой выбор. Ты уже бывала в азиатской части страны? — спросил он, и когда она отрицательно покачала головой, добавил: — Тебе там понравится. Там нет больших отелей, только живописные рыбачьи деревушки и развалины старинных дворцов… а еще — прекрасный участок берега между Бюйюк-Гок-Су и Кючюк-Гок-Су. Эти речки впадают в Босфор. Местность эту чаще называют «Свежие воды Азии». Когда моя бабушка была молодой, там было любимое место прогулок высшего общества Османской империи. Турецкие дамы приплывали по Бюйюк-Гок-Су на украшенных позолотой барках, это было захватывающее зрелище.

— Да, должно быть, восхитительное.

— Конечно, сейчас многое из восточного колорита утрачено, но красота этих мест осталась неизменной. Я уверен, она тебя очарует.

Когда они подъехали к аллее, Джанет предложила выйти у ворот сада, но Крейг непременно хотел проводить ее до самого дома.

— Метат дома, я надеюсь? — спросил Крейг, войдя в холл следом за Джанет.

— Да, должен быть. — Джанет огляделась вокруг. — А миссис Байдур уж точно дома; она никуда не ходит.

Не удовлетворившись ее ответом, Крейг последовал за ней в гостиную. Нигде не было видно ни миссис Байдур, ни Метата.

— А Марк поздно вернется? — спросил он, но тут увидел Метата — тот шел из сада через веранду. — А вот и Метат, значит, тебе нечего бояться… — Он вдруг замолчал и, подойдя к полке в углу комнаты, взял с нее небольшой предмет. — Что это?

— Я сама хотела тебя спросить. Я нашла это в лавчонке, где Салли и Гвен покупали разные древности. Что ты об этом думаешь? — Джанет с нетерпением ждала ответа, но Крейг молчал, внимательно рассматривая предмет. — Я заплатила за него совсем немного.

Крейг все еще изучал ее находку, когда Джанет высказала предположение, что это сосуд для благовоний.

— Да, это действительно сосуд для благовоний. — Последовала долгая пауза. — Он очень изящный. Отличное приобретение, Джанет.

— О Крейг, это в самом деле что-то интересное? Я надеялась, но не была уверена. Как ты думаешь, он изготовлен в Европе? — Теперь она поверила, что сосудик и в самом деле ценный. — У него характерные…

Крейг покачал головой, и она примолкла.

— Определенно не европейского происхождения.

— Но глина… и текстура…

— Нет, — категорично заключил Крейг. Он осторожно вертел сосуд, его пальцы буквально ласкали глину. Что за странный человек! То он бывает высокомерен и неумолим, то приятен и общителен. А сейчас… Она никогда не видела у него таких глубоких человеческих чувств! Наконец он сказал тихо, но убежденно:

— Это сосуд из Египта; ему около двух тысяч лет.

Глаза Джанет засияли; она приняла его оценку без возражений.

— Две тысячи?! Такой старый?!

— Действительно, редкая находка. Где ты его купила?

— В одной маленькой лавке… вряд ли я сама смогу ее найти. Меня привели туда Гвен и Салли. Мы прошли через торговые ряды Главного базара в переулок, вымощенный булыжником, там и была эта лавка, довольно темная и забитая разным старьем.

— Старьем! — воскликнул Крейг, и они оба засмеялись. — Тебе стоило бы опять туда сходить и поискать еще такого же… старья.

— Мы собираемся туда во вторник после уроков, но не думаю, что мне еще раз так повезет.

— Да, маловероятно, — согласился он; в его глазах мелькнул странный огонек, и он добавил: — никогда не знаешь заранее, когда повезет. А вдруг ты найдешь там селадон.

— Так повезти не может, — засмеялась она. — Не думаю, что когда-нибудь начну собирать фарфор.

Он кивнул, соглашаясь.

— Тебе надо найти мужа с уже готовой коллекцией.

В его глазах по-прежнему плясала веселая искорка, и сказано это было легким тоном. Было ясно, что он шутит, но Джанет вся напряглась при словах о замужестве и не нашлась, что ответить.

Вдруг что-то переменилось в этой дружеской атмосфере, сначала едва уловимо, затем совершенно очевидно. Крейг поставил старинный сосуд на место и повернулся к Джанет. Исчезла сердечность, потухло веселье во взгляде. В лице появилась привычная суровость, глаза стали холодными как сталь. Джанет смотрела на него с недоумением. Откуда такая перемена?

— Мне пора идти, — резко сказал он. — Не засиживайся слишком долго, у тебя был утомительный день.

И ушел.

Какое странное завершение прекрасного дня, что они провели вместе. Джанет вдруг подумала о Диане, о том, хорошо ли та знает Крейга и знает ли, за какого переменчивого и непредсказуемого человека она собирается замуж.

«Почему я должна думать о настроении Крейга или о будущем Дианы?» — спрашивала она себя, поднимаясь в свою комнату, чтобы принять душ и переодеться к обеду. Крейг был приглашен на обед к управляющему нефтяной фирмы, с которой сотрудничала его компания, а Джанет пожалела, что отказалась от приглашения Четина потанцевать в «Хилтоне».

Он просил ее позвонить, если она вдруг передумает, и минуту-другую она боролась с искушением. Тут она подумала, что, вероятно, встретит в «Хилтоне» Крейга, потому что почти всегда званые обеды проходят там. Крейгу Четин не нравится; к тому же он советовал ей пораньше лечь спать и, конечно, надеется, что она последует его совету. Джанет решила остаться дома. По какой-то необъяснимой причине ей не хотелось ничего делать наперекор Крейгу.

На следующее утро Джанет разбудил солнечный луч. Она быстро умылась, надела шорты и открытую блузку-топ, а после завтрака вместе с Марком и Тони вышла в сад, где Метат поставил шезлонги. Даже в такой ранний час над проливом дрожало марево — день обещал быть знойным.

— Ты хорошо вчера провела время? — поинтересовался Тони, бросив на Джанет восхищенный взгляд, когда она опустилась в шезлонг напротив него.

— Да, все было замечательно. — Ее лицо оживилось. — Крейг так много знает!

— Да, он отлично знает город. Еще бы, он живет здесь уже четыре года, да и раньше часто приезжал, когда жива была его бабушка. — Тони взял газету, но даже не развернул ее. — Значит, дворец Топкапы тебя не разочаровал? Многие считают главное здание довольно унылым.

— Согласна, само здание не привлекает, — ответила она, — но сокровища внутри…

— Ты потеряла дар речи, да? — Тони улыбнулся. — Однажды я был во дворце с Крейгом и не мог его увести от каких-то древних горшков на кухне. Син… или Сан…

— Сун, — поправила Джанет, смеясь. — «Горшки»! У тебя нет души, Тони!

— Зато у Крейга души с избытком. Сколько он там стоял?

— Довольно долго… и я тоже. Крейг без ума от селадонов.

— Естественно. — Марк поднял голову от книги. — У него самого отличная коллекция.

— У Крейга? — Джанет воззрилась на брата. — Крейг собирает селадоны?