Сынок моего мужа. Семья по ошибке (СИ) - Келлер Николь

Следующие три с лишним часа мы с Кариной бродим от бутика к бутику в поисках того самого наряда. И находим, когда я уже отчаялась и решила, что действительно надену медицинский халатик. В спальне. Рома, конечно, будет в восторге, но мне хотелось бы немного иного праздника. Хотя идея не так уж и плоха…

- Доронин тебя сожрет, - с горящими глазами заявляет Карина, заглядывая в примерочную. - Ты - красотка, Ник. Шикааааааарная…

Не раздумывая, пробиваю на кассе платье, и мы, счастливые и уставшие идём с подругой на выход.

Глава 12

Вероника

Я почти прохожу мимо бутика с нижним бельем, как взгляд цепляется за белый кружевной комплект. Замираю. Разворачиваюсь и шагаю к отделу.

- Нееееет, Ник, - хнычет позади подруга. - Давай в другой раз? Я дико устала и мне уже пора бежать за сыном в садик.…

Подбегаю к ней, обнимаю и целую в щеку.

- Беги, конечно. Спасибо, что не бросила и вправила мозги. Поддержала. А я всё-таки задержусь и примерю этот комплект. Уверена, он идеально подойдет под мой образ.

Прощаюсь с подругой и ураганом залетаю в отдел. Консультант сразу же приносит нужный размер, не забыв предупредить, что он последний.

Я не прогадала. Выгляжу в нем потрясающе. Этакая порочная невинность.

Не удерживаюсь, делаю эротичное селфи груди и скидываю мужу.

Стоит отметить, прошедшая неделя была идеальной. Как будто у нас был второй медовый месяц. Рома приходил с работы гораздо раньше, задерживаясь не больше, чем на час. Каждый вечер был пропитан романтикой и горячей близостью почти до самого утра. Муж часто звонил просто так, сыпал комплиментами.

Наверно отчасти поэтому я отпустила Рому на этот семинар с легким сердцем. Потому что он постоянно на связи, и у нас скопился целый километр переписки. Как будто нам снова чуть больше двадцати, и мы беззаботны и глубоко погрязли друг в друге.

Вот и сейчас ответ приходит почти мгновенно.

«У меня выступление через десять минут», - и фото с ладонью на топорщащейся ширинке как реакция на мою провокацию.

Быстро фоткаю себя сзади, чтобы ягодицы в кружевных трусиках было видно в выгодном ракурсе, и скидываю мужу.

«Удачи», - и добавляю смайлик, показывающий язык.

«Хочу, чтобы ты встречала меня в этом белье. И больше ничего.»

Кто я такая, чтобы отказывать тебе в такой малости, дорогой муж?...

Выхожу из бутика счастливая и воодушевленная с заветным пакетиком в руке. А в голове лишь картинки завтрашней долгожданной встречи с мужем.

И никаких мыслей о Ксении Реутовой, возможной второй семье Ромы и мальчике с серо-голубыми глазами.

Ровно до тех пор, пока я не натыкаюсь на него взглядом. Зареванного, растерянного и безумно напуганного посреди огромного торгового центра.

Глава 13

Вероника

Замираю. Толпа недовольных и спешащих посетителей торгового центра обтекает меня со всех сторон. Кто-то ворчит, кто-то цокает, кто-то задевает плечом. Я не обращаю на это внимания, так и продолжаю пристально рассматривать малыша.

Черт возьми, как же он похож на Рому! Просто одно лицо! Эти глаза, пушистые ресницы, изгиб губ, волосики….

Буквально на прошлой неделе, желая убедиться, что ошиблась и мне привиделось на приеме, что снова накрутила себя, я отыскала альбомы с детскими фотографиями Ромы. Изучила каждую едва ли не под лупой. И поняла - не накрутила. Мой маленький пациент и правда безумно похож на моего мужа.

А сейчас воочию убедилась. Снова.

Пока в голове крутятся тысячи вопросов на повторе, ноги сами несут к мальчику. Меня тянет к нему, как магнитом. И сразу же тепло разливается в груди, едва вижу это милое личико. Хочется сразу обнять, защитить. Хоть этот малыш и стал причиной, из-за которой треснул наш фундамент отношений с Ромой и пошатнулось доверие, я не испытываю к нему никакой злости. Только…радость, и сердце чаще колотится. Странно и дико испытывать подобное к чужому ребёнку….

Демьян всхлипывает, трет кулачками глаза, размазывая слёзы по щекам.

- Мама! - сердце царапает отчаяние в его голосе. Малыш встает на носочки и вглядывается в толпу. - Ну, где же ты?!

Когда я подхожу, закрывает личико ладошками и ревет в голос. И сразу же резко злость накатывает волной, как цунами. Ребёнок с таким отчаянием плачет посреди оживленного торгового центра! Маленький, беззащитный, потерянный, но никто не подходит, чтобы спросить, в чем дело. Никому не до кого нет дела. Все просто торопятся по своим делам, не обращая внимания на малыша, который путается под ногами.

Присаживаюсь на корточки и осторожно касаюсь худого плечика, чтобы не напугать и без того перепуганного насмерть ребёнка.

- Демьян, привет, - улыбаюсь несмело, затаив дыхание. - Ты помнишь меня?

Малыш отнимает руки от лица, хлопает ресничками, сбрасывая с них крупные капли слез. Хмурится, медленно блуждая взглядом по моему лицу. Но вот в его глазах вспыхивает узнавание и…радость. Губки растягиваются в робкой улыбке.

- Здравствуйте! Да, вы - доктор из больницы. Вы смотрели мою руку, - вытягивает вперед перебинтованную ручку.

- Как она, кстати? Уже лучше?

- Да. Почти не болит. Только когда мама мажет мне мазь, - тяжело, тоскливо вздыхает. Но упрямо вскидывает подбородок, серьёзно и решительно, почти по-взрослому заявляет: - Но я терплю и не плачу. Я же уже почти большой. Скоро в школу пойду.

Хихикаю и, не выдержав, треплю малыша по макушке.

- Ты молодец. Настоящим мужчиной растешь. Правильно, маму надо беречь. Она и без того переживает, что ты упал и поранился.

Демьян опускает голову и смотрит на пол, ковыряя носком сапожка плитку на полу.

- В тот день, когда вы посмотрели ручку, мама перед сном намазала мне мазь. Она думала, что я сплю, но я видел, как она сильно плакала. Я больше не буду падать.

Улыбаюсь, осторожно касаюсь пухлой щечки, боясь, что Демьяну не понравится. Но малыш не отшатывается, наоборот, улыбается и даже перестает шмыгать носом.

- Будешь, малыш. А мама ещё не раз будет из-за тебя плакать. Это жизнь.

- Не хочу, чтобы мама плакала…., - и снова в знакомых серо-голубых глазках блестят слёзы. - Она сейчас, наверно, тоже плачет…

- Потому что ты убежал от неё? - одна слезинка скатывается по щеке мальчика, и я на инстинктах стираю ее подушечкой большого пальца.

Демьян так рьяно качает головой, что я боюсь, она у него закружится.

- Я не убегал от мамы! Я ее очень люблю! Просто я потерялся…отбежал к магазину посмотреть кое-что, а мамы уже нет…

Демьян снова закрывает ладошками личико и горько плачет. Так сильно, что сердце сжимается и сбивается с ритма. У самой глаза предательски влажнеют. Я, конечно, люблю детей, в моей профессии без этого никуда, но не думала, что настолько проникнусь этим малышом…Наверняка это нерастраченный материнский инстинкт так ярко проявляется.

- Мне страшно…Я хочу к маме…

В горле образуется ком, внутренности связываются узлом. На сердце тяжесть, как если бы плакал мой родной сын…

Совершенно забыв, что передо мной чужой ребёнок, да ещё и мой пациент, я обнимаю мальчика. Крепко прижимаю к себе и глажу по голове.

- Не плачь, Демьян, ну, не плачь. Мы обязательно найдем твою маму…

Поднимаюсь на ноги и протягиваю раскрытую ладонь. Затаив дыхание и прикусив губу, наблюдаю, как Демьян хмурится, смотрит то строго мне в глаза, то на мою ладонь.

Сердце колотится навылет.…

Доверится - не доверится…

Мне почему-то остро хочется, чтобы доверился…

- Мама говорила мне, что нельзя никуда ходить с незнакомыми, - неуверенно бормочет, перетаптываясь на месте. - Но я вас знаю…И вы не похожи на злую тетю, которая может меня украсть…

Прыскаю в кулак, поражаясь размышлениям малыша. И продолжаю с трепетом ждать его реакции, держа подрагивающую ладонь раскрытой.

Демьян неуверенно, как весенний росток к солнцу, тянется к моей руке. Осторожно касается кончиков пальцев, а у меня внутри как будто звезда взрывается и озаряет все вокруг изнутри своим теплом и светом.