Сынок моего мужа. Семья по ошибке (СИ) - Келлер Николь

Когда в клинике сделали УЗИ, оказалось, что спасать уже некого.

Я очень тяжело переживала этот выкидыш. Много плакала, не хотела ничего делать и говорить. Встать, расчесаться и позавтракать для меня было сродни подвигу.

Рома стойко переносил все: и заскоки, и истерики, и мои срывы. Взял на работе отпуск за свой счет и был рядом двадцать четыре на семь. Через три недели мне стало лучше, и только тогда муж, хоть и с опаской, вернулся на работу.

А через десять дней ему нужно было уехать в командировку. Рома нервничал, переживал, не знал, как отказаться. Он шел на повышение, и ему была важна эта поездка.…

Я отпустила. Потому что знала, как Рома горит работой, и как ему важна эта должность.

Муж звонил мне часто, я даже не успевала соскучиться. Знаю, он переживал, чтобы я не наделала глупостей, и мне была приятна эта его забота.

Мне казалось, что у меня идеальная семья…

Ровно до того момента, пока муж не подвозил меня на работу на следующий день после возвращения с этой злосчастной командировки, и я не обнаружила чужую красную помаду. Вызывающую, пошлую.

Скандал был знатный. Рома утверждал, что это была всего лишь коллега, он ездил с ней вместе. Не стал мне говорить, потому что не хотел, чтобы я ревновала и нервничала, накручивала себя. Дело чуть не дошло до развода.

Мы говорили долго. Обсуждали, высказывали все, что не нравится. Все страхи, опасения, недовольства.

С тех пор я дала себе слово меняться и доверять Роме.

А сегодня, увидев дату рождения Демьяна, сопоставив все, что увидела, с воспоминаниями, подумала, что…

А вдруг… Не было никакой коллеги?

Глава 9

Вероника

Что, если была эта Ксения Реутова, и Рома в той злосчастной командировке так заглушал боль потери? Что просто устал от истеричной жены и захотел отвлечься с горячей любовницей?

Что, если у этой «командировки» были последствия в виде Демьяна, о которых муж не знал? Но вспомнил девушку. Иначе почему он так остро отреагировал на ее имя?

- Ника, - стонет муж и зажимает пальцами переносицу. Рывком встает на ноги и заключает меня в свои железные и теплые объятия. Одна его пятерня сразу зарывается в волосы на затылке и массирует, даря такое нужное расслабление. - Иногда мне страшно становится, что творится в твоей голове. Неужели я хоть раз показал себя му* * *ом?

- Нет, но… Не бывает таких совпадений, понимаешь?

- Бывает. Ты себя накрутила. Как обычно, придумала. А на деле это просто ребёнок, который обознался. У которого серо-голубые глаза, как у половины детей в нашей стране. А мамаша его тряслась, потому что было стыдно за поведение сына, вот и все.

- И всё-таки мне кажется, ты ее знаешь…

Рома шумно выдыхает. Я прямо чувствую, как его терпение натягивается, как струна.

- Давай так порассуждаем, Ник. Неужели ты думаешь, что, имея любовницу на стороне столько лет, она не знает ни как тебя зовут, ни как ты выглядишь, где и кем работаешь? И специально поперлась к тебе на работу? Ты сейчас серьёзно, Ник?

- Ну, она захотела посмотреть мне в глаза…Рассказать о себе и сказать, что у вас есть сын….

Рома который раз за вечер закатывает глаза.

- А потом испугалась строгого взгляда лучшего хирурга города и быстренько свалила, так ничего и не сказав?

- Все-все, - посмеиваюсь, вскидывая ладони вверх. - Возможно, ты прав. Хорошо, что хоть кто-то может в нашей семье мыслить здраво.

Встаю на носочки, быстро чмокаю мужа в губы и ползу до ванной. Оглядываю себя в зеркало, с удовольствием замечая по всему телу отметины Ромы.

Шагаю в душевую кабину и замечаю, что на крючке нет полотенца. И на полке запасные тоже кончились.

Вздохнув, выхожу обратно и иду в гардеробную. Переступаю порог спальни и слышу приглушенный и раздраженный голос Ромы:

- Нет, я не смогу сегодня приехать.…

Глава 10

Вероника

Замираю, не в силах пошевелиться. Грудь как будто бетонной плитой придавило. А в сердце сотню иголок воткнули разом - так больно.

Муж стоит в одних брюках, широко расставив ноги у окна ко мне спиной, поэтому меня и не замечает.

Торможу и медлю, никак не выдавая себя. Я знаю, что подслушивать нехорошо, но в данном случае считаю, что имею полное моральное право на это. Неужели Рома действительно врал мне?! Так искусно и так… сладко?! Целых… семь лет?!

- А я сказал: нет! - рявкает Рома и уже тише добавляет: - Я сегодня с женой. Дома хочу побыть. Ага, романтический выходной посреди недели. Сам в шоке.

Тело прошибает мелкой дрожью. Глазам больно - их печет, как будто песка раскаленного насыпали. Причем давно и с лихвой, если я даже сквозь завалы заметить не могла, что муж мне изменяет.

Мысленно умираю, глядя в широкую спину любимого человека. Я и подумать не могла, что предательство со стороны Ромы настолько сильно размажет меня. Уничтожит до основания. Хочется орать, но связки, как и тело, парализованы.

Муж тяжело вздыхает, глухо матерится, ероша короткий ежик волос на затылке.

- Да млять, Олег! Я в душе не чаю, какой паркет там нужен! Мне по***р, какого он цвета! Я в комп смотрю, а не на пол! Звони Марине, она в конце концов контролирует весь процесс и зарплату за это получает. Не дозвонился - набери ещё раз!

Замираю, навострив уши. Вдыхаю воздух и забываю выдохнуть. От гипоксии начинает кружиться голова, в ушах нарастает гул, и голос Ромы уже звучит как из-за стекла.

Но в то же время до меня медленно доходит - это не любовница! Это какой-то мужчина! И речь вообще идет про какой-то ремонт…

Ничего не понимаю…

То есть…Рома всё-таки мне не изменяет?! Ещё одно гребаное совпадение?!

Между тем муж жестко припечатывает тоном, которым часто разговаривает со своими помощниками:

- Я не собираюсь срываться из-за этого посреди ночи. Задолбался. Прораб ты, а не я. Все, больше не отвлекай меня по всякой ерунде. Звони Марине.

Рома сбрасывает звонок, трет лицо ладонью и шумно вздыхает. Бросает телефон на прикроватную тумбочку и замечает меня, подпирающую стенку.

Схлестываемся взглядами. Замираем оба, как два хищника увидевших лакомую добычу. Глаза мужа медленно скользят по моему телу, цепляясь за мою грудь, живот и скрещённые ноги. Вспыхивают огнем желания, несмотря на то, что у нас все было буквально пять минут назад.

Я абсолютно обнажена перед ним. Как физически, так и душевно.

- Ты уже все? - голос Ромы срывается. Ладони потеют, а пульс разгоняется до сумасшедшей скорости за долю секунды.

Муж делает один плавный шаг мне навстречу, и в тусклом свете фонаря с улицы, освещающим спальню, это выглядит очень опасно и эротично. Он напоминает мне хищника, загоняющим свою добычу в ловушку.

- Н-нет.…Полотенце забыла…

Рома склоняет голову набок и внимательно рассматривает меня. Усмехается, приближаясь почти вплотную. Носом ведет по шее, заставляя запрокинуть голову. Осторожно поддевает лицо за подбородок, заставляя смотреть строго в его глаза.

Сердце отбивает чечетку, ноги слабеют. Но несмотря на это, я решаюсь осторожно спросить:

- Кто звонил?

Рома прожигает меня взглядом, зависает и звонко хохочет.

- Вот скажи мне, как я могу тебе изменять, если моя ревнивая собственница не дремлет?

- Я случайно…Правда, полотенце забыла.

Рома бодает меня лбом и целует в висок. Его ладони сжимают мою талию, прижимая к его бедрам. Там снова все кричит о твердом желании. Я таю и млею в руках мужа, становясь податливой, как воск.

- Это Олег - прораб. У нас в здании прокуратуры идет ремонт. Знала бы ты, как я задолбался уже работать в конференц-зале. Сейчас ремонт дошел до моего кабинета. Команда Олега работает до глубокой ночи, потому что они выбились из графика, а у них госзаказ, штрафы там конские. А Олег не может дозвониться Марине - дизайнеру, которая все контролирует и руководит ремонтом. И он не придумал ничего лучше, чтобы позвонить мне и попросить приехать, чтобы выбрать паркет в мой кабинет. Я его и послал. Никакого криминала.