Внезапно замужем. Друг отца (СИ) - Ксения Фави

муженька слух! Не стала тарабанить сильно, чтобы вдруг не разбудить. А он услышал.

Что Олег не спал, убеждаюсь сразу. Он за столом.

Рукава рубашки закатал до самых локтей, на столе документы. Такой контраст белых листов и его смуглой кожи. Длинные пальцы тихонько постукивают по бумаге.

Отвлекаюсь от них и рисунка вен на крепких руках. Смотрю мужу в глаза. Красноватые…

— Не хватит работать тебе? — морщу лоб.

Шульгин вскидывает брови.

— Беспокоишься, дорогая?

Сильнее хмурюсь. Вхожу и плотно закрываю за собой дверь.

— Олег, мне страшно…

Муж отбрасывает лист бумаги, быстро выходит из-за стола. Смотрит на мою пижаму, босые ноги. Подходит очень близко.

— Рассказывай! — тон приказной, а руки так ласково ложатся на мои плечи. — Что там у тебя случилось? Ты говорила, есть проблемы…

— Мне кажется, на балкон кто-то может влезть.

Поднимаю на него глаза. Шульгин зависает на несколько секунд, не моргая. И аж отпускает меня.

— Что?

Смотрю на пальцы своих ног.

— Не мог бы ты все же переночевать в спальне?..

Я хочу просто поспать! Но знаю, одна в комнате так и буду нервничать.

Шульгин выдыхает и… смеется.

— Территория под охраной. Везде камеры и датчики. Но если ты боишься привидений…

— Ладно, забудь!

Понимаю, как тупо выгляжу.

— Иди, не стой босиком. Я скоро приду.

Сглатываю… Боже, что я наделала?!

Любимый мой вопрос за сегодня. Но я уже позвала его, да и по телу разливается предательское облегчение. Иду в спальню и ложусь на половину кровати, которая подальше от окна.

Олег приходит минут через пять.

Хорошо, что я выключила бра! Территория вокруг дома освещается, но не ярко. Так что в спальне приличный сумрак, свет не бьет в окно.

Шульгин без рубашки… Это логично, мужчина готовится спать. Но и никакую футболку он не надел.

Зато на нем темные шелковые штаны. Видимо, от пижамы. И это он еще сделал мне одолжение.

— Прости, не могу спать одетым, — хмыкает.

— Мм… Ничего.

— Спокойной ночи, Вредина.

Ахаю.

— И вам не ворочаться, муж!

Он лег на бок и повернулся ко мне спиной. На фоне блекло светящегося окна его плечи темнеют трапецией. И сразу делается так спокойно…

Моментально засыпаю. Не поверила бы! Боялась спать с ним в одном помещении, но расслабиться смогла, как только он пришел. Это просто нервный день!

Утром просыпаюсь… Нет, не в его объятиях. Вообще одна. Пока дрыхла, муж встал и ушел. Даже вода не шумит в душе.

На учебу мне сегодня не надо. Я пишу диплом, и в универ не нужно ходить каждый день. Зато в три обещала подменить Элку в кофейне. Работаю там уже третий год.

Крошечное заведение в торговом центре. В основном берут на вынос, но пара столиков тоже есть. Безалкогольные напитки, выпечка. Ну и кофе, чай.

Работают в основном студенты, привыкли друг друга выручать.

Интересно, Шульгин уехал из дома? Надо бы сказать ему, что уйду после часа. Отчитаюсь, как порядочная жена! Ха-ха.

Прямо в пижаме иду вниз. Может, еще успею.

— Насчет обеда спросите у Миры Михайловны, — слышу возле кабинета, — и планы на ужин тоже с ней обсудите.

— Хорошо, — добродушный голос повара.

Вхожу. Олег снова за столом, Вера Михайловна перед ним. Уже разворачивается, чтобы выйти.

— Доброе утро, — приветствую их.

— Доброе утро! Как спалось вам? — улыбается Вера.

Отвечаю на улыбку.

— Спала, как убитая.

Замечаю, что муженек хмыкает. Тем временем повар спешит оставить нас одних.

— Значит, без проблем уснула?

Убеждаюсь, что Вера вышла. Снова поворачиваюсь к мужу.

— Да. Вчера… Эм… У меня разыгрались нервы, — поднимаю подбородок, — не каждый день узнаешь, что стала женой против своей воли.

У Шульгина вздрагивают желваки. Так-то.

— Какие планы на сегодня? — переводит тему.

— Работа.

— Что?

— Ну, такая полезная деятельность за деньги.

— Я в курсе, — выдыхает, — но тебе это зачем теперь?

Какой он все-таки уверенный! Непрошибаемый просто. Для бизнесмена качество хорошее, наверно.

— Ты, может, разведешься со мной через неделю. Так же без моего ведома. Или сделаешь, что мы и не были в браке никогда. Кто тебя знает.

— Мира…

— А я не хочу терять место. Пока не получу диплом и не найду новую работу, кофейня — хороший вариант. И на собеседования бегать можно, девчонки подменят.

Желваки супруга вообще ходят ходуном.

— Я не собираюсь с тобой разводиться, — чеканит.

— А я — терять работу.

Тарабанит офигенными пальцами по светлой столешнице.

— Я заплачу тебе зарплату на десять лет вперед. И бегай себе по собеседованиям…

Вон на все у него есть решение! Точно бизнесмен от Бога.

А я знатная Вредина.

— Угу, но в один прекрасный день мой счёт аннулируют. Наличка… — взмахом руки останавливаю его возражения. — Наличка окажется фальшивой.

— В каких еще преступлениях ты меня обвинишь? — скрипит зубами муж.

— И от работы я уже радостно отказалась, — продолжаю свою мысль.

— То есть, у тебя ко мне ни капли доверия? — Шульгин делает свои выводы.

— Я у тебя дома, — усмехаюсь, — в твоей спальне и в твоей кровати. Серьезно? Ни капельки?

Мужчина стискивает челюсти еще сильнее. Выдыхает сквозь них.

— Тебе нужно было на журналистку учиться. Очень уж язык подвешен!

Поднимаю брови.

— Хочешь со мной развестись?

— Хочу, — кивает, а я не понимаю, какие эмоции накатывают, — тебя.

Боже мой, я инстинктивно смотрю на его пах! И конечно, он это замечает. Ухмыляется.

Нет, член у него вроде как не стоит. Видимо под "хочу" он имел в виду какой-то общий смысл. Не сейчас конкретно.

Глава 5

— А я хочу позавтракать! — наконец, смотрю ему в глаза.

— Идем, Вера Михайловна накрыла.

Смущение быстро проходит. То ли от голода, то ли начинаю привыкать.

А вот что мне непривычно, так это "обслуживание". Как будто в пятизвездочный отель заехала. Все накрывают, подают, угождают. Не буду лицемерить, что это неприятно.

Но вот не знаю, хотела бы я так много посторонних в настоящей семье? Если бы мы с Олегом провели ночь любви, вышли, а тут уже хлопочет чужая женщина.

Это еще ладно Вера… От нее идет теплая материнская энергия. А вот Станиславу я бы сейчас не хотела видеть.

— Что-то не так? — Олег замечает мое настроение.

Он садится во главе стола. Я сбоку, через один стул.

— Твоя горничная… Какие у нее обязанности и график?

Шульгин хмурится. Вспоминает, что ли.

— Она следит за порядком в доме, делает мелкую уборку. В кабинете вообще убирает только она. Кроме мытья окон и пола. Потому что там нужно прибирать так, чтобы я потом ничего не терял.

— Стася это умеет? — говорю