Биверли Бирн - Огненные птицы

– Все правильно, – не стал спорить он.

Энди обладал даром без особого труда враз завоевать ее расположение. Так было всегда и так оставалось сейчас. И это поразительное умение слушать и вникать очаровывало не только ее, но и многих других людей, иначе это заставляло их выкладывать ему всю подноготную с тем, чтобы он потом соответствующим образом описал ее в своих книгах. Это в известной мере недоставало ей.

– Ты помнишь наш тот разговор несколько лет назад? О том, какими странными могут быть стечения обстоятельств?

– Помню. У меня осталось такое впечатление, что это был спор…

– Нам, кажется, никуда от этих совпадений не деться… Ладно, ладно, продолжай, я слушаю.

– Дело в том, что я связалась с «Группой Мендоза» и увязла в этих делах по уши. Мало того, мне кажется, что они прибирают меня к рукам потихоньку. Или, по крайней мере, кто-то, кто на них работает.

– Это меня не удивляет, они всех привыкли прибирать к рукам. Но как, черт возьми, тебя угораздило связаться с ними?

– Не только меня. Я лишь член вновь созданной компании. У меня еще двое партнеров. Один из них имеет долгосрочные связи с твоей всесильной семейкой и, разумеется, именно к ее представителю мы обратились за консультацией. А то, что мы собираемся осуществить – это их специальность.

– Да, запускать когти они мастера, здесь им нет равных. А это только ты одна считаешь, что эта история с душком или у тебя с твоими партнерами на этот счет нет разногласий?

– Один из партнеров придерживается того же мнения, что и я, а другого сейчас здесь нет.

Она чуть было не начала ему объяснять, кто такая Лой, но промолчала. Все это было очень сложным, кроме того, было полным-полно и других вопросов, требовавших ответов.

– Тот парень, с которым мы имеем дело, его зовут… – Лили замолчала и стала оглядываться по сторонам. – Может лучше и не говорить?

Энди покачал головой.

– Ты знаешь, мне все это начинает напоминать диалог двух персонажей из какого-нибудь романа Роберта Лэндлэма.

Лили пропустила иронию мимо ушей, достала из сумочки листок бумаги, нацарапала на нем имя Джереми Крэндалла и подвинула его к Энди.

– Это имя тебе что-нибудь говорит?

Прочитав, он отрицательно покачал головой.

– Ровным счетом ничего. Очень жаль, но это так. Я к их бизнесу никакого отношения не имею.

– Да, знаю. Но я лишь надеялась, что ты смог бы кое-что разузнать… Очень осторожно разузнать.

Он задумчиво надул губы.

– Спросить-то всегда можно. А вот что до того, чтобы, как ты выражаешься очень осторожно… Это трудновато. Когда речь заходит об иерархической лестнице и секретности, мои родственники ведут себя так, что мафия по сравнению с ними – жалкие кустари.

Лили упала духом.

– Именно этого я и опасалась.

– Не надо так сразу унывать, дорогая. Кто хочет, тот добьется и т. д. и т. п. Дай мне подумать над этим пару часов.

Он пожелал остаться с ней и после обеда.

– Может быть, погуляем в централь парке? – предложил он. – Или сходим посмотрим какой-нибудь фильм?

– Нет, не могу, мне очень жаль, но не могу. У меня много всяких дел. – В действительности же ничего такого срочного у нее не было.

Но темп, с которым их отношения входили в прежнее русло, приводил ее в ужас. Лили и Энди снова вместе, будто этого десятилетия одиночества и в помине не было. Но оно было. И его не вычеркнешь из жизни, и во второй раз она в эту трясину не ступит.

Они расстались. И она пообещала позвонить ему на следующий день. Но позвонить пришлось раньше, нынешним же вечером, после того, как она переговорила с Питером, который, как они и договаривались, появился, но никаких вестей с собой не принес.

– Что ты можешь сказать о твоем укрощенном Мендозе? – поинтересовался он.

– Он не укрощенный. И пока раздумывает, что ему предпринять в данной ситуации. Энди должен все обдумать, он тоже не семи пядей во лбу. Послушай, Питер, я хочу, чтобы ты с ним познакомился. Мне хочется знать, что ты о нем думаешь.

– Отлично. Кроме того, с Веллингтоном мне будет приятно познакомиться…

– С Веллингтоном? – не поняла она.

Питер усмехнулся.

– Мне на ум пришла битва при Ватерлоо.

– Ах, вон что! А я, по-твоему, Наполеон, так?

– Да.

– Не глупи. Вот что, я сейчас прикину, как все это организовать, а потом тебе перезвоню. Что у тебя там, на твоей повестке дня на завтра?

– Занят, конечно, но все в пределах норм. Только сообщи мне сразу же, как сможешь. Да, кстати, ты не видела последних биржевых сводок?

– Нет. Расскажи.

– «Бэсс и Деммер» соскользнули вниз на полпункта.

– Прелестно. Именно это мне и хотелось услышать.

Когда все трое встретились на следующее утро за завтраком, Энди высказал несколько иное мнение на этот счет.

– Если акции падают в цене, это означает, что напряжение спадает. Ажиотажный спрос на них отсутствует. Вам это должно быть на руку, я думаю.

Питер кивнул. На эту встречу он ехал полный предубежденности. Несколько лет назад, когда он был увлечен Лили и готов был влюбиться в нее по уши, над ними, как ему казалось, постоянно витал призрак этого человека и именно этот призрак все тогда и испортил, считал Питер. Кроме того, он явно психологически не был готов к встрече с кем-либо по фамилии Мендоза. Но, несмотря на все это, Энди произвел на него хорошее впечатление. Он был дружелюбен, не обнаруживал ни следа скрытности, в нем не было той ложной скромности, когда Питер упомянул о том, что читал большинство из его книг, и что они ему понравились. Этот человек обладал всем, что всегда симпатизировало Питеру в английских писателях – тактом, особым очарованием и суховатым специфическим юмором.

– У меня для вас кое-что есть. Немного, правда. Был бы рад сообщить больше, но думаю, что не смогу.

– В любом случае, сработали вы быстро, – сказал Питер. – Невероятно.

Они сидели в квартире Лили, а поэтому не было необходимости прибегать к конспиративным ухищрениям и можно было говорить в открытую.

Энди извлек небольшой блокнот.

– Джереми Крэндалл стал сотрудничать с «Группой Мендоза» семь лет назад. Сразу после окончания Уортонской школы бизнеса.

– Мне всегда казалось, что он из Гарвардской школы бизнеса, – недоумевала Лили.

– Это одно и то же, – вмешался Питер. – Одно отпочковалось от другого. Продолжайте, Энди.

– Он всегда находился в нью-йоркской штаб-квартире Мендоза и, судя по всему, должен был бы считать это признаком некоторой его недооценки. В их духе наиболее удачливых и ценных работников направлять в Европу, как правило, в Испанию, так сказать, для дальнейшего ознакомления.

– Следовательно, не исключено, что эта его афера с нами не санкционирована сверху, а лишь осуществляется по его личному хотению.