Призрак - Виктория Блэк

поступать деньги на счет. Может, он умер. Не знаю.

Мой комикс можно встретить в любом книжном магазине – он пользуется успехом. Мои иллюстрации украшают фасады зданий, баннеров. Я регулярно провожу творческие вечера, мастер-классы. Я изо всех сил стараюсь жить. Просто жить. И вроде бы удается.

Никто не знает, что улыбчивая и яркая Алана Флетчер, возвращаясь в свою небольшую квартиру в спальном районе Бруклина, снимает лживую маску и ревет в подушку, а потом фантазирует, что ее зверь рядом, что это он прикасается к ее груди, ласкает тело. Это его рука упирает острие ножа в кожу на шее, и это его пальцы доводят ее до оргазма. А потом будто бы он лежит рядом и шепчет на ухо разные пошлые грубости, от которых я краснею.

Я продолжаю бегать по утрам, но не потому, что так советовал доктор Фьюри. Нет. Я фантазирую, что Себастьян все так же следит за мной, преследует.

Сегодняшнее утро не становится исключением. Я возвращаюсь домой, принимаю душ, укладываю волосы, наношу на лицо макияж и выбираю, что надеть на работу – да, я работаю в офисе, так легче.

Надев легкое светлое платье, я крашу губы в алый цвет и улыбаюсь отражению в зеркале. Стук в дверь становится неожиданностью. Я смотрю на экран домофона и понимаю, что за дверью никого нет.

Чья-то шутка?

По спине ползет холодок от внезапно охватившего чувства дежавю. Я встряхиваю головой и поправляю волосы, беру в руки сумочку и открываю дверь. Моя нога зависает в воздухе, когда я собираюсь переступить порог. На придверном коврике лежит крафтовый конверт.

Меня словно кипятком окатывает изнутри, а сердце пропускает удар. Я медленно наклоняюсь, будто боюсь, что этот конверт ядовитый. Делаю глубокий вдох и поднимаю его с пола. Переворачиваю и читаю: «Не стоит заглядывать внутрь». В глазах на миг темнеет, я тру их, чтобы убедиться, что у меня не галлюцинации.

Кто-то из поклонников комикса решил пошутить? Шутка неудачная!

Но я почему-то все равно лезу в конверт просто для того, чтобы вновь ощутить тот незабываемый трепет, и вытаскиваю из него пачку фотографий. На них я: в кафе, на улице, на пробежке, в машине и… дома, спящая в кровати. Может, монтаж?

Кровь отливает от моего лица, а тело парализует. Я переворачиваю фотографию и читаю: «Ты будешь моей послушной девочкой?»

Эпилог второй

Ангел

Во мне волной поднимается ярость. Какой конченый ублюдок может так издеваться надо мной? Я открыла в комиксе свою душу, рассказала миру о нем, чтобы он жил в сердцах людей. Но это просто…

Вместе с фотографиями я сбегаю вниз по ступенькам и выскакиваю на улицу. Где этот придурок может прятаться? Он не мог уйти далеко.

Внезапно меня что-то толкает в спину. Я поворачиваюсь и вижу перед собой подростка.

– Мисс, это вы потеряли? – он протягивает мне еще одно фото, на котором я еще с русыми волосами и только-только приехала в Нью-Йорк.

Мысли в голове путаются, в груди разгорается пламя.

Что все это означает?!

Около меня останавливается желтое такси. Водитель выходит и открывает дверь.

– Прошу, мисс. Я отвезу вас по нужному адресу.

– Что? Какой адрес?

Я пытаюсь понять, какой сегодня день. Может, у меня день рождения? Нет, он уже прошел.

– Мисс, вас ждут. Попросили не задерживаться.

– Да? Хорошо. Везите! – командую я, представляя, что сотворю с физиономией этого идиота. Или идиотки. Как эти розыгрыши сейчас называются? Пранки?

Таксист везет меня по городу. Я прошу остановиться у супермаркета и подождать меня несколько минут, после возвращаюсь к такси, вооруженная до зубов: ножами и бейсбольной битой. Тот, кто решил так жестоко играть с моими чувствами, очень сильно пожалеет об этом!

Такси выезжает за город. Разве меня этим испугать? Черта с два. Я больше ничего не боюсь! Все самое страшное уже произошло в моей гребаной жизни.

Водитель останавливается около современного трехэтажного коттеджа в стиле хай-тек с красивой придомовой территорией и бассейном.

Этот ублюдок еще и богат! Ничего. Мне плевать на его деньги. Я разнесу этот дом в крошку.

Я беру в руку сумку с ножами, а биту закидываю на плечо, ощущая себя при этом Харли Квинн[13], шагаю к дому, подхожу к двери, дергаю за круглую металлическую ручку и переступаю через порог. Меня окутывает аромат знакомой туалетной воды, отчего сжимается сердце.

Шутка слишком жестока.

А впереди, словно в туманной вуали, стоит высокий мужской силуэт в строгом костюме. У меня щиплет в глазах и закладывает в носу, а тело сотрясает мелкой дрожью. Я не могу ни шагу сделать, ни вдохнуть – воздух слишком густой.

Секунда. Другая. Третья.

Кто это? Призрак?

В глазах все плывет, стены вокруг сжимаются, а пол под ногами становится зыбким, как песок, когда этот человек поворачивается ко мне.

Первое, что я вижу, – длинный шрам на пол-лица, а, переведя взгляд на глаза, я теряю связь с реальностью. Последнее, что я слышу, – как звонко бейсбольная бита ударяется о пол.

Зверь

Прости, Ангелочек. Я не мог иначе.

Да, я бы погиб при взрыве, если бы Дэвид не вытащил меня из нее за секунду до. Меня контузило, я долго не приходил в себя, пулевые ранения чуть не сделали меня инвалидом. Мне понадобилось несколько месяцев на восстановление и идеальную месть.

Они все убиты: и Тони, и Оливер, и босс. Но я никогда не расскажу тебе, что это был твой отец.

Я всегда был рядом. Всегда. Я следил за всеми твоими успехами и страдал из-за разлуки вместе с тобой. Но мне требовалось время, чтобы убрать тех, кто мог навредить нам.

Я выжил только благодаря Дэвиду и Джиму. Теперь они в моей команде. Теперь я босс. Теперь нам ничего не угрожает.

– Просыпайся, ангелочек. Мы с тобой столько всего не успели сделать.

Конец.

Послесловие от автора

Я хочу от всего сердца поблагодарить моего редактора Наталью Вернер за то, что поверила в меня и направила. Благодаря ее советам мои герои стали более многогранными. Большое спасибо моему литредактору Инне Луканюк. Ее помощь, подсказки и внимание помогли истории обрести душу.

Я благодарна своей семье за понимание, особенно мужу.

Еще большое спасибо моей подруге Александре за мощную моральную поддержку.

И хочу сказать спасибо моим героям: Алане и Себастьяну за то, что делились со мной своими мыслями и эмоциями. Они снились мне, их диалоги сопровождали меня в дороге и прогулках. Я