Суженый босс - Меган Куин

Я фыркнул.

И снова засмеялся.

Я пытаюсь сдержаться, но у меня вырывается самый громкий хохот, который вы когда-либо слышали.

— Именно так, выпусти все наружу. Представь это, визуализируй и знай, что, как бы сильно ты ни хотел, я никогда не буду трахаться с тобой в кабинке туалета… никогда.

Это заставляет меня остановиться и выпрямиться.

— Нихуя подобного. Теперь нам придется трахаться в кабинке туалета, чтобы изменить твой опыт.

Она качает головой.

— Нет. Не получится. Извини.

— Это мы еще посмотрим.

— Ладно, — она похлопала меня по груди, — твоя очередь, и лучше, чтобы твоя история соответствовала моей. Я рассказала тебе о своих сексуальных похождениях, так что ты должен рассказать что-нибудь мучительное.

— Черт, у меня в арсенале нет достойной секс истории. — Все еще посмеиваясь, я говорю: — Хотел бы я, чтобы у меня была подобная история.

— Хорошо, тогда расскажи мне что-нибудь еще. Семейную историю или страх. Что-нибудь, — говорит она, умоляюще глядя на меня.

Я вспоминаю обещание, которое дал себе, о том, что заставлю эту девушку остаться рядом, сделаю так, что она не сможет уйти. Я хочу, чтобы она начала влюбляться в меня так же, как и я в нее, поэтому беру ее за руки и делаю глубокий вдох.

— Как насчет страха? — спрашиваю я.

— Это намного больше, чем я ожидала, но да, пожалуйста. Все, что угодно, Рэт.

Боже, она так отчаянно хочет узнать больше, узнать меня. Мысленно пометку, что постараюсь рассказать ей больше.

Я сжимаю ее руки в своих и говорю:

— Неудача — мой страх, который заставляет меня не спать до самого утра. Но меня никогда не мучает неудача в бизнесе.

— Оу, неужели? — спрашивает она. — Какого рода неудачу ты имеешь в виду?

— Подвести человека, который мне интересен. Подвести, не довести дело до конца, не стать тем человеком, которым должен быть. — Я смотрю на наши руки. — Я уже подвел кое-кого, и с тех пор это гложет меня. Я думаю о том, как мог бы все изменить. Я мог бы быть лучше, внимательнее, и по сей день не понимаю, где ошибся. Но я знаю, что потерпел неудачу, и не хочу, чтобы это снова повторилось. — Я поднимаю на нее глаза. — Особенно с тобой.

— Рэт. — Ее грудь вздымается и опускается быстрее, чем раньше. — Почему ты думаешь, что подведешь меня?

— Это всегда где-то в глубине моего сознания. Как ты знаешь, я могу быть осторожным, и иногда забываю сбросить щит и просто чувствовать. — Я крепче прижимаю ее к себе. — Сможешь напомнить?

— Конечно, но, — она прикусывает нижнюю губу и, кажется, нервничает, — между нами есть что-то большее, чем просто… секс? — Она смеется. — И свадьбы?

— Знаю, это не по правилам, но я… — Блядь, я тоже нервничаю. Если она не уверена, что между нами большее, чем просто секс, то я сильно рискую? Если она может посмеяться над этим, то посмеется ли она если я расскажу о своих чувствах? Стоит ли рисковать? Я сглатываю и смотрю в ее прекрасные глаза. — Ты мне нравишься, Чарли, больше, чем хотелось бы признать, но чувства есть, и совру, если скажу, что не расстроюсь, если мы не попробуем. Если ты захочешь, конечно.

— Не фиктивный брак, а настоящие отношения?

Я киваю.

— Да, настоящие отношения.

Улыбаясь, она прижимается ближе и говорит:

— Ну и ну, босс, ты предлагаешь мне встречаться?

— Да. — Я обхватываю ладонью ее щеку и прижимаюсь к ее рту долгим, чувственным поцелуем. Отстраняясь, говорю: — Я нарушаю все правила, которые когда-либо устанавливал для себя, и спрашиваю, хочешь ли ты не только стать моей женой, не только трахать меня, но и встречаться со мной?

— Господи, помоги мне, ты такой романтичный. — Она кивает, становясь серьезной. — Я бы с удовольствием встречалась с Вами, мистер Уэстин.

Облегчение охватывает меня, и я расслабляюсь на диване, не осознавая, с каким напряжением ждал ее ответа. Понимает ли она, насколько счастливым сделал меня ее ответ? Что я для нее нечто большее, чем средство достижения цели? Что я мужчина, который хочет за ней ухаживать?

Гордость захлестывает меня, и я еще крепче прижимаю ее к себе.

— Ммм, мне нравится, когда ты так меня называешь «мистер Уэстин». Называть меня мистером Уэстином в спальне вполне допустимо. — Я отпускаю ее руки, обхватываю ее за бедра под рубашкой и начинаю раскачивать ее вверх-вниз на своем паху. — Хочешь встретиться со мной в туалете?

Она смеется, и этот звук звучит музыкой для моих ушей.

— Нет. Ни за что.

— Постараюсь изменить твое мнение.

Прежде чем она успевает пошевелиться, поднимаю ее с дивана и несу в спальню, а она все это время смеется.

Она не могла быть более совершенной… для меня.

Глава двадцать вторая

ЧАРЛИ

Я расхаживаю по конференц-залу, сцепив руки перед собой, в ожидании, когда ко мне присоединятся мои коллеги.

Опытные образцы красиво разложены в центре стола, словно подготовлены к идеальной фотографии в Инстаграм. Я попросила художественный отдел создать постеры гигантских размеров в виде ежедневников, которые я создавала последние несколько недель. Я сохранила современный и гендерно нейтральный дизайн, несмотря на то, что мне хотелось украсить его красивыми цветами и сердечками. Как и в компании Лайнуса, в «Уэстин Энтерпрайзис» работают помощники мужчины, и уверена, что они оценили бы что-нибудь без прикрас.

Я смотрю на тарелку с фруктами и выпечкой, которую составила сегодня рано утром, очень довольная тем, как удалось организовать ее по цветовой координации, переливающуюся всеми оттенками радуги. Это чудо, на которое приятно смотреть, и оно успокаивает мои нервы.

Этим утром я проснулась оттого, что большая ладонь Рэта лежала у меня на животе, а его голова зарылась в мои волосы. Для такого сильного, стойкого мужчины в постели он просто мягкий медвежонок. Он непоколебим, когда дело доходит до расставания по ночам, и всегда нуждается в моей поддержке. Это означает, что мне приходится спать голой, потому что он — «грелка», в результате чего утром он первым делом раздвигает мои ноги и не позволяет встать с постели, пока мы оба не кончим.

Ну… никаких жалоб, возможно, именно поэтому я сейчас не писаю в штаны от волнения.

— Привет.

Я поднимаю взгляд и вижу Рэта, прислонившегося к дверному косяку

конференц-зала, скрестившего руки на груди, выглядящего еще великолепнее, чем

когда-либо, в темно-сером костюме, темно-синей рубашке и галстуке в тон. Глубокий оттенок подчеркивает океанский цвет его глаз, придавая ему пугающий, но в то же время сексуальный вид.

— Привет. — Я засовываю руки в