Невозможная любовь - Наталья Дёмина

превосходством в глазах, платиновыми часами, перстнем на мизинце правой руки, дорогим костюмом, зеркально начищенными туфлями. Он был другим. От него веяло опасностью и деньгами.

Все четверо на мгновение посмотрели на неё. Первые трое, как на пустое место, четвёртый с пренебрежением. Весь его вид говорил: видал и получше.

Один из телохранителей распахнул дверь кабинета начальника девушки, пропуская вперёд одного из мужчин в чёрном костюме.

Секретарша вздрогнула, когда из кабинета раздался сдавленный крик её начальника. Она икнула и упала на стул, так как её ноги сильно дрожали.

Мужчина в дорогом костюме вошёл в кабинет, а последний, третий, телохранитель остался в приёмной с девушкой. Он бросил на неё цепкий взгляд и прижал указательный палец к своим губам. Девушка испуганно кивнула головой, зажала рот ладонью и сжалась на стуле. Блузка прилипла к спине.

— Что вы себе позволяете! — кричал Сергей Сергеевич, когда молодой парень в чёрном костюме прижал его лицом к его же рабочему столу. — Я…

— Ты негодяй, — перебил его мужчина в начищенных до зеркального блеска туфлях.

— Страйк? — прохрипел Сергей Сергеевич. — Что происходит?

— Даже звери не поступают так со своими детёнышами, как ты поступил с Евгением.

— Да что ты…

Телохранитель, который держал Сергея Сергеевича, сильнее прижал его к столу.

— Понял, понял, — заскулил от боли мужчина. — Тыкать мне не разрешено.

— Если ты такой понятливый, — усмехнулся Борис Игнатьевич, — что же ты не понял из того, что я ранее говорил?

— Я ничего не делал, — закряхтел Сергей Сергеевич.

— А как же встреча с Лёвой четыре дня назад в ресторане?

— Люблю вкусно поесть в хорошей компании.

— Могу и запись вашей вкусной беседы предоставить, — Страйк сел на диван и закинул ногу на ногу.

Сергей Сергеевич дёрнулся и что-то пробурчал себе под нос, но телохранитель, который его удерживал, заломил мужчине руку сильнее. Тот застонал:

— Что же тогда ты допустил пожар на складе?

— Хорошо горело, — усмехнулся Страйк, — весь товар застрахован. Отец Лёвы уже заплатил за своего сыночка, а теперь и твоя очередь пришла. Очень мне хочется в Лондоне пожить. Говорят там часто туманы по утрам и идут дожди.

— Не посмеешь! — задёргался Сергей Сергеевич.

— Отчего же, — засмеялся Борис Игнатьевич.

— Я просто хотел, чтобы Женька перестал сходить с ума по своей безродной девке! Лёва нанял проверенных ребят. Ущерб должен был быть минимальным. Кто ж знал, что так полыхнёт.

— Кто ж знал, — побарабанил по подлокотнику пальцами Страйк.

— Ты! — захрипел мужчина.

— Не люблю, когда идут против меня и моего решения. Я ясно дал понять, что Евгений и его девушка под моей защитой. Ты пошёл против моего слова. Значит, должен заплатить.

— Нет! — взревел Сергей Сергеевич.

— Выбор небольшой. Или тюрьма, или ты переписываешь кое-что на меня, а кое-что, в знак компенсации за нанесённый ущерб, своему сыну. И, — улыбнулся, — отдыхаешь где-нибудь, желательно подальше, лечишь нервы.

Страйк щёлкнул пальцами. Телохранитель, что стоял рядом с ним, сделал несколько шагов и положил на стол перед лицом Сергея Сергеевича папку с документами и ручку.

— Подписывай, — бросил Борис Игнатьевич. — Иначе, я оставлю тебя без штанов. Будет другим наука.

Телохранитель, который держал Сергея Сергеевича, разжал пальцы, но остался стоять за спиной мужчины.

— Подписывай. Потом прочтёшь, — давил Страйк. — Моё время дорого.

— Подавись! — поджал губы Сергей Сергеевич и поставил подпись в нужных местах.

— Не дождёшься, — поднялся Борис Игнатьевич с дивана. — Я при желании и камни переварю, — и направился к выходу из кабинета. Но дойдя до двери обернулся:

— Кстати, меня мучает один вопрос.

Сергей Сергеевич зло буравил его взглядом.

— А Лёва знает, что Евгений его брат? Женя точно не в курсе, — и вышел, не дожидаясь ответа.

Глава 126

Сергей Сергеевич рухнул в кресло и застонал, словно раненое животное. Ему стало трудно дышать, в области солнечного сплетения начало сильно печь. Он ослабил галстук и, сдёрнув его, бросил на пол.

«Жизнь разрушена, — откинулся он на спинку кресла, — из-за какой-то безродной девки! Всему пришёл конец! Придётся вернуться в Лондон, поджав хвост. Нет, — на лбу выступила испарина, — лучше я распродам всё, но ни за что не буду компаньоном Страйка. Распродам свою долю по частям. Вот посмеюсь тогда над Женькой, ему придётся налаживать новые связи. Пострадать финансово он, к сожалению, не пострадает, да и акции компании, которые для него выбил Страйк, будут подспорьем в делах, но нервишки всё-таки ему удастся потрепать».

Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.

«Столько было сил приложено… И всё профукал… Так глупо… По-детски…» — вертелось в его голове.

Он вздрогнул, когда затрезвонил мобильный телефон, который лежал на столе в ворохе бумаг. Мужчина потянулся рукой, нащупал гаджет.

«Иван Петрович, — недовольно поморщился. — Только задушевной беседы с адвокатом мне не хватало…»

— Да, — выдохнул он, отвечая.

— Приветствую, — произнёс Иван Петрович.

— Да, да, — пробурчал мужчина. — Можно опустить никому не нужную преамбулу о погоде, природе и здоровье. Что у тебя?

— Я о бумагах, заверенные копии которых мне только что доставили.

Сергей Сергеевич промолчал.

— Я был поражён, — добавил адвокат и тоже замолчал.

— А я-то как был поражён, — прохрипел Сергей Сергеевич, чувствуя, как болезненно бьётся сердце о рёбра.

— Как печально, — неожиданно вздохнул Иван Петрович.

— Рано меня хоронить. Я ещё покажу всем! — воскликнул мужчина.

— Главное, чтобы всё не обернулось, как с Дмитрием Сергеевичем.

— А что с ним?

— Он под следствием.

— Как? — дёрнулся Сергей Сергеевич. — Видно за махинации с акциями, я говорил ему, что не стоит так рисковать.

— Он замешен в убийстве биологического отца своего сына, — перебил его адвокат.

— Ох. Ох, — удивился Сергей Сергеевич и засмеялся. — Хотел бы я увидеть лицо Димки, когда он узнал, что Егор не его сын, — и нахмурился, представляя, как отреагирует тот, кто считает Лёву своим сыном.

— Жалко его. Нормальный мужик был.

— Уверен, что он выкрутится.

— Увы, — вздохнул адвокат. — Я пару часов назад разговаривал с его адвокатом, Георгием Степановичем. Там глухое дело. Он сядет. Без вариантов. Ему не удастся, как сыну, спрятаться в психушке, после нападения на девушку. В Дмитрия Сергеевича серьёзные дядьки вцепились. Не вырваться.

— Ох. Ох, — проскрипел зубами Сергей Сергеевич, радуясь, что легко отделался в возникшей ситуации со Страйком.

«Всё могло быть хуже, пожелай Страйк расправиться со мной, — подумал он. — Нет, пожалуй, продавать свою долю не буду. Укачу, куда-нибудь подальше. Пусть Страйк сам корячится. Свою компанию он не бросит. Авось и прибыль наработает. Из всего надо извлекать пользу».

— Мне звонят по другой линии, — проинформировал Иван Петрович и попрощавшись отключился.

Мужчина швырнул на стол телефон, но тот ударился о