Одна в толпе (СИ) - Крон Марта

— Она так важна для тебя? — внезапно улыбнулся парень и я заторможенно на него уставился.

Никаких претензий. Ни одного уничижительного слова.

Только улыбка и вопрос, хватающий за душу.

Я должен быть благодарен, что этот человек вообще появился в моей жизни.

— Она — это всё… — захрипел от искренности своих слов.

— Тогда нам стоит поладить… кажется, я произвёл не очень хорошее впечатление… — неуклюже провёл рукой по волосам Ромыч и я застыл с широкой улыбкой на губах.

— За такое не прощают, Ром… — тряхнул я головой, не веря в происходящее. — А ты так просто…

— Не просто. — оборвал он. — Я злюсь на тебя и хочу начистить морду, чтобы сбить спесь… — глубоко выдохнув, он устремил пристальный взгляд на играющих в футбол мальчишек, так напоминающих нас в детстве. — Но я не хочу терять друга, просто потому, что он запутался… Нам ещё о многом предстоит поговорить, о твоей свадьбе, например, и я не обещаю быть понимающим, но, чёрт возьми, Астахов, кто-то из нас двоих должен быть умным и бороться за дружбу… — и вернув внимание мне, насмешливо спросил. — Ты там плачешь что ли?

— Да. — подыграл ему, сдерживая смех. — Только не говори никому.

— Маменькин сынок. — фыркнул Ромыч, обзывая привычным прозвищем, чтобы разрядить обстановку, но мне не давал покоя один вопрос.

— Что будешь делать дальше?

— С Лолой? — спросил он, набирая полную грудь воздуха. — Хочу забыть.

— Вернёшься в город? — с замиранием сердца, надеясь на желанный ответ.

Говнюк не сразу заговорил. Сидел и наслаждался, пока я, затаив дыхание, уже начал синеть от ожидания.

— Под вопросом. — неоднозначно сказал он. — Осталось чуть-чуть до конца года. Нет желания мотаться из одного универа в другой. Я уже начал дипломную работу в том…

— Это ещё несколько месяцев, Ром! — возмутился я.

— Не наседай, Астахов! — упёрся он рогом в ответ. — Я подумаю…

— Смотри сам. — согласился я, подумав, что спугну благосклонность судьбы.

— Как насчёт того, чтобы устроить мальцам мастер-класс? — кивнул подбородком на ребятню во дворе. — Пинают как девчонки.

— Ты и сейчас так делаешь… — хмыкнул я, ощущая ностальгию и накатывающий азарт.

— Иди в задницу! — отстегнул ремень безопасности Ромыч и треснул меня по плечу.

— Так уж и быть. — растянул губы в усмешке. — Напомню тебе, бездарь, как это делают лучшие из лучших!

Наградив меня упрекающим взглядом, парень вышел из автомобиля и уверенным шагом направился к футболистам.

На секунду закрыв глаза и приказав сердцу сбавить ускоренный ритм ударов, последовал за другом.

И уже догнав его перед самой спортивной площадкой, развернул к себе за плечо:

— Спасибо, Ром!

Я не ждал ответа и уж тем более объятий. Просто сказал, что было на душе.

Благодарность.

И друг это понял. Посмотрев на меня долгим многозначительным взглядом, приподнял уголок губы, и отвернувшись, громко крикнул:

— Эй, мужики, примите в команду?

Глава 46

АЛИСА.

— А мама с папой не против, что вы так рано жить вместе начали? — ещё один каверзный вопрос от Любови Валерьевны и мой мозг предпочёл просто сдаться и впасть в глубокую спячку. Слишком много волнений за день. Нервы расшатаны и теперь у меня психологический шок. Уже несколько часов меня детально спрашивают о жизни и чем дальше, тем сильнее растёт моё сопротивление. Бабуля просто спец по головомойке. Если выдержу до вечера и от истощения не свалюсь мордой в чашку, то напьюсь в хлам и буду горланить под окнами спящих людей, что «Я живааа!».

— Мама с папой… — повторила я, тормоша мозг, чтобы выдал хоть какую-нибудь банальщину. — Мы пока не обсуждали этот вопрос… — и глаза в чашку с остывшим чаем, который кажется отравой.

— Ты не беременна случайно, Алиса? — вроде уверенно и ласково сказала женщина, но в её голосе проскользнули нотки подозрительности.

Внутри мгновенно поднялась защитная волна:

— Почему вы так решили?

— Скажу откровенно. — вмиг перестала улыбаться, примагничиваясь к моему лицу проницательным взглядом. — Моему внуку не свойственно совершать такие основательные поступки. Я говорю именно про женщин. — уточнила она, разглядев проблеск несогласия. — Поэтому мне хотелось бы узнать правдивую причину такой поспешности в отношениях…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Не сочтите за дерзость. — постаралась уж так явно не сжимать челюсть. — Но причину вам уже говорили и не раз. Повторять как попугай и что-то доказывать я не буду.

— Не злись, Алис. — смягчила давление взгляда женщина. — Лёнечка у меня очень серьёзный и закрытый человек, он очень трепетно относится к проявлениям чувств и охраняет гармонию в семье с особой тщательностью.

— Понимаю. — ничуть не расслабилась я, понимая, что во мне сомневаются и стараются прикрыть это красивыми словами.

— Я во внуке уверена. — добавила Любовь Валерьевна, рассматривая меня до мельчайших подробностей. — Если любит, то сильно и навсегда, а вот тебя я не знаю, уж прости.

— Вам и не нужно меня знать. — встала я в оборону, с характерным звуком отодвигая блюдце с жирным тортиком в сторону хозяйки. — Лёню я люблю всем сердцем и это всё, что я могу вам сказать. Никаких лукавств. — решив, что раз начала, то выскажу сразу своё мнение по поводу сомнений в моих чувствах. — Да, я из деревни и моя семья по сравнению с вашей бедна и не так образована, но это не имеет никакого отношения к тому, что мы с Лёней вместе. Вы производите впечатление мудрой женщины, но сейчас судите меня за то, что у меня и в мыслях не было…

— Я переживаю за будущее единственного внука и убедиться в его счастье моя прямая обязанность, Алиса. — строго отчеканила женщина, пребывая в замешательстве от моей смелости.

— Я счастлив, бабуль! — неожиданно раздался голос из коридора, и мы с перепугу схватились за сердце. — Разве не видно? — появился на пороге кухни Астахов и у меня появилось огромное желание двинуть ему по башке.

Разве можно так пугать?

— Леонид, ты меня обратно в санаторий хочешь отправить? — видимо, подумала о том же Любовь Валерьевна.

— Ты на вопрос ответь. — подошёл к нам парень и упёрся кулаками в стол.

Бабушке явно не понравилось, что её застали врасплох и она попыталась впасть в отключку и натянуть маску безмерного удивления.

Но плохо получилось…

— Бабуль. — такое милое слово, а таким тоном сказано, что по спине пробежались мурашки.

— Вижу. — выдохнула женщина и её глаза потеплели. — Я лишь хотела убедиться, что ты сделал правильный выбор…

— Единственный и верный, не сомневайся! — слегка улыбнулся Астахов, наклоняясь к ней, чтобы поцеловать в щёку.

— Я прошла проверку? — аккуратно спросила я, взглядом подгоняя Лёню к выходу.

— В целом — да. — добродушно кивнула бабушка, раздобрев от присутствия любимца. — Но характер крутой конечно… — настороженно протянула она, когда парень потянулся за конфетой, но резко передумал, когда я пригвоздила его руку взглядом, боясь, что бабуля сообразит, что внучок голодный и мы тут застрянем ещё на час.

Выпустите меня и жрите на здоровье!

— А с виду безобидная, да? — подыграл Астахов, нежно прикасаясь к моей щеке и смотря влюблёнными глазами.

— Уже поздно плакать, мальчик… — оскалилась я, уже неподдельно намекая о передвижении в коридор.

— Бабуль, я после работы очень устал, у меня сегодня была сложная сделка, так что мы поедем… — специально осунулся Лёня и даже взгляд его потух для убедительности.

— Так а…? — замельтешила бабуля, подскакивая к холодильнику.

— В другой раз останусь подольше и съем всё до последней крошки, но сейчас нам уже пора! — со знанием дела навешал лапши на уши внук.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Алиса, ты не обижайся, пожалуйста! — приковала ко мне сожалеющий взгляд женщина, когда я бочком стала продвигаться к двери. — Ты девочка хорошая, но маленькая ещё… как бы не передумала потом, что так рано у вас с Леонидом всё завязалось…

Хотела уже ответить, но заметила угрюмое лицо Астахова и залипла на его озадаченном взгляде.