Меган Куин - Покаяние. История Кейса Хейвуда

Слезы текли по лицу Линды, пока она слушала нас.

– Вам не нужно благодарить меня, – ответила она. – Ты подарил мне надежду,

Кейс. Ты подарил мне свободу и защитил Мэделин так, как никогда не могла я. Ты

благословление для нашей семьи, и я надеюсь, что ты продолжишь считать нас частью

своей жизни. Мэделин сильно полюбила тебя.

– Для меня было бы честью, – ответил я, встал и притянул Линду в еще одни

объятия. – Я тоже сильно люблю вас обеих.

Джетт был прав, справедливость восторжествует.

Глава 32.

Мое настоящее…

– Ооооох! Ты собираешься предложение сделать? – Голди прыгала вверх и вниз

и хлопала в ладоши, пока я чистил маты в «Туманной комнате» после длинного дня

прощения, принятия и, конечно же, тренировки Мэделин и других посетителей

общественного центра.

Осталось единственная вещь, которую я должен был сделать, и это было самой

сложной частью из всего. Это то, чего я боялся, но с нетерпением ждал больше всего,

если, конечно в этом есть смысл.

– Нет, Голди, я не буду делать предложение.

– Почему нет? – она скрестила руки поверх своей груди, как ребенок.

– Потому что в жизни так не бывает.

– Нет, бывает, – возразила она. – Пошли кольцо выберем.

– Я спросил тебя, когда работает Лайла, а ты тащишь меня выбирать чертово

кольцо? Разве не видишь, где ты преувеличиваешь?

Голди раздумывала об этом секунду, а потом покачала головой.

– Неа, думаю, мы на верном пути.

– Просто ответь мне, когда, черт возьми, она работает.

– Боже, с тобой скучно. Я всего лишь прошу о маленьком предложении. Я не

прошу маленьких деток Лайлы и Кейса, но, боже мой, мы можем поговорить о том,

какими красивенькими они могут быть? Аххх, вы, ребятки, можете наделать красивых

детишек, со всей этой кожей цвета мокко и красивыми глазами. Надеюсь, что они не

переймут твой вспыльчивый характер, потому что, черт возьми, можешь себе представить

пять таких как ты, бегающих по кругу, чертовски капризных? – Голди использовала

высокий голосок и сказала, – Папа, я обделался в штаны. Что будешь делать?

– С тобой серьезно что–то не так, – произнес я, пока вставал и убирал чистящие

средства в шкафчик. «Туманная комната» хорошо стартовала. А теперь мне надо только

принять душ и подготовиться к вечеру. – Так, когда она работает?

– Она на сцене в девять, – наконец–то призналась Голди.

– Спасибо, – сказал я, пока шел в раздевалку и схватил спортивную сумку,

которую принес мне Диего, по–скольки я был слишком занят, чтобы заезжать домой.

– Это как–то связано с той другой женщиной, которая привела с собой сюда

дочку? – спросила Голди, заметно нервничая из–за моего ответа. – Это ее внебрачный

ребенок?

– Спроси своего жениха, – ответил я, не в настроении разговаривать с сующий

всюду нос Голди. Зная ее, она бы задала миллионы вопросов, и я никогда бы не выбрался

отсюда.

– Фу, он не рассказывает мне ничего, что касается тебя.

– Ну, у него есть мое разрешение. Скажи ему об этом.

Голди погналась за мной.

– Ты можешь написать ему об этом? Он не поверит мне, если я так скажу ему.

– Может, это из–за того, что ты слишком много врешь? – спросил я,

повернувшись к ней лицом.

– Я не вру! Я просто приукрашиваю. Это улучшает рассказ.

– Называй это как хочешь, но это по–прежнему – вранье.

– Как хочешь, – ответила она вызывающе. – Ты можешь просто написать ему

ради меня?

– Почему это так важно для тебя? – спросил я, сумка свисала с моего плеча.

– Потому что мне интересно! Мне нужно знать, что происходит в жизни

каждого. Сделай одолжение, напиши Джетту, и тогда я больше не побеспокою тебя.

– Это громадная, хренова ложь, и ты знаешь об этом, – засмеялся я.

Голди вопросительно посмотрела на меня, как будто была смущена человеком,

который стоял перед ней.

– Эмм, извини, ты, что только что смеялся?

– Я ухожу, – я отвернулся, но слышал, как Голди хлопала позади меня.

– Ты смеялся. Это было гортанно и сексуально. Лайла – чертовски везучая

девчонка.

– Оставь это, Голди, – предупредил я, но с весельем в голове.

Я провел следующие полчаса, принимая душ и одеваясь. Диего упаковал для

меня мои поношенные серые джинсы, черные кеды, черную футболку и серую шапку–

носок. V–образный вырез моей футболки демонстрировал немного мышц на груди, и

впервые за долгое время, я по–настоящему оценил свое отражение в зеркале. Впервые, я

гордился мужчиной, стоящим передо мной.

Я доехал до «Киттен Касл» и припарковался на одной из дальних улиц недалеко

от клуба, поскольку машины заблокировали всю улицу Бурбон.

Нервозность поселилась во мне, пока я шел к «Киттен Касл». В моей голове,

Лайла будет счастлива увидеть меня, но после того как я оставил ее этим утром не

попрощавшись, видел это как последнюю соломинку. Был единственный способ узнать об

этом.

Когда я подошел к клубу, одна из девушек стояла снаружи у двери, зазывая

мужчин, которые приходили насладиться атмосферой клуба. На ней не было лифчика, а

фальшивые наклейки–киски на ее сосках. Ее ремень для подвязок и стринги

поддерживали ее невозмутимость в душном ночном воздухе, а на ее туфлях были

потертости около подошвы, давая мне знать, что женщина находилась в бедственном

положении, как и любая женщина, работающая на улице Бурбон.

– Эй, на приватный танец пришел? – спросила она, когда я подошел.

Я не ответил ей, пока проходил мимо через дверь в тускло освещенный клуб.

Было достаточно темно, чтобы вы не замечали, что мужики делали под столами, и чтобы

не замечали грязи в помещении. Я оставил свои руки в карманах и пошел прямо к сцене,

где действие было на середине смены. Я проверил часы и увидел, что уже девять. Лайла

может появиться в любую минуту.

Быстро достигнув сцены, я огляделся, прежде чем пробраться за занавес.

Сигаретный дым сразу же ударил меня по лицу. Едва прикрытые женщины ходили

повсюду с наполовину сделанными волосами и накладными ресницами, крепко

приклеенными к их векам. Лайла далеко превосходила всех этих женщин на всех уровнях.