Меган Куин - Покаяние. История Кейса Хейвуда

– Извини за это, – извинилась Линда передо мной.

– Все абсолютно нормально, – сказал я, сделав глоток шоколадного молока.

Комки шоколада ударили по моему языку, и я собирался уже выплюнуть все обратно в

стакан от неожиданности, но проглотил, несмотря на протесты желудка.

– Говорила же, осторожнее, – усмехнулась Линда, когда подхватила ложку с

подноса и размешала свой напиток, разминая комки.

– Мне потребуется это ложка после тебя, – сказал я, вытирая толстый слой

шоколада с моего рта.

Линда засмеялась и протянула ложку. Я быстренько перемешал свой и Джетта

напитки до прихода Мэделин. Я не хотел, чтобы она расстроилась из–за того, что

проделала не очень хорошую работу.

– Вам понравился ваш напиток, мистер Кейс?

– Очень шоколадный, – похвалил я.

– Я знала, что вам понравиться такой, – она улыбнулась той же беззубой

улыбкой.

Мэделин вручила нам по тарелке и салфетке, а потом открыла коробку с

выпечкой. Она поделила ее также, раздав нам по одному. Она продолжала стоять на

коленях на своем стуле и начала впиваться в свой завтрак. После одного укуса, пудра

оказалась на всем ее лице.

Она была слишком милой со своими утренними волосами, которые

посоперничали бы с прической Альберта Эйнштейна, с покрытым пудрой лицом и

большой футболкой. Как мог кто–то поднять руку на такую драгоценную, маленькую

девочку? Лишь только мысль скручивала мой живот. Маршалл Дункан именно там, где

ему суждено быть, шесть футов под землей.

– Они – хороши, – сказала Мэделин, перед тем как поднять свой стакан с

молоком обеими руками, и сделала большой глоток. Когда она поставила стакан на стол,

вокруг ее рта сформировался шоколадно–сахарный ободок. – Я так взволнована бросками

на маты сегодня, – произнесла Мэделин между укусами, используя один из моих

терминов.

Линда покачала головой и пожала для меня плечами, как бы говоря, девочки

такие девочки.

Я усмехнулся и спросил:

– Ага, собираешься попадать сегодня?

– Я практиковала свои джэбы, – она сомкнула руку в кулак и ударила в воздух,

одновременно произнеся, – Пау, пау!

– Милая, помнишь, мы говорили, что ты не должна сопровождать удары

звуковыми эффектами? – спросила Линда с материнской улыбкой.

– Но это так круто, когда говоришь «пау. пау», мам. Люди станут воспринимать

тебя серьезнее, если ты будешь производить звуки. Если ты просто будешь ударять в

воздух, люди могут подумать, что ты сумасшедшая, но если сказать «пау, пау» пока

делаешь это, они будут уверены в том, что с тобой лучше не связываться. Да, мистер Кейс?

– Они определенно отступят, – засмеялся я.

– Видишь, мам? Бокс – моя вторая натура. Поставь меня на ринг, и я нанесу

парочку повреждений.

– Ты не пойдешь на ринг, – сказала покровительственно Линда.

– Ой, да ладно. Ты видела мою работу ногами? Никто не сможет поймать меня.

Образы Мэделин, прыгающей вокруг меня в «Туманной Комнате», затуманили

мою голову, заставив меня улыбнуться.

– Мы обсудим это, когда ты подрастешь, – ответила Линда.

– Звучит, как план, – Мэделин огляделась. – А почему только я одна ем? – она

смахнула волосы в сторону, оставляя после себя след от пудры. С шоколадным ободком и

пудрой по всему лицу, она была очаровательным беспорядком.

– Извини, – сказал я, улыбаясь и откусывая гигантский кусок. – Пончики мой

самый любимый завтрак.

– А мой второй, – произнесла Мэделин, потянувшись за еще одним. – Мне

нравятся «Французские тосты».

– И мне тоже, – отозвался Джетт. – Мой любимый «Французский тост» с

бананами.

– Неплохо, – Мэделин кивнула. – Но мне нравится с арахисовым маслом и

фруктовым желе. О, и с зефиром.

Мы оба с Джеттом посмотрели на Линду, которая облокотилась головой в свою

руку. Она засмеялась и сказала:

– Помнишь, Мэделин, что наш «Французский Тост» – секрет, который мы

храним между нами.

– Ох, точно, ну, мистер Кейс и мистер Джетт никому не скажут. Да, парни?

– Да, – Джетт и я ответили одновременно, посмеиваясь.

Мы заканчивали наш завтрак, пока болтали с Мэделин о ее «планах на лето» и

слушали, как она рассказывала о «достоинствах» мультика «Холодное Сердце». С ней

было так интересно, я мог бы слушать ее несколько дней.

Посреди своего рассказа о своей любимой диснеевской принцессе, Мулан, она

посмотрела на часы и завизжал.

– Мам, мне нужно собраться к занятиям в «Справедливости»

У меня было около получаса, до начала занятий. В этот раз, все пройдет гораздо

легче.

– Ну, иди собирайся, милая, и я отвезу тебя. И умоляю, умой свое лицо, – сказала

Линда.

Она взяла свою тарелку, чтобы отнести на кухню, и вышла из комнаты. Она

рванула из кухни вниз по коридору к своей комнате. Ее дверь хлопнула, а Линда громко

выдохнула.

Из коридора мы услышали крик:

– Извините!

– Она красивая, маленькая девочка, Линда. Ты проделала хорошую работу,

воспитав ее, – похвалил Джетт.

– Спасибо. Ее временами бывает перебор, но я не могу вообразить ни дня без

нее, Линда повернулась ко мне, и спросила, – Зачем ты пришел сегодня утром, Кейс?

Я знал, что этот вопрос крутился в ее голове все утро, но заговорить перед

Мэделин было бы неуместно, поэтому она дождалась времени, когда мы останемся

наедине. Я знал, что оно наступит.

Воспользовавшись отсутствием Мэделин, я откинулся на спинку стула и сказал:

– Я хотел поблагодарить тебя за то, что пришла ко мне прошлым вечером.

Поначалу я не очень–то справился с новостями. Это все было немного шокирующим. Мне

нужно было впитать это, но после, как завершил все для себя, я захотел поблагодарить

тебя. Я ходил по этому миру настолько сосредоточенным на своих прошлых грехах, что

никогда не подозревал, что для тебя это может оказаться подарком. Я был уверен, что

уничтожил тебя, уверен, что разрушил любой шанс Мэделин иметь нормальную жизнь, но

я ошибался. Ты сделала мне подарок, открыв глаза вчера, и я должен поблагодарить тебя

за это.

– Я тоже должен поблагодарить тебя, – встрял Джетт. – Мы с Кейсом друзья с

начальной школы, и я знаю, каким он может быть человеком. Ты вернула его назад, Линда.

Своим прощением, своим милосердием ты вернула моего лучшего друга назад.