Дженнифер Кокс - Вокруг света за 80... свиданий

Давайте встретимся в пять пятнадцать на станции «Синтоми-се» (линия Юракусе), на той платформе, где вы выйдете из поезда.

Что ж, пока все идет по плану. Я взяла пальто и билеты. После целого дня прыжков через обруч неплохо посмотреть на спортсменов, кидающих через этот самый обруч мячи.

Приехав на стадион, я не увидела ни Гарри, ни его команды — все сидели в «тонвагене» за игровым полем. Но и Джей Ар, и Бобби помахали мне из-за камер во время перерыва.

Мне нравилось смотреть игру: за передвижениями легко следить, да и энтузиазм зрителей заразителен. Мне повезло сидеть рядом с Мими и Мисси, женами докторов команды, дружелюбными и остроумными женщинами, которые много лет вместе смотрели игры. Они знали все правила и весело объясняли мне происходящее на поле.

«Сверхзвуковые» выиграли, и позже, уже в отеле, я присоединилась к Гарри и его команде. Передача прошла хорошо, все были шумными и веселыми, оживленно болтали и много пили.

Неожиданно оказалось, что уже три часа ночи и я здорово под мухой. Гарри обнял меня за плечи: — Идем спать?

Я провела прекрасный вечер и с нетерпением ожидала следующей игры, да и компания была просто восторг. Но я так и не удосужилась рассказать Гарри о свидании, до которого оставалось два часа.

Вернувшись в номер и стоя перед зеркалом с зубной щеткой в руках, я понимала, что выбора нет. Нужно сдаваться.

— Гарри… — начала я.

— М-м… — сонно ответил он с полным ртом пасты.

— Гарри, — повторила я, готовясь к худшему. — Знаю, я должна была сказать тебе раньше…

Гарри продолжал чистить зубы, но все же насторожился.

— Видишь ли, дело в том… сегодня у меня свидание. Но когда ты сказал, что будешь свободен, я захотела провести день с тобой.

Гарри замер со щеткой в руках. Я взглянула на настенные часы: три сорок пять утра. Через полтора часа я должна встретиться с Робом. Приходилось спешить. Поэтому я выпалила:

— Вот я и позвонила Робу, с которым у меня свидание. Он пригласил меня посмотреть рыбный рынок, а потом позавтракать суши…

Я так тараторила, что Гарри сосредоточенно нахмурился.

— И он сказал: почему бы тебе тоже не поехать?

Гарри немного помолчал, очевидно, пытаясь осознать сказанное, после чего неожиданно улыбнулся, а потом и засмеялся.

— Забавно, — пробормотал он, искренне развеселившись от такого предложения. — Пойти на свидание втроем? С тобой не соскучишься, верно?

Я слабо улыбнулась. Если Гарри не возражает, не стоит все портить, ляпнув что-то неуместное.

— Конечно, я с удовольствием пойду, — кивнул он, широко улыбнувшись. — Звучит неплохо. Но сейчас давай поспим, я с ног валюсь.

Ах-х-х, я забыла самое важное! А на часах уже четыре!

— Верно, — согласилась я с улыбкой типа «шоу должно продолжаться», — и я счастлива, что ты хочешь пойти. Но беда в том, что мы должны встретиться через час пятнадцать минут.

Улыбка Гарри постепенно растаяла, сдувшись, как шарик после вечеринки.

— Час с четвертью? — изумился он.

Я поморщилась и развела руками, словно хотела сказать: «Кто бы мог подумать?»

Он с подозрением уставился на меня, будто пытаясь решить, стоит ли тратить драгоценные минуты оставшегося нам времени, расспрашивая, почему я говорю это только сейчас. Очевидно, поняв, что это бесполезно, тяжело вздохнул:

— Заметано. Полчаса сна, и мы берем такси.

Я покорно кивнула, и мы легли в постель.

Через час двадцать минут я сбегала по ступенькам станции «Синтоми-се», на десять минут опоздав на встречу с Робом (свидание № 63). В своем е-мейле он уверял, что мы без проблем узнаем друг друга, и оказался прав — среди моря японцев мы были единственными европейцами и возвышались над ними, как баскетбольные игроки надо мной вчера в лифте.

Бледное лицо, ростом немного ниже меня, коротко стриженные каштановые волосы… Роб понравился мне с первого взгляда. Он выглядел спокойным и жизнерадостным и ничуть не волновался, что я могу привести соперника.

Он улыбнулся и шагнул вперед, пока я протискивалась вниз, против течения толпы, стремящейся поскорее попасть на работу. Мы встретились у подножия лестницы и крепко обнялись.

— Гарри не с вами? — спросил Роб. Я покачала головой, и Роб нахмурился.

— Нет-нет, вы не поняли, — запротестовала я. — Он наверху, ждет у входа и пытается не заснуть стоя.

Поэтому мы тоже поднялись по ступенькам. Последовали слегка неловкие представления, после чего мы втроем отправились на рыбный рынок. Все шло прекрасно: говорили в основном о Токио и обменивались мнениями о городе. Роб недавно вернулся из Пекина, а я сказала, что еду туда через два дня. Гарри распространялся о любви к японской кухне и ресторанчиках, где пробовал японские блюда.

Мы пришли на Цукидзи-сидзо и провели там пару часов, проталкиваясь сквозь толпу. Я бывала на многих продуктовых рынках Азии: должна сказать, что все они олицетворение «Апокалипсиса сегодня». Этот не был исключением. Каждый день сюда приезжали двенадцать миллионов людей купить свыше четырех тонн морепродуктов. Суматоха царила невероятная. Повсюду шныряли носильщики с тележками, доверху нагруженными ящиками, из которых капала вода, и рыбой. Гигантские склады были темными и шумными. Мы скользили по крови и тающему льду. В воздухе стоял визг пил, разделяющих огромные туши тунца. Осьминоги провожали нас грустными темными глазами из своих мелких пластиковых ванночек.

Беседа немного затормозилась. Я задавала Робу вопрос, но тот из вежливости адресовал ответ Гарри, и дело кончалось тем, что они затевали оживленный разговор. Я хотела осуществить свои планы относительно свидания с Робом, но, страдая от похмелья и бессонницы, не могла найти сил. Наконец я прошла вперед, предоставив Роба и Гарри самим себе, поскольку поняла, что, если хочу чего-то добиться от Роба, нужно дать парням выговориться.

Они так и сделали. К счастью, Роб предложил пойти позавтракать.

Мы нашли крошечный суши-бар за рынком (свежий воздух, какое счастье!) и встали у прилавка. Роб прекрасно говорил по-японски. Он один из тех полиглотов, что способны овладеть любым языком, и Гарри был счастлив подробно расспросить повара о деталях приготовления суши. Роб выступал в роли переводчика.

Едва мы заказали еду, Гарри оживленно заговорил с двумя канадками, и я наконец могла спокойно продолжать наше свидание. Говорили о жизни за рубежом и возможностях, которые она дает. Рассуждали о японской культуре, субкультуре фестиваля «Пылающего человека» и, конечно, о любви и о том, как иногда проще погрузиться в работу и забыть о ней.