Люсинда Эдмондз - Ангел в аду

Однажды, в начале декабря, во входную дверь их коттеджа кто-то постучал. Джойс открыла дверь и увидела на пороге свою сестру Бланш.

Джойс испытывала смешанные чувства. С одной стороны, она была рада видеть свою сестру. А с другой… Ей было стыдно за ту мимолетную вспышку ревности, когда она увидела, какой красавицей стала Бланш.

Джойс видела, как она грациозно вошла в комнату и сняла пальто, как прекрасно она сложена. У них была разница всего лишь в один год, но Бланш всегда привлекала к себе внимание. Когда они были детьми, люди всегда останавливали их мать и, не замечая Джойс, охали и ахали над Бланш. С натуральными светлыми волосами, голубыми глазами, нежной свежей кожей она действительно была похожа на ангелочка, как называли ее люди.

Джойс хотелось ненавидеть ее, но Бланш была такой доброй и мягкой, что она просто не могла. За время их отношений с Даниэлем комплекс второсортности у Джойс постепенно сгладился. Она начала смотреть на себя в зеркало и поняла, что очень даже милая девушка. Но, когда она увидела Бланш, то опять почувствовала себя в тени ее красоты.

– Джойс, ты не представляешь, как я рада видеть тебя, – сказала Бланш своим мягким голосом. – Я так по тебе соскучилась.

– Как тебе удалось разыскать меня?

– Мама и папа сказали, что ты сбежала, чтобы выйти замуж за Даниэля Дюваля. Я видела его имя во всех газетах, когда его выбрали на роль Гамлета. Мой колледж организовал поездку сегодня, чтобы посмотреть спектакль, и я объяснила учителю, что хочу навестить свою сестру и доберусь домой одна. Швейцар мне сказал твой адрес, и вот я здесь, – она улыбнулась.

– О! – сказала Джойс. – Как поживают родители?

– Хорошо. Мне кажется, отец еще не отошел от шока, что ты удрала с Даниэлем. Когда он получил твое письмо, он чуть не сошел с ума. Он сказал, что не хочет, чтобы ты опять появлялась в их доме. Мама была о'кей, но ей пришлось стать на сторону отца. Мне кажется, это жутко романтично. Из-за Даниэля я поступила бы точно так же. Мне кажется, он великолепен. Когда вы поженились?

– Мы не женились. Мы э-э, решили подождать, пока его карьера станет прочнее, и он начнет зарабатывать больше денег. Возможно, это будет в конце этого сезона.

Глаза Бланш расширились.

– Живете в грехе? Боже, Джойс, так низко пасть! Я ничего не скажу отцу об этом, ты же знаешь, какой он ревностный католик, и все такое, – она понизила голос. – Он здесь?

– Нет, Даниэль обычно не приходит домой между спектаклями.

– Как хорошо, – Бланш не прятала свою растерянность. – Ведь я приехала навестить тебя. Как ты?

– Хорошо, – солгала Джойс.

– Боже, мне кажется, это так здорово, жить с известным актером. Уверена, что ты встречаешься с очень интересными людьми.

Джойс кивнула.

– Да, иногда.

Глаза девятнадцатилетней Бланш заблестели.

– Я изучаю сейчас драму. Правда, это местный колледж в Ворвике, но мне очень нравится. Когда я сказала своим друзьям, что моя сестра заму… живет с Даниэлем Дювалем, они все упали! Все девчонки влюблены в него!

Джойс улыбнулась. А что она могла еще сделать?

Наступила напряженная тишина. Бланш бродила по комнате. Она взяла одну из фотографий с камина.

– Боже, девчонки сойдут с ума, если увидят фотографию моей сестры с Даниэлем Дювалем! Где вы снимались?

– В Бристоле.

– Можно я возьму ее показать?

– Да, но только при условии, что вышлешь обратно.

– Конечно. Мы можем встретиться с ним за сценой?

– Если тебе хочется. Но он освободится только через два часа.

– О'кей. Мы можем выпить чаю и поболтать. Я хочу услышать все твои новости.

Джойс поняла сразу, что все потеряно, как только он взглянул на нее.

Когда за сценой Бланш пожала ему руку, она перестала быть юной невинной школьницей и превратилась в женщину, перед которой ни один мужчина, а уж Даниэль тем более, не мог устоять.

Даниэль предложил втроем сходить в «Грязного утенка» выпить. Джойс сидела и молчала, в то время, как Бланш и Даниэль обсуждали театр. Бланш рассказала ему о спектакле, в котором играла в колледже.

– Просто необходимо увидеть это, Джойс, – отметил Даниэль.

– Неужели вы придете? – с волнением спросила Бланш.

Джойс ушла в туалет. Когда она вернулась, они уже надевали пальто.

– Мне надо успеть на поезд до Ворвика, – объяснила Бланш.

– Я провожу ее на станцию. Тебе нет необходимости идти с нами, Джойс, – сказал Даниэль.

– Береги себя, дорогая, очень рада была повидать тебя. Теперь мы должны держаться вместе. До свидания, – Бланш поцеловала ее на прощание.

– Увидимся дома, дорогая.

Джойс вернулась в коттедж одна.

Даниэль пришел через полчаса, восхищался, какая Бланш милая малышка, потом повел Джойс в кровать и занимался с ней любовью. Больше Даниэль не упоминал имени Бланш, и Джойс подумала, что, наверное, она все преувеличила.

Гамлет заканчивался, и Даниэль предложил ей остаться в коттедже, пока он не решит, подписывать ли очередной контракт на сезон в Страдфорде, пли принять одну из тех ролей, которые для него нашел Аль. Для этого ему необходимо съездить в Лондон и обсудить свои дела с Алем.

– Послушай, дорогая, я пробуду там всего лишь несколько дней. Я бы взял тебя, но тебе там будет скучно, ведь я все время буду исчезать по делам. Мне кажется, будет лучше, если ты останешься здесь.

Джойс, как всегда, согласилась.

– Береги себя, дорогая. Я позвоню тебе, как только смогу. Люблю тебя, – Даниэль поцеловал ее, попрощался и поехал на вокзал к поезду на Лондон. Он не вернулся через несколько дней. Он даже не звонил. Через две недели Джойс позвонила нескольким его друзьям в Лондоне, но они не видели его. Она постоянно пыталась найти Аля, но он всегда был на «встрече». Она передавала его секретарю, чтобы он позвонил ей, но никто так и не позвонил.

Через месяц после того, как Даниэль уехал в Лондон, авиапочтой пришло письмо.

Джойс узнала его почерк. Ее руки так дрожали, что она с трудом смогла открыть конверт.

«Дорогая Джойс,

Это, пожалуй, самое трудное письмо, которое мне приходилось писать в своей жизни.

Во-первых, ты должна знать, что я все еще люблю тебя. Ты должна понять, что я никогда не хотел причинять тебе боль, но то, что произошло два месяца назад, очень важно для меня. По крайней мере, ты заслуживаешь того, чтобы знать правду.

Я почувствовал, что безнадежно, безумно влюбился в Бланш, как только в первый раз увидел ее. А она в меня. Поначалу мы старались не замечать этого чувства. Но оно было слишком сильным для нас, чтобы мы могли противостоять ему. Мы встретились в Лондоне, и все решилось.

Мне предложили большую роль в Голливуде и контракт на пять лет. Я и Бланш решили, что мне стоит принять это предложение, и она поедет со мной. Мы подумали, что в силу сложившихся обстоятельств, нам лучше уехать, это даст нам шансы устроить нашу жизнь. На следующей неделе мы поженимся в Лас-Вегасе.