Невозможная любовь - Наталья Дёмина

в этом кабинете».

— Придётся подождать, — губы мужчины растянулись в ехидной, но горькой ухмылке.

Глава 122

— Женя, — дотронулась до мужчины Галя, — не переживай. Я поеду в твою квартиру.

— Нашу, — исправил её он. — Квартира наша.

— Хорошо, — улыбнулась она. — Не буду спорить, квартира наша.

Евгений выдохнул.

— И буду тебя там ждать, — повторила она.

— Ключи, — мужчина достал из кармана связку ключей и отсоединил два. — Я заменил замок, после того, как ты… — замолчал.

— Не будем о грустном, — улыбнулась ему Галя.

— Не будем, — повторил за ней он. — Ты правда не обижаешься? — спросил мужчина.

— Нет, конечно. Я всё понимаю и хотела бы помочь тебе чем-нибудь.

— Будь дома, — обнял её. — Не исчезай.

— Не исчезну, — заверила она его.

— Виктор проводит тебя. Он на машине.

— А ты? Неужели сядешь за руль?

— Нет, — заверил он её. — Машину оставлю здесь. Виктор для меня вызвал такси.

— Не буду тебя задерживать, — вздохнула Галя. — Надеюсь, что новости не будут плохими.

— Скорее хорошими, — ответил он, — ведь поджигателей и нанимателя поймали.

«Надеюсь, — подумала девушка, — что с тебя не запросят чего-то невыполнимого за эту услугу. В твоём мире, как я поняла, все ищут только выгоду для себя».

— Я готов, — рядом возник Виктор.

— Проводишь до квартиры, — напомнил своему помощнику Евгений.

— Обижаете, Евгений Сергеевич, — покачал головой молодой человек. — Доставлю в лучшем виде.

— Не хочу отпускать, — честно признался Женя.

— Люблю тебя, — прошептала Галя.

Мужчина обнял её.

«Как же всё не во время», — подумал он, глядя, как автомобиль Виктора направляется за угол соседнего склада.

А через несколько минут он уже ехал в такси к офисному зданию, в котором располагалась компания Страйка. Здание было новым, высотным, из стекла и стали. Табличка с названием — презентабельной.

«Помпезно, но со вкусом», — хмыкнул Женя, проходя через проходную, где его ожидал молодой человек, выполняющий роль то ли помощника, то ли секретаря, то ли телохранителя.

— Прошу за мной, — без лишних преамбул произнёс молодой человек размером с хороший шкаф и неспешно двинулся к лифту.

Жене только и оставалось, что пойти следом.

Они молча поднялись на нужный этаж, молча вышли из лифта, молча дошли до приёмной.

У двери, которая вела в кабинет, молодой человек остановился, хмуро окинул Женю взглядом и коротко постучав открыл перед мужчиной дверь:

— Вас ждут, — добавил, прищурив глаза.

Женя смерил провожатого таким же недружелюбным взглядом и вошёл внутрь.

— Наконец-то, — из-за стола поднялся Борис Игнатьевич. — Долго же ты добирался.

Женя ничего не ответил, крепко пожимая протянутую руку мужчины.

— Молодец, — усмехнулся Страйк, — хорошо держишься.

Женя пожал плечами и сел в кресло, на которое указал хозяин кабинета, расположившийся на соседнем.

— Думаю, — ответил Евгений, — пока не озвучена цена вопроса, о результатах можно не спрашивать.

Страйк запрокинул голову и рассмеялся:

— Нет. В этот раз будет достаточно «спасибо».

Женя тут же напрягся. Цена показалась ему слишком неподъемной.

«Значит, — промелькнула мысль в его голове, — к поджогу причастен кто-то из своих. Кто? Сергей Сергеевич? Не потому ли он приехал высказать своё «фи»… Нет. Он бы до такого не опустился. Тем более, что косвенно и сам пострадал. Мать? У неё могло хватить запала… Но мстить собственному сыну… Вряд ли… Нина? Её отца когда-то разорил Сергей Сергеевич. Не она ли решилась на последний выпад, раз женить меня на себе ей не удалось?»

— Что ж, — вздохнул молодой человек, — вначале информация, потом благодарность.

— Ну-ну, — откинулся на спинку кресла Страйк и махнул рукой.

Только сейчас Женя заметил, что у двери в углу стоит молодой человек в таком же костюме и с таким же телосложением, что и тот, который провёл его в кабинет. Неизвестный кивнул головой и что-то неразборчивое произнёс в гарнитуру, что была закреплена у него.

— Сейчас всё будет, — пояснил Страйк.

Женя пытался понять настроение мужчины, но тот был полностью закрыт.

Через несколько минут дверь открылась и в кабинет вошёл ещё один молодой человек в костюме. Но не он привлёк внимание Жени, а другой мужчина, которого насильно втащили внутрь.

— Лёва? — растерялся Евгений, узнав в мужчине своего лучшего друга, того, кто всегда поддерживал его, кто не оставил, когда бросила Нина, который помогал и словом, и делом, на которого всегда можно было положиться. Кого-кого, а его Евгений был не готов встретить в кабинете Страйка, так как считал братом, а не другом. — Ты? — вскочил он с кресла. — Почему?

Глава 123

Лёва молчал. Он буравил Евгения злым взглядом.

— Глаза в пол, — ударил его по спине сопровождающий охранник. — Нечего на господ глаза пялить.

— Закончится всё, — пробурчал Лёва охраннику, — я самолично с тобой разберусь. Нашёл мне господ.

Страйк захохотал:

— Боюсь, мальчик, для тебя это никогда не закончится. Потому что никто не имеет права портить моё имущество.

— Лёва, — подошёл к мужчине Женя. — Скажи, что это неправда. Ты же мой друг. Лучший. Единственный. Я верил тебе больше, чем себе. Почему?

— Наивный, — сплюнул Лёва. — Я всю жизнь тобой пользовался. Высокомерный сноб и эгоист.

— Ещё раз плюнешь, — прошипел охранник, — я твоей физиономией все полы протру.

— Почему? — схватил друга за грудки Евгений. — Я не верю, что это из-за зависти.

— Нужен ты мне, чтобы тебе завидовать, — скривил лицо Лёва. — Я ненавижу тебя. Ты у меня Нину увёл.

— Нину? — опешил молодой человек. — Всё это из-за Нины? Если бы ты сказал мне…

— То что? — в упор на него посмотрел Лёва. — Не стал бы с ней встречаться? Бросил бы её? Конечно, великий Евгений Сергеевич только о себе и думает. Куда ему до чувств других. А я любил её. Люблю. И хочу, чтобы она была счастлива. А ты, — дёрнулся мужчина, — оставил её. Связался с нищенкой.

— Лёва, — отшатнулся от него Евгений. — Так это месть? Зато что я расстался с Ниной?

— Да, — оскалился мужчина. — Хотя, вряд ли ты что-нибудь понял.

— Лёва, разве ты не знаешь, что это она меня бросила.

— Она тебя бросила? Она не могла тебя бросить. Ей позарез нужны были твои деньги.

— Дал бы ей денег сам.

— Не мой отец разорил её.

— Я как мог пытался сгладить…

— Сгладить? Да ты должен был осыпать её бриллиантами и целовать её ноги, вымаливая прощение.

— А как же твоя девушка? Она ни в чём не виновата.

— Никто не может заменить Нину. Она само совершенство. А дешёвый суррогат меня не интересует.

— Ты жесток.

— Цель всегда оправдывает средства, которые были затрачены, чтобы достичь её, — захохотал Лёва.

— Достаточно, — оборвал их Борис Игнатьевич. — Уведите, этого.

— Трус ты, Женька, — прохрипел Лёва. — Прячешься за