Джулия Ортолон - Даже не мечтай

Рори с Чансом стояли рядом с преподобным возле украшенного охапками роз алтаря, который они позаимствовали специально для этого случая. Кружевное платье Рори, хоть и старомодное, но красивое, придавало церемонии романтическую окраску. Вуали на ней не было — вместо нее несколько розовых бутонов украшали ее волосы. Рядом с ней Чанс, высокий и невероятно элегантный в строгом темно-сером костюме, выглядел на редкость импозантно. В глазах его сияла любовь. Эллисон смотрела на эту пару, и сердце ее пело от радости.

Ради такого дня она дала себе слово забыть о собственной боли.

Наконец церемония подошла к концу, и гости вереницей потянулись в дом, где в музыкальном салоне стараниями Эллисон и Эйдриана был сервирован свадебный завтрак с шампанским. Им пришла в голову мысль накрыть рояль старинной кружевной скатертью, и в результате у них получился стол, на котором сейчас красовался свадебный пирог, приготовленный Эйдрианом по одному из его экстравагантных рецептов. Пока его разрезали, Лорен, сияя улыбкой, скакала на руках у Рори, как дергунчик на веревочке, запрокидывая голову и радостно хохоча при каждой вспышке фотоаппарата.

— Ах ты, глупышка, глупышка! — рассмеялась Эллисон, глядя на племянницу. — Они ведь не тебя фотографируют!

Лорен заскакала еще пуще. А когда ее двоюродная бабушка пристроилась рядом, просто завопила от восторга.

— Нужно было назвать ее Джой[3], — засмеялась тетушка Вив.

— Точно, — засмеялась Эллисон, когда Лорен протянула ручонки к свежим цветам, вплетенным в ее прическу. На свадьбе она была подружкой Рори, и такой же венок, как у невесты, только в тон ее нежно-голубому платью, украшал ее волосы. — Нет-нет, милая, не нужно их трогать, хорошо?

Лорен ненадолго нахмурилась. Но потом заметила Сейди, вертевшуюся у них под ногами, и снова заулыбалась во весь рот.

Но вот подошло время Рори и Чансу уезжать — как и положено молодоженам, они собирались устроить себе медовый месяц в Новом Орлеане. Элли передала Лорен Эллен и вместе с сестрой спустилась вниз, в их небольшую квартирку, чтобы помочь ей снять свадебное платье и переодеться в дорожный костюм.

— Просто не могу поверить, что решилась уехать и оставить Лорен, — сокрушалась Рори, пока Эллисон расстегивала длинный ряд пуговок у нее на спине.

— Ну это ведь всего на два дня, — успокаивала ее Эллисон. — К тому же ты ведь знаешь, что Эллен просто на седьмом небе от счастья, что ей наконец-то позволено побыть настоящей бабушкой.

— Это уж точно. — Рори перешагнула через упавшее на пол платье. — Знаешь, она ведь из кожи вон лезла, стараясь убедить нас, что два дня и две ночи трудно назвать полноценным медовым месяцем, и уговаривала побыть в Новом Орлеане подольше. Но пока я не отняла Лорен от груди, два дня — это максимум времени, на которое я могу ее оставить.

Пока Эллисон аккуратно сворачивала прабабушкино платье, Рори поспешно влезла в синее платье без рукавов и пестрый жакет, который привезла ей из Нью-Йорка тетушка Вив.

— Ну, как я выгляжу? — нетерпеливо спросила она, разглядывая в зеркале свое отражение.

— Словно топ-модель, — улыбнулась Эллисон. Взгляды их встретились. — Ох, Рори, я так счастлива за тебя! — вырвалось у Эллисон. И слезы навернулись ей на глаза.

Рори, повернувшись, порывисто обняла сестру.

— Не плачь, Элли! Проклятье! Я знала, что тебе сегодня будет нелегко…

— Это не из-за этого, — смахнув слезы, пробормотала Эллисон, нисколько не сомневаясь, что сестра думает о том же, о чем и она. О Скотте. — Я плачу от радости. Ведь моя младшая сестренка сегодня вышла замуж!

— Еще раз, — хмыкнула Рори.

— Ну и что? Это одно и то же. Рори крепче обняла сестру.

— Ох, как бы я хотела, чтобы между тобой и Скоттом все наладилось!

— Ну не могут же все быть счастливы! — вздохнула Эллисон.

— Знаешь, я готова руку дать на отсечение, что это — самая подходящая для тебя пара.

— Да… пока не выяснилось, что он сын Джона Лероша.

— Вовсе нет! Представь себе, даже после этого. Я была уверена, что у вас все утрясется. Между прочим, Эйдриан тоже.

Опешив от изумления, Эллисон даже отступила на шаг, не веря собственным ушам.

— Ну, видишь ли, мы же ведь не выбираем родителей, — зачастила Рори. — И потом, вспомни, как он здорово помог нам с этим иском.

— Согласна, но все же… — Эллисон покачала головой. — Послушай, разве не ты клялась, что придушишь его собственными руками, если он разобьет мне сердце?

— Клялась, ну и что? И даже готова была это сделать, честное слово. Но только сначала. А потом вспомнила, как счастливы вы были вдвоем, и всю мою злость словно ветром сдуло. А потом я поймала себя на том, что молю Бога, чтобы все уладилось. — Рори порывисто сжала ее руки. — Больше всего я хочу, чтобы ты была счастлива.

— А я и буду! — «Со временем…» — добавила она про себя. — У меня ведь уже есть некоторый опыт. Разбитое сердце — это еще не смертельно, знаешь ли.

— Может, тебе стоит ему позвонить? — робко предложила Рори. — Если еще остается шанс…

— Не остается, — отрезала Эллисон. — Штука в том, Рори, что я сама все разрушила, — со вздохом призналась она.

— Что ты имеешь в виду? — Рори уставилась на нее непонимающими глазами.

— Я… — Эллисон ломала себе голову, гадая, стоит ли говорить об этом; до сих пор она ни Рори, ни Эйдриану и словечком не обмолвилась о том, что ездила к Скотту. Но сейчас ей вдруг почему-то мучительно захотелось поделиться с сестрой. — Я ведь ездила к нему… — решилась она наконец, старательно отводя глаза в сторону.

— Когда? — подскочила Рори.

— Сразу, как только узнала, что никакого судебного разбирательства не будет. Скотт позвонил Пейдж, сказал, что живет в том доме на берегу, который принадлежит их семье, и что очень хочет меня видеть. — Эллисон отвернулась, изо всех сил стараясь скрыть те чувства, что рвались наружу. Злость, надежда, отчаяние — все смешалось в ее душе. — Ну, во-первых, я тоже надеялась, что мы помиримся. Мне казалось, все, что от меня требуется, это иметь мужество навсегда похоронить прошлое, простить Скотта, научиться снова ему доверять, и все у нас тогда будет хорошо. Ну… я и попыталась.

— И что случилось?

— Оказывается, он сам еще не готов мне доверять. — Невеселая улыбка появилась у нее на губах. — Какая ирония судьбы, правда?

— И что?..

— Да ничего, — пожала плечами Эллис. — Разозлилась, естественно. И уехала.

— Элли… — Сестра смотрела на нее во все глаза. — Доверие не рождается в один день, знаешь ли. И уж кому, как не тебе, это знать. Для этого требуется время. А ты рассчитывала ограничиться одним-единственным разговором.