Адель Паркс - Жена моего мужа

Действительно, как быть с этикетом, если директор школы беседует с парой парнишек о возможности трахнуть их мамочку?

— Я не могу поговорить с кем-то из ее подруг, чтобы выяснить, что случилось, потому что все они мамы детей, которые учатся в нашей школе. Это было бы нарушением профессиональной этики. Может, мне следует зайти к ней. Но когда? Я не могу прийти, когда мальчики дома, а уйти из школы днем по личным делам мне неудобно. Что ты думаешь по этому поводу? — спрашивает Крейг.

— Думаю, что ты сошел с ума. Связаться с женщиной с двумя семилетними парнями!

— Ради бога, Джон.

— Ладно. Извини. Может, ты сказал ей, что она толстая.

— Нет! Конечно нет. Да она и не толстая. — Крейг кажется весьма раздраженным.

— Ты ей не говорил, что она «хорошо» выглядит? Женщины почему-то думают, что если ты так говоришь, то имеешь в виду, что они толстые. Может, ты расхваливал какую-нибудь другую женщину из находившихся в комнате, включая невесту? Ты ее не перебивал? Ты с ней не спорил?

— Нет, нет и еще раз нет. Джон, я честно говорю, что не думаю, что мог ее чем-то обидеть.

— Значит, кто-то другой обидел ее, дружище. Ты должен выяснить кто и как.

— Думаешь, мне следует поговорить с ней?

— Это помогает в выстраивании отношений, тебе следовало бы знать.

— Но ты не слишком-то много разговариваешь.

Я усмехаюсь, услышав слова своего умного приятеля.

— Нет, дружище, если есть возможность этого избежать.

— Следует ли мне пойти к ней и спросить, почему она убежала?

— Да.

Крейг выпрямился и хлопнул меня по руке.

— Как хорошо, что ты рядом, дружище. Ты настоящий товарищ.

— А теперь, может, досмотрим «Придурков»? — спрашиваю я и включаю звук.

— Могу я задать тебе очень личный вопрос?

Крейг не имеет ни малейшего представления, как далеко можно зайти в разговоре между двумя приятелями. Я считаю это его качество милой эксцентричностью и готов ответить ему.

— Давай.

— Была ли Андреа твоей Единственной?

— Нет, дружище, моя Единственная — Кэмерон Диаз. Правда, она еще не знает об этом.

— А если серьезно?

Он не собирается уступать, смотрит на меня с самым серьезным видом, а лицо даже подергивается от беспокойства и желания понять меня. Внезапно до меня доходит, что он, возможно, попытался меня надуть. Крейг, конечно, и сам понимает, что должен пойти к этой Роуз, если хочет продолжения их отношений. Возможно, он поинтересовался моим мнением только для того, чтобы поднять в разговоре тему женщин и выманить у меня ответное признание.

Я смотрю на безмолвный экран и говорю ему, что не верю в Единственную. Вокруг множество женщин, которые могут принести мне счастье.

— Тогда почему же не приносят?

— Я счастлив.

— На свадьбе Тома ты не выглядел счастливым.

Это не вопрос, так что я не обязан отвечать. Но Крейг привык иметь дело с маленькими детьми, так что перефразирует свое замечание:

— Давно уже я не видел тебя таким пьяным и не мог понять, почему ты так надрался.

— Нервничал по поводу предстоящей речи.

— Неправда. Мысль о предстоящей речи тебя приятно волновала.

Крейг достаточно добрый человек и не упоминает о том, что я пробормотал свою речь запинаясь и она не была так хороша, как могла бы быть. Она вызвала взрывы смеха, но мой юмор не был таким фривольным и утонченным, как я планировал. Я не смог зачитать свои карточки с подсказками, и пришлось много импровизировать. Но не стоит беспокоиться по этому поводу: если Крейг добьется этой девицы, Роуз, мне, возможно, придется через несколько лет стряхнуть пыль со своей речи и попытаться произнести ее снова.

Я по-прежнему не отвожу взгляда от экрана телевизора, но чувствую, что Крейг все еще пристально смотрит на меня с беспокойством лучшего друга. Я начинаю испытывать зуд от жары. Я сдаюсь.

— Мне небезразлично, что Андреа ждет ребенка. Но я не ревную, — спешу добавить я, поворачиваясь к нему, чтобы он мог прочесть на моем лице, что говорю правду, я умею это делать. — Она хорошая девочка, и я рад за нее. Она прошла дальше, и это хорошо. Но для меня это своего рода приобретение дома, которого у меня нет. После развода я практически так и не сдвинулся с места.

— Но ты же купил себе новый дом в Марлоу.

— Да.

Просто не могу поверить, что в тот единственный раз, когда я захотел, чтобы Крейг понял, что я говорю не буквально, а фигурально, он так ничего и не понял. Я хотел сказать, что меня ничто не трогает эмоционально, но я скорее вымажу экскрементами свою задницу и грудь, чем прямо признаюсь в этом.

— В какой-то мере я ощущаю, будто я остался там, где был десять лет назад. Время от времени я натыкаюсь на старые сценарии и погружаюсь в размышления, что мне следовало сделать иначе, чтобы изменить результат.

— С Андреа?

— И с другими. В данный момент я провожу своего рода эксперимент. Помнишь, я как-то рассказал тебе о той женщине, ребенок которой ходит в твою школу?

— Миссис Бейкер?

— Да, Конни. Она в какой-то мере много значила для меня.

— А потом — ничего. Ты сам так сказал.

— Мне просто интересно, может, я ошибся.

— Что? — Крейг вскакивает с софы и принимается метаться по комнате. Он мелодраматически теребит свои волосы. — У тебя с ней роман?

— Нет.

— Но ты собираешься завести с ней роман? Ты пытаешься соблазнить ее?

Я не отвечаю прямо на его вопросы.

— Она стала старше, но ничуть не хуже. Она выглядит просто потрясающе и обрела новую, не поддающуюся определению ауру и уверенность, которой у нее не было, когда мы были вместе.

— Это называется счастьем. Она — женщина, счастливая в своем замужестве. Она мать.

Крейг в ярости. Когда он по-настоящему очень сердится, маленький мускул на его щеке начинает дрожать, и он делается похожим на психа. Когда мы были детьми, я подстрекал его использовать этот трюк, чтобы отпугнуть хулиганов, но он не может делать этого по заказу. Я видел это всего раз двенадцать.

— Я действительно хочу ее.

— Нет, не хочешь, Джон. Ты сам не знаешь, чего ты хочешь, и просто заморочишь ей голову. Не стоит этого делать.

— Она уже достаточно большая девочка, чтобы самой решить, морочу я ей голову или нет, — замечаю я.

— А она интересуется тобой?

— Конечно… — Я запинаюсь, и Крейг улавливает неуверенность в моем голосе.

— А что, если она не интересуется тобой? — спрашивает Крейг своим спокойным, ровным голосом.

Я испытываю против него раздражение за то, что он посмел предположить такое. Обычно он на сто процентов уверен в моей притягательной силе.