Кэш - Джессика Петерсон

Что бы она подумала о мамином крошечном бриллианте на скромном золотом кольце? Засмеялась бы? Или бы полюбила?

— Кольцо на её пальце не решит наших проблем. — Я смотрю на Рэндж Ровер. Может, завести его, чтобы включить кондиционер? На улице жарко, не хочу, чтобы Молли было душно. — У Молли целая компания в Далласе. И она очень близка со своей матерью.

Уайатт медленно кивает.

— А у тебя в распоряжении сто тысяч гектаров земли. Вполне достаточно места и для её компании, и для семьи, которую вы создадите.

Я бросаю на него предупреждающий взгляд.

— Обри точно не вернётся на ранчо.

— Просто говорю, как есть. — Он поднимает руки. — И тебе не стоит нервничать перед встречей с её семьёй.

— Я не нервничаю.

Он только смеётся.

— Теперь уже ты будешь не в своей тарелке. И, судя по тому, что рассказывал Гарретт, Обри ковбоев терпеть не может. Особенно если один из них встречается с её дочерью.

— Я не надену шляпу. — Я улыбаюсь ему.

Он улыбается в ответ.

— Но ты всё равно берёшь её с собой. И у тебя всё ещё те же джинсы Wranglers. И загар фермера. Но усы — вот что тебя выдаёт с головой.

— Молли они нравятся. — Я провожу большим и указательным пальцем по волоскам над верхней губой. — Они остаются, что бы там ни думала её мама.

— Вот видишь? Ты можешь быть обаятельным, когда захочешь. Ты хорошо относишься к Молли. Ты знаешь, чего хочешь. Знаешь, кто ты. Ты работаешь усерднее, чем кто-либо, кого я знаю. Если Обри это не впечатлит… — Уайатт тихо свистит. — Да и плевать.

— Для Молли это важно. — Моё сердце подпрыгивает, когда я вижу, как открывается входная дверь. — А значит, и для меня тоже.

Её лицо озаряется улыбкой, когда она видит нас с Уайаттом. Она выглядит потрясающе в длинном клетчатом летнем платье, которое играет вокруг её ног, пока она идёт. На ней украшения, каблуки и огромные чёрные солнцезащитные очки.

Она бы выглядела как настоящая избалованная наследница, если бы не загар фермера. Я не могу не улыбнуться, глядя на чёткие линии на её груди и руках.

Она городская девчонка. Но теперь ещё и ковбойка. И я ни за что не позволю ей снова оставить эту часть себя позади. Так же, как не могу просить её бросить свою жизнь в Далласе.

— Просто помни, — негромко говорит Уайатт, махая Молли, — где есть желание, там найдётся и способ.

Я оборачиваюсь, удивлённый тем, как легко он читает меня, будто открытую книгу. Часть меня раздражает, что я настолько прозрачный. Но другая часть… радуется, что мой брат знает меня так хорошо.

Я из кожи вон лез, чтобы сохранить нашу семью. И приятно осознавать, что это дало результат. Я знаю так много людей, которые отдалились от своих близких. Гарретт. Молли.

Это редкость, особая ценность, не только любить своих братьев, но и по-настоящему нравиться друг другу.

Именно поэтому я не могу оторваться от этого места.

Но если бы я начал выбираться почаще, скажем, сопровождать Молли в Даллас пару раз в месяц, мои братья подстраховали бы меня. Они никуда не денутся.

Мне просто нужно показать Молли — и её маме тоже — что я готов идти на компромисс. Чтобы мы с ней не жертвовали своими мечтами ради того, чтобы быть вместе.

Все мы заслуживаем счастливый конец.

И мой невозможен без Молли.

Глава 30

Молли

СЕКС В БОЛЬШОМ ГОРОДЕ

Я никогда не думала, что моя квартира в шестьдесят пять квадратных метров — это мало, пока в неё не вошёл Кэш Риверс.

Стоя на кухне в своих джинсах и сапогах, он кажется гигантом. Очень красивым, слегка небрежным гигантом, на которого мне прямо сейчас хочется взобраться, как на дерево.

Он ставит наши сумки на пол и оглядывается.

— Тут мило, Молли.

— Спасибо. — Я внимательно слежу за его лицом, пока его взгляд скользит по открытому пространству кухни и гостиной. — Моё милое, маленькое девичье гнёздышко.

— Это ты. — Его глаза встречаются с моими, и он улыбается. — Мне нравится.

Чувство тепла, распирающее грудь, переливается через край. Конечно, Кэшу понравится. Конечно, он не будет чувствовать себя неуютно или неуместно. Он уверен в себе.

И это заставляет меня задуматься о том, какими неуверенными были все остальные мужчины в моей жизни. Такие, как Палмер.

За окнами вспыхивают огни города. Летний туман рассеялся, и, хотя звёзд не видно, небо раскинулось широко, окрашенное в сумеречный синий, с бледно-оранжевыми краями заходящего солнца.

Красивый вид. Конечно, он не сравнится с закатами на ранчо. Да и мало какие места могут.

Как только мы прибыли в Даллас сегодня днём, сразу направились в офис юридической команды мамы. Кэш провёл рядом со мной все три часа, пока я разбиралась с документами и подписывала всё необходимое. В субботу они обычно не работают, но для меня сделали исключение.

Я думала, что это будет более эмоционально, но держала себя в руках. Подписав бумаги, я фактически признала, что мне не нужно быть рядом с ранчо, чтобы получить своё наследство. Если захочу, я могу никогда больше не возвращаться в Хартсвилл.

Этот пункт в соглашении сильно облегчил мне всё, потому что выбор сделали за меня. Теперь мне самой предстоит решить, каким будет моё будущее. Я не хочу продавать ранчо. Не могу представить, что больше никогда не увижу Пэтси, Салли, Джона Би и парней из семьи Риверс.

Не могу представить, чтобы Кэш был чьим-то другим управляющим.

Господи, этот мужчина на меня так повлиял. Он до ужаса собственник, и теперь я тоже.

Что скажет мама обо всём этом — не знаю. Сегодня вечером у неё мероприятие с подругами, а завтра мы встретимся в нашем любимом месте на обед.

Когда вчера я сказала ей по телефону, что Кэш едет со мной в Даллас, она замолчала.

— Он твой парень? — наконец спросила она.

— Да. И мне бы хотелось, чтобы ты с ним познакомилась.

Я ждала, что у меня скрутит живот, как всегда бывало, когда мама говорила этим тоном — тем самым, который давал понять, что она разочарована.

Да, я так нервничала, что у меня дрожали руки. Но привычной боли в животе не появилось.

— Он ковбой. С ранчо твоего отца, — сказала мама.

— Он наш управляющий, так что, по сути, он ведёт всё хозяйство, да.

— Ага. — Пауза. — И какие у вас планы? Думаю, он не собирается уезжать из