Разбитая надежда - Девни Перри

на них. Хейзел передала ключи от бара и повела меня в офис. Она стояла в дверях, указала на стол, заваленный бумагами, и сказала: «Исправь это».

Через три дня после этого я пришла домой и обнаружила, что она убирает садовый сарай, чтобы я могла использовать его для своих работ. Она предоставила мне подходящее место для творчества вместо кухонного стола в приюте, где она наблюдала, как я рисую много лет назад.

Я наклонилась к Логану, который терпеливо ждал, когда я продолжу.

— Это место много значит для меня. Я перешла от оплаты расходов к зарабатыванию денег для себя, Джексона и Хейзел. У меня не было модного образования. В прошлом году в детском саду Чарли узнала то, что я узнала только в третьем или четвертом классе. Но я надрывала задницу, исследуя, экспериментируя и управляя этим бизнесом. Я горжусь тем, во что он превратился.

— Ты должна гордиться. — Он поцеловал меня в лоб, от его похвалы было еще труднее не заплакать. — Если ты хочешь вести здесь бизнес, мы можем это сделать. Я куплю…

— Нет, Логан. — Я остановила его. — Не здесь. Я знаю, что не очень хорошо это объясняю, но я чувствую себя здесь по-другому. Как будто прошлое давит на меня. Все эти сомнения в себе и неуверенность вернулись.

— Так будет не всегда. Дай себе время, — умолял он.

— Может быть. Может быть, все это кажется глупым, и через год или два здесь все будет по-другому. Но это больше, чем просто плохие воспоминания. Если мы уедем, мне придется попрощаться с Хейзел и Джексоном, и я, честно говоря, не думаю, что смогу. Они моя семья. Я работала… — Я подавила еще больше слез. — Я так усердно работала, чтобы найти семью, Логан. Я не хочу от них отказываться.

Я не хотела быть за тысячи миль, если здоровье Хейзел начнет ухудшаться или если Джексон наконец найдет свою любовь.

— Я боюсь, что, если я останусь и буду несчастна, я начну обижаться на тебя. — Я крепче сжала его руку. — И Чарли тоже.

Он опустил голову.

— Она несчастна, не так ли?

— Она любит тебя. Я думаю, что она надела бы на себя все платья и неудобные туфли в мире, если бы ты попросил ее об этом. Но…

— Но я не буду, — прошептал он.

И именно поэтому я беззаветно любила его. Его любовь к нашей дочери. Он знал Чарли несколько недель и уже ставил ее счастье превыше всего.

Я бы сделала то же самое. Если бы я действительно думала, что она будет счастливее здесь, чем в Монтане, мы бы остались. Я бы пожертвовала своим домом, работой и семьей, чтобы она могла быть со своим отцом. Но в глубине души я знала, что моей девочке нужно открытое пространство и большое небо.

— Она — это все, что имеет значение.

Он поднес руку к моей щеке.

— Не все.

Слеза упала на его большой палец.

— Я бы хотела…

— Я знаю. — Его глаза все еще были полны боли, но в них было понимание. — Я тоже.

Логан глубоко вздохнул и встал с кровати.

— Я не знаю, что делать.

Я пожала плечами.

— Здесь нечего делать. Мы движемся вперед. Мы делаем жизнь Чарли настолько счастливой, насколько это возможно.

— А как насчет нас?

Я посмотрела на свои колени и позволила еще нескольким слезам упасть на мое платье.

— Я думаю, было бы лучше покончить с этим сейчас. Прежде чем это станет еще сложнее.

— Еще сложнее? — Он усмехнулся. — Тея, я влюблен в тебя. У меня в чемодане есть кольцо, которое я надеялся подарить тебе сегодня вечером. Как это может стать еще сложнее?

Мои плечи начали дрожать.

Я тоже тебя люблю.

— Просто недостаточно, чтобы остаться.

Все мое тело вздрогнуло. Боль на мгновение обжигала, пока ее место не занял гнев.

— Ты мог бы переехать. Почему именно мы должны внести огромные изменения в жизнь?

Он покачал головой.

— Я не могу. Моя карьера в Нью-Йорке. Моя семья тоже. Ты не единственная, кто гордится тем, чего он достиг, и не хочет от этого отказываться.

— Хорошо. Тогда мы вернулись туда, где были. — Я вытерла глаза насухо. — Это невозможно.

Он перестал расхаживать, его сжатые кулаки расслабились.

— Я не хочу ругаться.

— Я тоже.

Я не хотела, чтобы мы расстались на плохой ноте. У нас были годы впереди, как у родителей Чарли, и нам было бы легче, если бы мы могли покончить с этим полюбовно. Мы должны были найти способ забыть о боли и просто сосредоточиться на воспитании счастливого ребенка.

Логан пересек комнату, чтобы взять меня за руки и поднять на ноги. Затем он заключил меня в свои объятия, дыша в мои волосы.

— Я не хочу отпускать тебя. Быть с тобой. С Чарли. Это самое счастливое время в моей жизни. Но моя семья. Моя карьера. Я не могу…

— Все в порядке. — Я расслабилась у него на груди. — Я понимаю.

И я понимала. Я не винила его за то, что ему нужно было остаться. Но мы зашли в тупик в нашем разговоре, и больше нечего было сказать.

Я откинулась назад, встав на цыпочки, чтобы прижаться губами к его губам.

Он без колебаний ответил на мой поцелуй, взяв все в свои руки, как он всегда делал.

Я полностью растворилась в нем, рассказывая ему своими прикосновениями, как отчаянно я хотела, чтобы все было по-другому.

Мы раздели друг друга догола и упали в путаницу конечностей под простынями. Никто из нас не хотел отрываться, чтобы выключить свет. Логан занимался со мной любовью, тяжело наваливаясь всем своим весом, как будто хотел удержать меня прикованной к этому месту. Он двигался надо мной со свирепостью, которую я никогда раньше не видела. Отчаяние в его глазах на самом деле никогда не исчезало, просто маскировалось жаром.

И все это время я крепко обнимала его, шепча три слова, которые я никогда не сказала бы другому мужчине, запоминая, как он сказал их в ответ. Я люблю тебя, теперь меня это не пугало.

Это был просто… идеальный конец.

* * *

— Привет.

Я подняла взгляд со своего шезлонга, когда Томас и Лилиана вышли во внутренний дворик.

— Привет.

Чарли и Логан плавали в бассейне, наслаждаясь прохладной водой в жаркий день. Вчерашнее пасмурное небо и прохладный ветерок исчезли, так что этим утром мы с Логаном решили позволить Чарли просто поиграть. Мы хотели устроить ей веселый последний день с ее отцом, потому