Разрушенная любовь - Стейси Мэри Браун

ближе. — Чтобы посмеяться надо мной? Насладиться тем, насколько я была слепа и глупа?

— Нет. Конечно, нет.

— Тогда зачем?

— Из-за тебя.

— Из-за меня? — я замерла, указывая на себя. — Почему из-за меня? Мы друг друга терпеть не могли до нескольких месяцев назад.

— Да… — хихикнул он без тени веселья.

— Что ты имеешь в виду?

Он облизал губы, глядя вниз.

— Я убедил себя, что ненавижу тебя. Мне пришлось.

— Я не понимаю.

— Это было потому… — в его голосе проскользнуло раздражение, — потому, что, на самом деле, я был влюблен в тебя.

У меня отвисла челюсть.

— Что?

— Ты представляешь, как тяжело было слышать, как ты признаешься в любви, но при этом говоришь, что любишь его? Особенно потому, что в тот момент казалось, будто ты говоришь это мне. Не Колтону, а мне, — он сжал кулаки и стукнул ими себе по лбу. — Черт, все это так запутано.

— Подожди, — я протянула руку. — Вернись назад, — он переступил с ноги на ногу, проводя рукой по волосам. — Ты сказал, что был влюблен… но уже нет? — страх сдавил мне легкие, делая вдох затруднительным.

— Разве это что-то изменит?

— Ну… да.

— Почему? — он всплеснул руками. — Разве хоть одно из этого исправит ситуацию?

Нет, но для меня это имело огромное значение.

— Но ты же вел себя так, будто я тебе ненавистна?

Он вздохнул.

— Так было проще. Особенно после той ночи здесь. Часть меня злилась, что ты не заметила разницы. Не разглядела за фасадом настоящего меня. Потом я начал убеждать себя, что ты не та девушка, которую я себе представлял, просто очередная поверхностная чирлидерша, с которыми общался мой брат. Вы идеально подходили друг другу.

Да, тогда я была такой. Но кем бы я ни пыталась стать, каким бы пустым ни казалось общение с Колтоном, тот парень у озера оставался моей опорой. Неважно, как грубо он себя вел, насколько бессмысленными ощущались отношения, у меня всегда было то воспоминание. Момент, когда я поняла, что люблю его.

Просто это оказался не тот брат.

— Забавно, ты ведь не была в моем вкусе. В любое другое время я бы тебя легко отшил и забыл, но все изменилось, когда мы в прошлом году вместе делали проект по английскому, помнишь?

Да, я помнила. Это была самая длинная и мучительная неделя в жизни.

— Чем больше я тебя раздражал, тем сильнее проявлялась другая ты. Яростная, умная, с твердым характером, сильная, веселая, упрямая и страстная. Мне было известно, что только я вижу настоящую тебя под этой оболочкой. Думаю, я нарочно выводил тебя из себя, просто чтобы увидеть твою другую сторону.

Теперь понятно, почему он превратил ту неделю в ад.

— Я не мог перестать думать о тебе. Наблюдал, как ты смеешься над чем-то или тайно злишься. Не могу объяснить, но ты действовала на меня, как магнит. Тяга, которую я хотел игнорировать, но не мог, как ни старался, — он фыркнул. — До сих пор не могу.

— Почему ты мне ничего не сказал? — он усмехнулся. — Даже не намекнул о том, что Колтон мне изменяет?

— Я не собирался тебе рассказывать. И, честно говоря, ты бы все равно не послушала и не поверила, — он был прав. Тогда бы не поверила. Только сильнее его возненавидела бы. — Да и откровенно говоря, я думал, это очевидно. Рано или поздно ты бы узнала, — он засунул руки в карманы. — Я знал, что никогда не смогу быть с тобой и смотреть, как ты с моим братом. Единственный способ, чтобы жить дальше — забыть тебя.

Его признание изменило ситуацию. Теперь его поступки уже не казались таким предательскими. Наступило долгое молчание, мы оба не знали, что делать дальше.

— Что теперь? — тихо спросила я, наблюдая за тем, как волны разбиваются о берег.

— Что ты имеешь в виду? — ответил он. — Это ничего не меняет.

— Что? Как ты можешь говорить, что это ничего не меняет?

— Я все равно тебе не подхожу.

— Не подходишь? — фыркнула я, сдерживая смех. — Звучит так, будто ты — плохой парень из бедной семьи. Твоим родителям принадлежит полгорода. Если уж на то пошло, то это я тебе не подхожу.

— Деньги не делают человека хорошим. Поверь мне, — он сделал шаг назад. — Я не собираюсь поступать в Лигу Плюща или устраиваться на шикарную офисную работу в бизнесе моего отца.

— Тебе кажется, меня это волнует?

— Да, черт возьми, волнует. Я никогда не буду тем, кто тебе нужен, — он отвернулся, направляясь к своему пикапу. Ноги сами собой понесли меня к нему, руки потянулись к его лицу. Он остановился, весь напрягшись от моего прикосновения.

— Ты именно тот, кто мне нужен, — я заставила его опустить подбородок, чтобы он посмотрел мне в глаза. — Единственный.

Хантер резко вдохнул.

— Мне все равно, что думают остальные. Ты заставляешь меня чувствовать себя живой. Счастливой. Я могу быть собой. Настоящей.

Он впился в меня взглядом, сжав губы. Лицо не выражало никаких эмоций.

— Хантер? — тревожное чувство охватило меня.

— Я собираюсь тебя поцеловать.

Облегченная усмешка тронула мои губы, сердце подскочило к горлу.

— Ты спрашиваешь разрешения?

— Нет, — Хантер покачал головой, его голос был хриплым и низким. — Я тебя предупреждаю, — его руки обхватили мое лицо и притянули к себе. Губы парня встретились с моими с такой силой, что у меня перехватило дыхание. Я жадно ответила ему, желание вспыхнуло огнем во всем моем теле.

Он схватил меня за талию и поднял. Я обхватила его ногами, пока он нес меня, прижимая к джипу. Его тело с силой прижалось ко мне. Я чувствовала каждый его сантиметр, и этого все равно было недостаточно.

Голод. Отчаяние. Страсть. Я укусила его за нижнюю губу, и он рыкнул, прижимаясь сильнее, пока его язык продолжал битву с моим. Мои бедра сжались вокруг него, отражая пыл. Его пальцы коснулись моей шеи, крепко сжав волосы. Я застонала.

Его руки скользнули под мою задницу, и он понес меня к своему пикапу. Задний борт все еще был опущен, и он усадил меня в кузов. Его губы не отрывались от моих, пока он срывал с себя куртку, запихивая ее мне за спину. Я потянула за край его рубашки, сорвав ее через голову. Было холодно, но его кожа была горячей на ощупь. Мои пальцы скользили по его прессу и по каждой напряженной мышце. У меня была свобода исследовать, прикасаться и целовать. Я провела руками по его татуировке, затем наклонилась, касаясь губами дракона. Он сорвал с меня свитер, оставив меня только в бюстгальтере