Капля красивого яда - Келси Клейтон

конечно, добавляет свои слова, чтобы подразнить его. Но когда мы доходим до конца песни, где он должен загадать желание, он улыбается мне и тянет меня к себе на колени, обхватывая руками.

— У меня уже есть все, чего я когда-либо мог пожелать, — бормочет он, быстро целуя меня.

Когда он принимается за очередную порцию, я хватаю его за лицо. — Не-а. Ты не можешь не загадать желание.

Его глаза сужаются. — Прекрасно.

Поворачиваясь к торту, он крепко зажмуривает глаза, как делает маленький ребенок, когда думает о своем желании. А затем он задувает свечи. Когда он поворачивается, чтобы поцеловать меня снова, я позволяю ему.

— Ох. Такие вещи почти никогда не сбываются.

Я хихикаю, когда Девин засовывает палец в рот, притворяясь, что ее тошнит. Но его мама просто с благоговением наблюдает за нами, когда забирает торт, чтобы нарезать его.

— Итак, каково это - быть двадцатиоднолетним? — спрашивает его Девин.

Его рука на моей талии скользит чуть ниже моей футболки, ему нужно почувствовать мою кожу на своей. — Ну, я определенно не думал, что женюсь и открою бар в этом возрасте, но я не жалуюсь.

Она ухмыляется, как будто пытается не высмеивать его. — Странно видеть тебя таким домашним и все такое прочее.

— Особенно потому, что в первый раз, когда я пришла, мне пришлось учить тебя мыть посуду, — добавляю я.

Он надувает губы. — Ты когда-нибудь позволишь мне пережить это?

— Абсолютно нет. — Я смотрю на его сестру. — Он не хотел оставлять вилку и тарелку, которыми пользовался, в раковине, поэтому просто выбросил их в мусорное ведро.

Девин выходит из себя, откидывая голову назад и смеясь, в то время как у его мамы отвисает челюсть. — Хейс Беккет Уайлдер.

— О, что? Ты собираешься наказать меня? Отправишь меня в мою комнату? — Он делает паузу, и я практически вижу, как крутятся шестеренки в его голове. — Если подумать, это отличная идея. Тебе определенно следует это сделать.

Она закрывает глаза и вздыхает. — Ты же не только что упомянул о сексе в разговоре с матерью.

Как будто он осознает черту, которую только что пересек, он разражается приступом смеха. И все, что я могу сделать, это наблюдать за ним, думая о том, что это, прямо здесь, и есть истинное счастье.

Когда мы собрались уезжать, Хейс позвал сестру к грузовику, чтобы показать ей новую звуковую систему, которую он установил в него - совместный подарок на день рождения от Кэма, Мали и меня. Ведь что еще можно подарить человеку, который утверждает, что у него есть все, о чем он когда-либо мечтал?

Я наблюдаю за ними из дверного проема, как он возбужденно включает музыку, а Девин стоит и качает головой. Когда он начинает танцевать, как идиот, во дворе, она смеется и присоединяется к нему.

— Знаешь, у меня так и не было возможности поблагодарить тебя, — говорит его мама.

Мои брови хмурятся. — За что?

— Ты показала ему, что настоящая любовь может быть бескорыстной и искренней. Что не все отношения должны складываться так, как сложились у меня.

Я вижу боль в ее глазах, и это ранит мое сердце. — Он ни в чем тебя не винит.

— Я знаю, что он этого не делает, — отвечает она. — Но я также знаю, что именно по этой причине он не воспринимал никакие отношения всерьез. Вот почему он никогда не приводил девушку домой. Во всяком случае, до тебя. — Она подходит и встает рядом со мной, наблюдая за своими детьми. — Ты действительно подходишь ему, Лейкин. И я никогда не смогу отблагодарить тебя в достаточной степени за то, каким счастливым ты его сделала.

Я всегда знала, что его мама любит меня. Черт возьми, она была в моей жизни с тех пор, как мне исполнилось двенадцать — не все время, но она была там. У некоторых людей есть ужасные истории о своих тещах. Но не у меня. Моя - абсолютная богиня.

— Спасибо тебе за то, что вырастила его таким, какой он есть, — говорю я ей. — Все хорошее в нем и то, как глубоко он любит, когда наконец впускает кого-то, это все из-за тебя.

Слезы наполняют ее глаза, и она обнимает меня. — Ты нечто особенное. Неудивительно, что он так сильно тебя любит.

Хейс и Девин возвращаются, и он наклоняет голову, когда видит, что его мама обнимает меня. — Ты сейчас пытаешься украсть мою маму, Рочестер?

— Ага, — говорю я с ухмылкой. — Это был мой план с самого начала.

— Пришлось много потрудиться ради того, что ты хотела сделать с самого начала, — шутит он. — Она предпочла бы тебя мне, прежде чем мы переспали.

Его мама закатывает глаза, слегка ударяя его в грудь, когда он смеется. — Хотя в этом есть доля правды. — От ее слов у Хейса отвисает челюсть. — Что? Она гораздо менее опасна, чем ты.

Он фыркает. — Попробуй пожить с ней.

Я скрещиваю руки на груди. — Смотри. Здесь есть пустая комната, в которую я могла бы легко перенести свои вещи.

Его нижняя губа выпячивается. — Ты не можешь угрожать мне в мой день рождения.

Дэвин приподнимает бровь, глядя на него. — Ты серьезно дуешься прямо сейчас? Тебе двадцать один год.

Но он не отвечает. Вместо этого он закрывает ее лицо всей рукой и отталкивает ее. Мне всегда нравились его отношения с семьей. Возможно, заводить детей не входит в наши ближайшие планы, но иногда, когда я вижу его с ними, это заставляет меня задуматься о том, каким бы он был со своей собственной дочерью. Это согревает меня изнутри.

Однажды.

Мы добираемся до причала, где нас уже ждут Кэм, Мали и Монти. Они поздравляют друг друга с днем рождения, а Хейс даже пожимает Монти руку. Это удивительно, особенно после того, что случилось в прошлый раз, когда Монти попытался это сделать. Но у него хорошее настроение, и я не думаю, что он позволит чему-то помешать этому.

Забравшись на лодку, Кэм показывает Хейсу массивный холодильник, заполненный пивом и спиртными напитками. Там хватит на целую студенческую вечеринку, а нас всего пятеро. Что-то подсказывает мне, что нам придется добираться домой на Uber, но это не страшно. Мы заслужили возможность немного расслабиться.

— Иисус Христос, чувак, — говорит Хейс. — Ты совершил налет на винный магазин?

Кэм ухмыляется. — Это был не я. Он был у Монти, когда я приехал сюда.

Монти пожимает плечами. — В этом нет ничего особенного. Не то чтобы это меня обанкротило