Бунтарь - Келси Клейтон

Тесса смеется. — Он убивал людей.

— Тесс! — Шипит Делейни.

— Что? Это правда.

Глаза Колби резко расширяются, когда Нокс подмигивает. Тем временем Саванна искоса смотрит на Грейсона, и веселье исчезает с его лица. Я не знаю, что там за история, но я явно не в курсе.

***

Лежать в постели рядом с Тессой — это то, о чем я никогда не думал, что смогу сделать снова, но мечтал каждый раз, когда смотрел на часы в 11:11. Конечно, я не думал, что это произойдет на больничной койке, но я выберу любой путь, который приведет меня к ней. Голова Тессы покоится у меня на груди, когда я провожу пальцами по ее волосам.

— Как твоя голова? — Спросил я.

Она пожимает плечами. — Не так плохо, как было, но и не так хорошо, как могло бы быть.

Я запечатлеваю поцелуй на ее волосах. — Хочешь, я схожу посмотрю, можно ли тебе еще что-нибудь принять?

— Нет, все в порядке. Я не хочу, чтобы ты двигался.

Обнимая ее крепче, я думаю обо всем, через что мы прошли. Ни для кого не секрет, что я хотел эту девушку с самого начала. Она привлекла мое внимание с первого взгляда и никогда не отпускала его. То, как она точно знала, чего добивается, и шла на это без стыда? Это была самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел. А затем вселенная подбросила кривой мяч.

Я помню выражение ее лица, когда она вошла в мой класс. Я и так был в плохом настроении, мне выкручивали руку, заставляя браться за работу, которую я не хотел и в которой не нуждался, и встреча с ней отправила меня в совершенно другое измерение. С одной стороны, я был в ярости. За те восемь или около того часов, что мы провели вместе, она ни разу не упомянула о том, что все еще учится в старшей школе. С другой стороны, никто из нас на самом деле почти ничего не сказал в тот вечер.

Несмотря на то, что я хотел ее, я старался держаться подальше. Она моя ученица, и существуют правила, запрещающие подобные вещи. Правила, которые я действительно считаю важными и действительными. Но я не мог. Чем больше я отталкивал ее, тем сильнее она возвращалась. Она сломала, разрушила мои стены, ослабила мою сдержанность и не оставила мне другого выбора, кроме как влюбиться в нее.

Я подумывал о том, чтобы уволиться. После благотворительного вечера в Лексингтоне, когда я понял, что вся эта затея с прятками больше не работает на меня, я задумался об этом. Я представлял себе все места, куда мы могли бы пойти вместе, все, что мы могли бы сделать, и я хотел этого. Жаждал этого, как Колби с девушкой в короткой юбке. Но прежде чем у меня появился шанс по-настоящему обдумать это, дерьмо разлетелось по всему миру.

— Могу я тебя кое о чем спросить?

Она смотрит на меня сквозь свои длинные ресницы. — В чем дело?

Я беру ее за щеку. — Что случилось в ту ночь, когда ты уехала?

Отводя взгляд, она вздыхает. — Случилась Блэр.

— Это я знаю. Я имею в виду, что она тебе сказала?

Ей требуется мгновение, чтобы заговорить, как будто она сомневается, стоит ли ей вообще говорить мне. — Честно? Ничего такого, чего бы я уже не знала в глубине души.

Мои брови хмурятся. — Просвети меня.

Следующие пятнадцать минут она рассказывает мне все. Как она пришла домой, надеясь застать меня там, чтобы мы могли поговорить о Тренте. Папка, в которой содержалось больше информации о жизни Тессы, чем кто-либо должен был иметь доступ. И даже то, как сильно ее убивало нажатие кнопки «Игнорировать», когда я пытался ей дозвониться.

— Почему ты не поговорила со мной?

Ее губы дрожат, когда она теребит больничный халат. — Потому что во всем, что она говорила, была доля правды. Это все еще так. И тебе будет лучше, когда меня не будет в твоей жизни.

Гребаная Блэр. — Это чушь собачья. Эта женщина — мерзкий, отвратительный человек, который использовал информацию о твоем прошлом, чтобы отпугнуть тебя от меня.

— Может, и так, — пожимает она плечами. — Но она сделала это, потому что это в твоих интересах. Подумай об этом, Эш. Если пресса узнает о нас, они сдерут с тебя шкуру живьем. Ты превратишься в учителя-извращенца, который не смог удержать это в штанах.

Я качаю головой и сажусь. — Что? Нет. Меня все это не волнует. Разве ты не видишь этого? Я не… Я не…

— Шшш, хорошо. — Она кладет руку мне на грудь и слегка толкает меня обратно вниз, прижимаясь ко мне. — Нам не нужно беспокоиться об этом прямо сейчас.

Нам никогда не следует беспокоиться об этом, но я не собираюсь спорить об этом прямо сейчас. Я притягиваю ее ближе и целую в лоб.

***

Чем ближе подходит «время игры», тем больше Тесса, кажется, на взводе. Мы провели ночь в объятиях друг друга, даже после того, как вошла медсестра и сказала мне, что эти кровати не предназначены для двоих. Тем не менее, я вижу, насколько неловко ей от всего этого, и мне, черт возьми, есть, о чем поговорить с моим пиарщиком.

Тесса подписывает все бумаги о выписке, съеживаясь от брошюр, которые ей дают для наркологической реабилитации в этом районе. Как только все это сделано, она переодевается в спортивные штаны и толстовку с капюшоном, которые Делейни любезно принесла ей. Когда она выходит из ванной, она немного больше похожа на девушку, в которую я влюбился.

— Готова идти? — Спросил я.

Она кивает и переплетает свои пальцы с моими. Делейни идет по другую сторону от нее, пока Нокс ждет в машине. Надеюсь, пресса не проверит номера, поскольку этот тоже зарегистрирован на меня.

Когда мы доходим до того места, где должны расстаться, Тесса начинает плакать. На моем лице появляется растерянное выражение, и я замечаю, что Делейни избегает моего взгляда.

— Эй, — говорю я Тесс, наклоняясь и кладя руки ей на щеки. — Я знаю, это отстой, но я обещаю, что встречу тебя в пентхаусе. Ты опередишь меня всего на пару минут.

Она делает глубокий вдох, но мои слова вызывают только еще больше слез. Что-то не сходится. Я отстраняюсь и перевожу взгляд с нее на ее сестру.

— Что происходит? — Спрашиваю я.

Делейни вздыхает, и они обмениваются взглядами. Как будто у них есть какая-то странная телепатия