Джоу Росс - Радости и тяготы личной жизни

Джейд гладила голубовато-зеленую фигурку льва и будто слышала его рычание. Прохладная, гладкая поверхность как бы вселяла покой. «Ценители древнекитайского искусства будут воодушевлены», – подумала Джейд.

– Да, старушка знала толк в коллекциях, – заметил Арон Каплан, адвокат семейства, сопровождавший Джейд в экскурсии по особняку, сокровища которого были дороже любого пиратского клада. «И это еще мягко сказано», – мелькнуло у Джейд, когда она взяла в руки голубой атласный императорский наряд, расшитый драконами из блестящих тончайших металлических нитей.

– Поверенный в делах Мэри сказал, что ее близкие всегда считали эту страсть к антиквариату чрезмерной, но безобидной, – говорила Сэму Джейд после предварительной оценки коллекции.

Они обедали на застекленной террасе ресторана «Эмбаркадеро».

– Конечно, безобидной – особенно учитывая иные пристрастия, к которым часто склонны люди.

Тут же вспомнив о матери, Джейд молча согласилась.

Сэм посмотрел на часы.

– В три часа у меня встреча с банкирами, но пока есть время, как ты смотришь на то, чтобы прогуляться по набережной? Я хочу показать тебе одно здание.

Через десять минут они уже стояли у его порога.

– Я намерен купить участок и снести эту рухлядь до основания, – не без удовольствия разглядывая обшарпанное здание кирпичной фабрики, сказал Сэм. – На его месте я возведу крупнейший, элегантнейший дом для аукционных торгов, который только видел мир искусства.

«Так оно и будет», – подумала Джейд. За прошедшие три года Сэм доказал, что сделает для нее все, даже разнесет земной шар на куски, а потом соберет так, как того захочет она. Рядом с нею был самый великодушный, щедрый и любящий человек, какой только жил на свете.

Джейд положила свою руку на ладонь Сэма.

На пальце у нее поблескивал под лучами полуденного солнца пятикаратовый бриллиант в золотой оправе.

– Ну, такого я тебе не позволю.

– Почему нет?

– Это слишком дорого.

– Черт побери, Джейд, хватит упрямиться.

У меня есть деньги, я даже не могу сосчитать их.

Драгоценности, которые обожают все женщины, ты покупать себе не разрешаешь. Меха носить отказываешься. Позволь хотя бы в качестве свадебного подарка преподнести тебе это еще не выстроенное здание. Я ведь никогда ни о чем не просил тебя, – шутливо напомнил он. – А вот сейчас прошу – разреши мне сделать это.

Сэм говорил так искренне и горячо, что Джейд позабыла, во что ему может обойтись такой каприз.

– Хорошо, – согласилась она, – но при одном условии.

– Каком же? – сдвинул брови Сэм.

– Ты бросишь наконец-то свою манеру хватать все самое большое и лучшее, – притворно строго велела ему Джейд. – Ты просто возведешь прекрасный особняк, где я буду проводить аукционы. А человечество мы сразим своим размахом чуть позже.

Сэм захохотал – знакомым, любимым смехом.

– Ладно, по рукам! – ухмыльнулся Сэм.

Былого недоумения и досады как не бывало. – Раз соглашение достигнуто, надо обговорить подробности. Ты позволишь мне взять на себя общее руководство и дизайн?

– Я была бы сумасшедшей, если бы отказалась, учитывая сколько зданий для тебя возведено по всему свету.

Джейд любовалась дивным морским видом и уже прикидывала, не привлечет ли и эта красота публику к ее аукционам.

– Боже, как же я счастлив слышать это, дорогая моя! – воскликнул Сэм. – Потому что я уже пригласил к нам на обед Рорка Гэллахера.

– Рорка Гэллахера?!

– Весь город говорит, что тесть просто издергал его своими претензиями, – сказал Сэм. – Слухи эти вполне могут соответствовать действительности, потому что совсем недавно он отказался от выгоднейшего предложения, которое совал ему старик Хэмилтон. А работает Гэллахер здорово, Джейд. Он не просто хороший архитектор, он потрясающе талантлив. Его здания самобытны, дерзки, вдохновенны! Точь-в-точь такие, как одна шикарная леди, по которой я схожу с ума. Думаю, ты согласишься с этим, когда поговоришь с ним.

В голове у Джейд все поплыло, мысли смешались, и она с трудом выдавила в ответ какие-то невнятные слова.

Глава 18

Что-то определенно не клеилось. Вечер шел явно вяло. Сэм оказался среди каких-то подводных течений, которых никак не ожидал. Атмосфера трапезы натягивалась между ледяной вежливостью Рорка и рассеянностью Джейд.

– Краем уха я слышал, что ты решил взять на себя руководство корпорацией Хэмилтона, – обратился к Рорку Сэм.

Рорк излишне крепко сжал ножку хрустального бокала. Его тесть, Ричард Хэмилтон, высказавший желание отойти от дел, носился с идеей, что Рорк оставит архитектуру и единолично возглавит «Хэмилтон Констракшн».

Когда Рорк отверг его предложение, Филиппа пришла в ярость, рвала и метала, требуя, чтобы он изменил решение. С ее точки зрения было немыслимым не понимать, что она рождена быть супругой могущественного человека. Однако это ее суждение многое объяснило Рорку, и прежде всего то, что Филиппа ни в грош не ставила ни бизнес своего мужа, ни его самого вообще. Этим она нанесла почти смертельный удар по их и так некрепкому браку.

– Тебя ввели в заблуждение. Я архитектор, а не предприниматель.

– О, не могу не признать, что с облегчением слышу это, – сказал Сэм, – а то пришлось бы искать другого архитектора, который взялся бы за проект здания для аукционов, где предстоит работать моей невесте.

– Я с удовольствием приму вызов, – сухо ответил Рорк.

Его бесило то, как Джейд удавалось добиваться от Сэма Сазерленда всего, что пожелает ее безжалостное сердце. Теперь ему было ясно, что она просто вцепилась в этого человека – богатого, известного, чей ежедневный доход наверняка превосходил все, что было на банковском счету Рорка. А три года назад их и сравнивать нельзя было.

Рорк даже не представлял себе, как будет работать в тесном контакте с Джейд. Но и отвергнуть предложение Сэма он не хотел. Не только, потому что испытывал к этому немолодому человеку симпатию и уважение, а еще и потому, что натянувшиеся отношения с тестем просто не позволяли ему пренебрегать клиентом.

И если Рорк неохотно шел на сотрудничество с Джейд, она была просто в отчаянии. Но Сэм проявлял столько энтузиазма, интереса к проекту, был так им воодушевлен – ну совсем как ребенок перед Рождеством, – что она не видела возможности «избавиться» от архитектора Гэллахера, не открывая перед Сэмом своих карт.

В перерыве между блюдами Сэм попросил извинения и вышел позвонить. Оставшись одни, Джейд и Рорк оставили игру в прятки.

– Славного папочку ты обрела, – проворчал Рорк, наливая себе очередной бокал вина. Почти всю бутылку он выпил один. Джейд даже подумала, не пристрастился ли он к алкоголю.