Хейли Норт - Еще один шанс

– А кто учил тебя? – спросил Зак с уважением в голосе.

– Моя мать, – ответил Джейк, пожимая плечами. – Отец научил меня стрелять и управлять самолетом, а мать заставила меня научиться играть на нескольких музыкальных инструментах.

– Заставила тебя? – потрясенно переспросил Зак. Потом он улыбнулся: – Ха. Смешно. Ты шутишь, верно?

Джейк улыбнулся в ответ:

– Кто-нибудь голоден?

– Как волк! – воскликнул Зак.

– А не отправиться ли нам на ленч? – спросил Джейк. – Втроем.

Втроем. У Харриет побежали мурашки, и от удовольствия, и от страха. Она была трусихой, настоящей трусихой, когда дело доходило до эмоциональных столкновений. Критики и ее друзья – были правы. Единственный способ, который она считала безопасным для проявления эмоций, был в контексте ее искусства.

– Харриет? – Джейк произнес ее имя, и она посмотрела ему в глаза. Она увидела в них его неуверенность, и ее сердце ответило. Известием, что у него есть сын, она перевернула его мир. Ей нужно встать рядом с ним и помочь ему и ее сыну принять друг друга. Ей нужно сделать все, что в ее силах, чтобы сделать ситуацию счастливой, а не посеять семена сожаления и страдания.

– Конечно, – сказала она. – Может быть, мы сможем перекусить что-нибудь и заехать в больницу. Сегодня утром я видела Оливию, и она хотела бы увидеться с тобой. – Она взъерошила волосы сына, к его огромному неудовольствию. – И ей всегда очень нравится, когда ты заходишь в гости.

– Ой, мам! Я слишком взрослый, чтобы ты делала это. Теперь я играю в группе. Но как только мы съедим по паре бургеров, я готов увидеться с бабулей О. – Он посмотрел на Джейка: – Она тебе понравится.

Они пошли к двери. Джейк задержался и попрощался с Корал. Он придержал дверь для них и сказал на ухо Харриет:

– Ты сказала Оливии?

Она кивнула.

– Она хочет, чтобы мы были с ней, когда сообщим это.

– Она мне уже нравится, – сказал Джейк. – Как насчет «Соник»? – Он подмигнул Харриет, и она ошарашенно посмотрела в ответ. Что задумал Джек Портер?

Глава 35

Сказать все как есть

Джейк не знал, обнять Харриет или задушить ее. Он не мог вспомнить, когда был так зол и расстроен из-за другого человека, как тогда, когда она призналась, что у них есть ребенок. А потом его ярость обратилась против него самого, после того как он овладел ею в приступе желания, вожделения, тоски и боли.

У него есть сын.

Эти слова снова и снова звучали в голове Джейка, когда он ехал на отцовской машине по направлению к «Барну». У него есть сын. Он не просил этого, он думал, что такое никогда не случится. Но теперь, когда он узнал правду, он поклялся, что исполнит отцовский долг.

– Зак. – Джейк произнес это имя вслух. Он мчался по улицам туда, где оставил Зака и остальную группу «Джей-Ар» создавать музыку, которая, по его предсказанию, сделает их очень знаменитыми молодыми людьми.

Ради ребенка, которого он произвел на свет, он должен подавить в себе обиду на Харриет. Он вырос с родителями, которые постоянно ссорились и пререкались и никогда, никогда в жизни не соглашались ни в чем – ни в мелочах, ни в серьезных вещах. Чего он совершенно точно не должен делать, чтобы не повторять их пример.

Он проглотит свое недовольство Харриет ради своего – нет, их – сына.

Джейк свернул на парковку «Барна» на слишком большой скорости. Хрустнул гравий, и ему пришлось крепче ухватиться за руль, чтобы машину не занесло. Вырулив, он заглушил мотор, но остался сидеть в машине. Он не был религиозен и не верил ни во что, что не было реальным, конкретным и доказуемым. Но в этот момент в нем возникло желание помолиться – обратить свои мольбы ко всем силам, какие только могут существовать.

«Боже, не дай мне разочаровать его».

А потом Он вошел в «Барн», и Уивер уже был там, и они все начали импровизировать. Зак спросил его, будет ли он играть. Джейк уже хотел произнести «нет», а потом посмотрел в темно-карие глаза своего сына и увидел в них золотые искорки, точь-в-точь такие же, как у него.

Что-то внутри его перевернулось, а потом вырвалось на свободу, и он улыбнулся и взял гитару – то, чего не делал уже много лет.

– Да, я сыграю, – ответил он Заку. – Ты знаешь «На канатах» Уивера?

Зак взял начальные аккорды и тихо запел слова, которые сделал известными певец-легенда в фиолетовой коже. Джейк стал ему подпевать, и с этого момента они создавали музыку вместе.

И вот теперь они, все трое, направляются в «Соник».

– О чем задумался? – спросила Харриет.

Он улыбнулся и свернул к ресторану. И как и следовало ожидать, они с Заком заказали бургеры с майонезом. Джейк подумал, что никогда не ел бургера вкуснее, чем тот, который съел, когда они ехали в больницу.

Они остановились на парковке. Зак первым выскочил из машины, что вполне устраивало Джейка.

– Она хочет быть с Заком, чтобы поддержать его, когда мы ему расскажем?

Харриет кивнула:

– Я умираю от тревоги из-за того, что он подумает.

– Ты очень, очень долго это откладывала. Думаю, что теперь ты почувствуешь облегчение.

Она посмотрела на него, ее большие темно-зеленые глаза были такими прекрасными и в то же время такими отрешенными.

– Думаю, да, но мне ужасно не хочется признавать это. – Она подтянула ремень сумки на плече. – Я не уверена, что готова поделиться Заком.

Джейк кивнул. Он ожидал, что она начнет понимать, что больше не будет занимать центральное место в жизни своего сына.

– Я хочу того, что будет лучше для него. Я сам заинтересован в этом.

– Спасибо, – сказала она, облизывая губы кончиком языка.

Этот жест почти заставил его потерять самообладание. Может быть, он и злится на нее, но в этот момент ему хотелось притянуть ее к себе, крепко обнять и никогда не отпускать. Черт побери! Должно быть, он сошел с ума. Желать женщину, которая лгала ему так долго? Он не отрываясь смотрел на нее – на то, как высоко она держала подбородок, готовая встретить любые перемены, ждущие впереди, на то, как она шла, будто бросая вызов всему миру.

– Хочешь сама сказать ему? – спросил Джейк.

Харриет кивнула:

– Мне нужно это сделать самой.

– Понимаю.

Она остановилась и топнула ногой.

– Почему, ради всего святого, ты должен быть таким милым? Это сводит меня с ума!

Он кивнул:

– На это и расчет.

– Ты невыносим. – Уголки ее губ весело приподнялись. – И говоришь это не всерьез.

– Послушай, что случилось, то случилось. Давай отнесемся к этому так, как положено здравомыслящим людям, к тому же родителям.

Она, похоже, нашла пуговицу на своей блузке чрезвычайно занимательной. Наконец она подняла лицо. Она была такой печальной, что ему потребовались все силы, чтобы не обнять ее и начать утешать.