Пейдж Тун - В погоне за Дейзи

— Безобразие! — На моем лице появляется гримаса отвращения. Луиш улыбается, отчего становится еще хуже.  — Ой, перестань! — требую я.

Он проглатывает и прекращает мои мучения.

— Где мой кофе? — неожиданно спрашивает Луиш, глядя на стол.

— Я не принесла.

— Боже! А предполагалось, что ты плюшка.

— Эй! — Хочу ударить паршивца по руке, но он не дает. — Не знаю, почему я переживала за тебя, Луиш Кастро.

Качаю головой и шагаю к двери. Он идет за мной.

— Увидимся в боксе через пару часов.

— Я приду, — обещаю я, и меня охватывает озноб.

               * * * * *

Красный, красный, красный, красный, красный... Поехали! Я едва различаю болид Луиша, но, похоже, он обгоняет несколько автомобилей на старте. Через некоторое время позиции в гонке высвечиваются на телевизионных экранах над нашими головами, и мои мысли подтверждаются: Луиш нагнал четыре места и теперь восьмой. Неплохо. Хотя бы попадает в десятку. Пьер, в другом автомобиле, все еще на шестом месте.

Луиш теперь догоняет Бенни Фишера из Германии, который идет седьмым.

— Вот это да! — выкрикивают несколько человек в гаражах, когда Луиш выскакивает из-за Бенни и смещает его в угол. Седьмой!

— Черт возьми! — восклицает Холли рядом со мной. — Что на него нашло?

Не отвечаю, лишь в предвкушении слежу за экранами. Мы стоим в гараже Луиша. Прилагаю все усилия, чтобы не смотреть на гараж Пьера.

Утром шел дождь, но когда началась гонка, было сухо. Неожиданно небеса снова разверзаются, и механики резко активизируются, когда Луиш влетает в бокс, чтобы поменять колеса. Автомобили на шинах для сухой трассы разворачиваются на треке, и страх снова закрадывается мне в сердце.

Через некоторое время после установки колес для мокрой трассы Луиш поднимается еще на два места в сетке. Теперь он пятый, а Пьер четвертый. Неожиданно камера переключается на болид Нильса Брёдена, разбитый и дымящийся на гравийной ловушке. Телевизионные экраны показывают повтор аварии, из-за которой он туда попал. Сжимаю кулаки, напряженно глядя, как машина Брёдена врезается в отбойник и разлетается по трассе.

А потом внутренним взором ясно вижу Уилла. Его автомобиль лежит перевернутым на гравии, и бригада скорой помощи вытаскивает белую простыню. У меня начинает кружиться голова. Слышу голос Холли: она спрашивает, все ли в порядке. Холли берет меня за руки, чтобы не дать мне упасть, и говорит, что с Брёденом все хорошо, он выбрался из болида, перелез через стену и идет к боксам, но я в другом месте и в другом времени. Все, что я вижу, — это автомобиль Уилла с полностью снесенным капотом. А потом вижу Уилла, который глядит на меня в темноте, когда мы лежим лицом друг к другу в постели.

Я начинаю безудержно рыдать.

— Дейзи… Дейзи… — Холли пытается меня успокоить, но мне уже ничто не поможет. Падаю на колени и смутно осознаю, что люди в гараже поворачиваются, чтобы посмотреть на меня.

— Дейзи, пожалуйста, — умоляет подруга. — Давай вернемся в гостевую зону

— Я не могу… Я не могу…

— Все в порядке.

Холли приседает и кладет руки мне на плечи, а несколько механиков встревоженно поворачиваются в нашу сторону. Знаю, им будет трудно сосредоточиться, пока я тут бьюсь в истерике.

Клаус и Фредерик заходят в гараж. Должно быть, Клаус сбегал за шефом.

— Пойдем со мной, — решительно произносит Фредерик. Ставит меня на ноги, и я, спотыкаясь, выхожу с ним из гаража. Холли идет за нами.

— Прости! — кричу я. — Я не могу!

— Нет, Дейзи, пожалуйста, не уезжай опять! — умоляет Холли, хватая меня за руку. — Шеф, не позволяйте ей уволиться!

— Хватит! — цыкает на нее Фредерик. — Возьми пару отгулов, — предлагает он мне, когда мои рыдания затихают. — Поезжай к бабушке. Попроси Элли заказать машину.

Я молча киваю, и Холли ослабляет хватку на моей руке.

— Но я хочу, чтобы ты вернулась к работе на следующей неделе, — добавляет Фредерик. — После этого мы летим в Сингапур, так что не подведи меня.

Мы возвращаемся на кухню, где Холли помогает мне собрать вещи, а потом отводит меня к одному из микроавтобусов команды.

— Не могли бы вы отвезти меня в гостиницу? — прошу я водителя, который, прислонившись к капоту, слушает переносное радио.

— Конечно, — отвечает он.

— Я позвоню Элли из номера, — говорю я Холли. — И увидимся в Великобритании.

— Ты же вернешься, да?

На ее лице написано беспокойство.

— Да, — обещаю я, хотя сейчас совсем не уверена. 

Глава 25

Трасса в Монце расположена на северо-восточной окраине города, но мне нужно забрать сумку из гостиницы и договориться о машине, прежде чем отправиться в путь. Бабушка живет почти в трех часах езды на юго-запад от Милана, так что у меня много времени для размышлений, и я смотрю в окно. Справа изредка вижу море, а слева мелькают холмы и леса, но дорога в основном скучная — длинные участки автострады, пока мы наконец не добираемся до горного серпантина на севере от Лукки.

Вспоминаю, как Уилл привозил меня сюда на «астон-мартине», который собирался купить. Уилл так много всего хотел сделать. Иногда я осознаю, как внезапно оборвалась его жизнь, и приходится делать судорожный вдох, прежде чем выкинуть эту мысль из головы.

Бабушка появляется на пороге, когда такси останавливается на подъездной дорожке у дома. Я позвонила ей из гостиницы, и она меня ждала.

Как только она меня обнимает, становится намного лучше.

— La mia stellina… — шепчет мне в волосы бабушка, потом отстраняется и изучает мое лицо. — Ты еще больше похудела. — Она с тревогой качает головой.

Я осматриваю горы, укутавшиеся в темные облака. Надвигается гроза.

Бабушка заводит меня в теплую кухню и сразу подает тосканский овощной суп ribollita, приготовленный из остатков минестроне. Он восхитителен, но я не голодна, поэтому вожу ложкой по кругу и время от времени подношу ее ко рту, а бабушка смотрит на меня с сочувствием.

— У тебя все в порядке, милая? — наконец спрашивает она.

Качаю головой.

— Не совсем, нет.

— Хочешь поговорить?

— Может, завтра… Я очень устала.

Молния озаряет небо за окном. Бабушка поднимается, достает из буфета тазики и кастрюли и выходит из кухни.

Со вздохом встаю, убираю тарелку в раковину и иду за бабушкой в гостиную. Старые тряпки все еще забиты в щели в стенах, как и в прошлый мой визит. Я вздыхаю, слишком напряженная, чтобы что-то сказать.

— Присядь, — говорит бабушка, показывая на диван. Колеблюсь, вспоминая, как Уилл заснул на нем, но бабушка берет меня за руку и заставляет сесть рядом с ней. Сворачиваюсь калачиком и кладу голову ей на колени, а она ласково гладит меня по голове.