Анна Дженджера - Родственные души (СИ)

      Мы изрядно устали после многочасовой ходьбы по уютным переулкам маленького городка. Ноги просто отказывали двигаться дальше, требуя отдыха.

      – Пойдём, я куплю тебе мороженое, – игриво протянул Ник и кивком указал на тележку с мороженым.

      Я удивлённо вскинула брови, но возражать не стала. Мы подошли к тележке, за которой стоял мальчик лет двенадцати и вежливо улыбался нам, узнавая у "прекрасной мисс" её вкусы. Я искренне смеялась. Паренёк был совсем не промах, нисколько не стесняясь флиртовать со мной, девушкой, которая была старше него на несколько лет.

      – Слушай, Тони, – усмехнувшись, сказал Ник, читая имя мальчика на его бейдже. – Ты разве не видишь, что девушка не одна?

      – Я не боюсь соперничества, мистер, – улыбнувшись, ответил Тони. – За такую девушку можно и побороться, – добавил он и вновь мне подмигнул.

      На этот раз я спрятала свою улыбку за рожком мороженого, который получился вдвойне вкуснее, благодаря наполнителю, который юный обольститель сделал лично для меня. Ник расплатился с Тони и бросил на него прищуренный взгляд из-под пышных ресниц. Боже, кажется, он ревнует. Силясь не рассмеяться в голос, я села на один из пластмассовых стульев, что стояли возле тележки. Ник приземлился рядом, откидываясь назад и закуривая.

      – Что? – едва улыбаясь, спросил он, поймав мой изучающий взгляд.

      – Вспоминаю, когда в последний раз ты покупал мне мороженое, – ответила я и мысленно добавила: "И ревновал". Ник улыбнулся, уже более искренне.

      Я вновь ощущала себя маленькой девочкой, сбежавшей из дома к лучшему другу. И поедая изумительное мороженое, я вновь вспоминала те старые добрые времена, коснувшись запретного в этот день.

      – Мы были верными друзьями. Друзьями, готовыми на всё ради друг друга, – грустно улыбнувшись, сказала я.

      – Лив, ты всегда можешь положиться на меня, ты ведь это знаешь, – неуверенно отозвался он, замявшись.

      Я отвела глаза в сторону, скрывая боль, навернувшуюся на мои глаза влагой. Что же мы наделали? Перед глазами стоял образ семилетней меня, обнимающей своего друга. Крепко и уверенно, без лишних мыслей. Меня, той, что всегда знала, что ни за что не останется одна. Как же я была глупа и наивна. И как же давно это было...

      – Не надо, Ник. Мы оба понимаем, что всё уже потеряно, – еле слышно проговорила я.

      – Лив... Та ситуация с Алисией...

      – Прошу тебя, давай не будем портить этот день, – перебила его я. Ник замолчал, лишь выдыхая дым от сигарет и задумчиво вертя в руках зажигалку. Воспользовавшись его заминкой, я быстро смахнула набежавшие слезы и нацепила улыбку.

      – Смотри, Тони вновь заигрывает со мной, – уже более искренне засмеялась я, хоть и всё ещё чувствуя комок, застрявший посреди горла.

      Парень развернулся к тележке и увидел мальчика, который соорудил из салфеток красивую бумажную розу и уже передавал её через маленькую девочку. Ник страдальчески закатил глаза к небу.

      – Я сверну ему шею и даже не посмотрю на то, что он несовершеннолетний. И, ей-богу, Лив, хватит улыбаться ему в ответ, – проворчал он, поднимаясь со стула и протягивая мне руку.

      Я приняла его помощь и тут же ощутила, как родные пальцы властно притягивают меня к себе. Уткнувшись в его плечо, я поймала себя на мысли, что хочется плакать. Реветь в голос и кричать до хрипоты, срывая голосовые связки. И в то же время хотелось надрывисто смеяться от абсурда всей этой ситуации. От всех тех дел, которые мы натворили. Кажется, я начинаю сходить с ума. Мы заблудились, Ник. Мы потерялись во всей этой недосказанности, что так плотно укоренилась в нашем с тобой общении. Ты боишься ответственности, а я боюсь вновь быть отвергнутой и непонятой. Так что же нам делать? Я грустно улыбнулась собственным мыслям и подняла глаза к небу, где уже вовсю сгущались грозовые тучи. Ты прижал меня к себе ещё крепче.

***

      Вернувшись в коттедж, мы обнаружили суету, напоминающую о том, что это наши последние часы в Аспене. Несколькими минутами ранее мы с Ником попали под сумасшедший дождь и прятались под узкими крышами домов, вылавливая из закоулков такси. Я нехотя сняла с себя мокрый пиджак Ника и, отложив его в сторону, переоделась в сухую одежду. Целый день мы провели с Ником – то хохоча от всего подряд, то вспоминая былые времена. И лишь тот неловкий разговор у тележки с мороженым заставил пошатнуться нашу и без того хрупкую псевдодружбу. Наспех вытерев мокрые волосы, я принялась паковать чемодан. Но через несколько минут в дверь постучали.

      – Войдите.

      В комнату зашла мама, приветствуя меня тёплой улыбкой.

      – Милая, я хотела поговорить с тобой, – осторожно сказала Айрин, присаживаясь ко мне на кровать. Я отложила свои вещи в сторону и устремила на неё внимательный взгляд.

      – Оливия, – тяжело вздохнула она, тая в своих глазах сожаление. – Семейный завтрак с Беннетами не очень-то удался. Прости Грэйс за её бестактность, я останавливала её как могла. К тому же, она ведь даже не догадывается об отношениях между вами. Мы давно потеряли надежду на это.

      – Мам, не стоит об этом. Между нами уже давно нет никаких отношений и, кажется, вовсе не было, – ответила я матери, подарив ей лёгкую улыбку и взяв её руку в свою.

      – Ну, а как же вчера? Вас двоих так долго не было, а затем вы вернулись под утро, и я подумала...

      – Что? С чего ты взяла, что мы вернулись вдвоём? – взволнованно переспросила её я.

      – Вчера, точнее, сегодня утром, мы с Ричардом собирались встретить рассвет на вершине гор и перед уходом заметили, как вы возвращались из клуба. Сначала ты, а потом сразу же Ник. Вы поссорились уже под утро? – спокойно ответила мама, наблюдая за моей реакцией. – Разве вы не вместе возвращались, Лив?

      – Нет... Эмм, ты уверена, мам?

      В голове крутилось множество вопросов, ответы на которые можно было узнать лишь у Господа Бога. Или… у Ника. Неужели тем незнакомцем мог быть он? Или же это просто случайное совпадение? Проклятье! Слишком много совпадений за одну ночь. В мыслях, будто на повторе, проигрывался голос Ника: "Поразвлёкся немного. Через час уже вернулся домой". Как полагается, люди врут, чтобы скрыть правду. Только вот какую правду он хотел от меня скрыть?