Правила бунта (ЛП) - Харт Калли

— Боже, чего бы я только не отдал, чтобы эти губы обхватили мой член, — стонет Пакс.

Мне хочется убить его. Сжимаю руку в кулак, готовый замахнуться, но затем я вижу девушку позади Кэрри — симпатичную маленькую блондинку с огромными глазами лани и настороженным выражением лица — и понимаю, что Пакс говорит не о моей девушке. Он говорит об этом новом существе.

Пакс, будучи Паксом, выставляет ногу, когда Кэрри и эта девушка проходят мимо, и Кэрри делает что-то, что шокирует меня до чертиков. Она пинает ногу Пакса в сторону, оскалив на него зубы.

«Вау! Похоже в девушке проснулся огонь».

Как только они прошли мимо нас, Пакс достает свой телефон и открывает студенческий портал Вульф-Холла.

— Твою ж мать... Как, черт возьми, эта штука работает? Эй, ты когда-нибудь этим пользовался? — Он показывает мне экран своего телефона, на котором отображается вход на сайт.

— Номер студенческого билета — имя пользователя. Твой... э-э-э, просто отдай его мне. — Я вставляю свои учетные данные в его телефон, не заботясь о том, что этот ублюдок может покопаться в моем дерьме и возвращаю ему телефон. — А теперь оставь меня в покое. У меня начинает болеть голова.

— Господи. Мы не женаты. Я не пытаюсь тебя трахнуть.

Я корчу ему гримасу, а затем закрываю глаза. Мне приходится. Потому что не доверяю себе, чтобы не пялиться на Кэрри.

— Что ты вообще делаешь?

— На странице новостей есть профили новеньких, — объясняет он. — Хм. Элоди Стиллуотер. Армейское отродье. Господи Иисусе, посмотри на фото. — Он толкает меня, пытаясь сунуть телефон, но я не открываю глаза, тяжело вздыхая. — Ладно, ублюдок. Ты кое-что упускаешь. Она сейчас расспрашивает о нас твою бывшую. Видел бы ты выражение ее лица. Щеки адски красные.

У меня болит в груди.

— Она не моя бывшая.

— Как скажешь. — Пакс зевает. — Пошел ты, скучный кусок дерьма. Я собираюсь пойти туда и трахнуться с ней.

Мои глаза распахиваются.

— Не надо! — Но уже слишком поздно. Он уже на ногах и направляется через комнату. — Ублюдок!

— …вводишь прелестную маленькую Элоди Стиллуотер в курс дела? — Он уже начал с ней разговаривать. Слишком поздно хватать его за шиворот и заставлять вернуться на нашу сторону комнаты.

Новенькая смотрит на Пакса, как на привидение. Карина, с другой стороны, смотрит на него с лицом, полным необузданной ненависти.

— Отвали на хрен, Пакс.

Это должно прекратиться, прямо здесь и сейчас. Если она выведет его из себя, Пакс, скорее всего, скажет что-то, чего не должен говорить. Я со стоном поднимаюсь на ноги. Черт знает, что собираюсь сказать. Но я слечу с катушек, если Пакс расстроит Кэрри. Полагаю, пришло время надеть свою маску.

— Извините, дамы. Пакс не знает, как вести себя рядом с такими красавицами. Этим утром он выпил слишком много кофе, так что вы должны понять, он немного не в себе.

Ненависть на лице Кэрри усиливается. Она смотрит направо, сосредоточившись на одной из книжных полок. Я больной, тупой ублюдок. Теперь, когда я здесь и разговариваю с ней впервые за долгое время, то не могу смириться с тем, что девушка не смотрит на меня. Я симулирую вежливый голос и прочищаю горло.

— Кэрри? Ты разве не собираешься познакомить нас со своей новой подругой?

Она не смотрит на меня. Вместо этого встревает новая девушка с надменным тоном в голосе, который действительно раздражает.

— Ты уже знаешь, кто я. Вульф-Холл не очень большое место. К тому же он только что назвал меня по имени. — Она бросает взгляд на Пакса. — Я Элоди Стиллуотер. Перевелась из Тель-Авива. Отец — военный. Мама умерла. Я увлекаюсь живописью, музыкой и фотографией. Есть аллергия на ананасы. Я единственный ребенок в семье. Ужасно боюсь грозы и обожаю блошиные рынки. Как-то так. Этой информации достаточно?

Ладно. Могу с уверенностью сказать, что мне это не нравится. Ни капельки.

Я одариваю ее совершенной улыбкой.

— Рад познакомиться с тобой, Элоди Стиллуотер. Всегда приятно завести нового друга. Может быть, ты захочешь как-нибудь заглянуть в наш дом? Мы будем рады оказать тебе свое гостеприимство.

Не успеваю я произнести эти слова, как Карина снова смотрит на меня, полная шока.

— Она не может!

Однако это не самое удивительное, что происходит. В то же время Рэн кричит за моей спиной:

— Этому не бывать, Дэш.

Я понятия не имел, что Рэн вообще проснулся, не говоря уже о том, чтобы проснуться и обратить внимание на то, что здесь говорят.

Кэрри смотрит на меня своими красивыми карими глазами и земля уходит из-под моих гребаных ног. На одно мгновение мне кажется, что я держу ее в своих объятиях и вот-вот в первый раз погружу в нее свой член.

— Ты же знаешь, что у нее будут неприятности, если Харкорт узнает, — шепчет она.

Джейкоби следует за этим с рычанием:

— Она не приглашена.

Я сейчас очень сильно напрягаюсь, но меня завораживает то, как Кэрри смотрит на меня, как будто я пытаюсь приударить за этой новой блондинкой, сидящей рядом с ней. Разве она меня не знает? Неужели я так сильно с ней облажался, что она не может почувствовать, как сильно я хочу ее с расстояния в три фута? Драматично вздыхаю, как будто мне действительно не наплевать, что эта новенькая не будет болтаться в доме в ближайшее время.

— Не волнуйся, Стиллуотер. Джейкоби меняет свое мнение, как меняет носки. Разумеется, исключая его нынешнее состояние одежды. Обычно он очень часто меняет носки. Думаю, что это то, что мне нравится в нем больше всего.

— Ну ладно, класс! Усаживайтесь! Шевелись, шевелись, шевелись!

Звук голоса Фитца из передней части класса возвращает меня к реальности. Пакс сердито смотрит на мужчину, возвращаясь к нашему месту под окном. Требуется колоссальное усилие, чтобы заставить себя отвернуться от Карины и последовать за ним.

Остальная часть урока тянется бесконечно.

Фитц отчитывает Рэна за то, что он превратил наше последнее задание в повод написать викторианское порно. Дамиана и Рэн ругаются через комнату. Фитц наблюдает за всем этим, как будто он просто обычный учитель английского, а не злобный мудак со склонностью к шантажу. И все это время я сосредотачиваюсь на своем дыхании, только на своем дыхании, следя за тем, как воздух входит и выходит из моих легких, и стараюсь не выскочить из комнаты.

ГЛАВА 36

КЭРРИ

Мне нравится эта новенькая.

Элоди умна и круто одевается. Она слушает, когда люди говорят, и вступает в разговор, вместо того чтобы просто ждать своей очереди, чтобы что-то сказать. Я вижу академию ее глазами, и это место превращается из темной адской дыры, полной болезненных воспоминаний, в фантастическую готическую сказку, полную скрытых проходов и секретов. Она испытывает благоговейный трепет каждый раз, когда видит что-то новое, и я снова начинаю ценить свое окружение. Раньше я думала об этом месте как о своем доме, святилище, но в последнее время отношусь к нему как к тюрьме. Я отсчитывала дни, ожидая момента выбраться отсюда, но с новым приливом энергии, который вносит Элоди (или Эль, как я начала ее называть), понимаю, что мои оставшиеся месяцы в академии могут быть терпимыми.

Пресли по уши увязла в каких-то дополнительных зачетах, чтобы повысить свои баллы для поступления в колледж, а это значит, что она очень занята. Вот уже несколько месяцев. Оказывается, присутствие Элоди — это именно то, что мне было нужно. Есть только одна проблема.

И эта проблема — Рэн Джейкоби.

Он смотрит на Элоди, как лев смотрит на мышь, прежде чем наброситься, но я не позволю этому ублюдку наброситься на эту бедную девочку. Я уже предостерегаю ее от него. Не то чтобы это приносило много пользы, конечно. Я замечаю, как Элоди смотрит на него. Это не совсем то же самое, что любой из взглядов, которые Мара посылала в сторону Рэна, но я вижу влюбленность в ее глазах. Вижу, что происходит, и мне хочется кричать. Встряхнуть ее. Предупредить, чтобы она бежала от него как можно дальше и как можно быстрее. Я так много могу ей рассказать. В конце концов многие люди предупреждали меня держаться подальше от Дэша. И послушала ли я кого-нибудь из них? Нет, черт возьми. Я должна была сама понять эту ошибку — ошибку, которую никогда не повторю. Какая-то часть меня считает, что Эль тоже должна усвоить свой урок. Но потом вспоминаю, как плохо становится, когда люди влюбляются в Рэна Джейкоби, и делаю разворот на сто восемьдесят градусов.